Jonny_begood. Жорис-Карл Гюисманс «Наоборот».

«Это была отравляющая книга. Казалось, тяжелый запах курений поднимался от ее страниц и дурманил мозг». Оскар Уайльд «Портрет Дориана Грея».

Роман «Наоборот» называют «настольной книгой декаданса». Я бы назвал эту книгу еще и справочником по эстетизму. Несмотря на то, что это направление считается изобретением англичан, в частности Уолтера Пейтера и Оскара Уайльда, Гюисманс, на мой взгляд, сумел создать некую квинтэссенцию идей и принципов эстетизма. Примечательно, что этот французский автор в начале своей творческой карьеры был близок к натурализму и являлся членом кружка Золя, однако, довольно скоро взгляды натуралистов показались ему примитивными, и в романе «Наоборот» четко прослеживается разрыв с принципами натурализма.
Главный герой романа – аристократ Дэз Эссент, последний отпрыск знаменитой фамилии. Это болезненное существо, бездельник-интеллектуал с обостренным чувством прекрасного – воплощение идей Шопенгауэра, который был главным философом декаданса и эстетизма. Интеллект по Шопенгауэру ослабляет волю и убивает плоть. Таков Дез Эссент. Похоронив родителей, продав имение, насытившись разгулом и развратом, уставший, больной и разбитый, он запирается в предместье Парижа, чтобы насладиться уединением и красотой. Здесь стоит отметить, что красота – ключевое понятие для эстетизма. Однако, красота плоти тленна, и, следовательно, не может считаться истинной красотой. Вечна лишь красота произведений искусства. Вспомните Дориана Грея – он остался красивым лишь на портрете. Или счастливого принца все того же Уайльда — он делается по-настоящему красивым, став произведением искусства. Так, к примеру, Дез Эссент разочаровывается в живых цветах – их красота преходяща.
Дез Эссент следует всем канонам эстетизма. Он окружает себя книгами и произведениями искусства, он сам создает интерьер своего жилища. Все вокруг должно радовать глаз. Он живет лишь жизнью интеллекта и чувств. Гюисманс погружает нас в интеллектуальный мир Дез Эссента, и, вслед за главным героем, на протяжении целых глав мы исследуем то латинскую литературу, то живопись, то запахи и цветы. Автор, не стесняясь, дает оценки творчеству великих писателей, поэтов и художников. Но плоть Дез Эссента погибает прямо пропорционально тому, как расцветает его интеллект. Разбитый и иссохший, главный герой вынужден обратиться к докторам.
Возможно, в наши дни эта книга потеряла свою актуальность. Но для понимания эпохи декаданса она подходит как нельзя лучше. Любопытно, что сам Гюисманс в более позднем предисловии к роману частично отказывается от своих воззрений. Став правоверным католиком, он переосмыслил свои ранние взгляды. Да и вы будьте осторожны – именно эта книга «отравила» Дориана Грея.

 

Jonny_begood

перенос

Воскресное чтение. Кэнко-Хоси Есида. Записки от скуки (отрывок из книги)

Yoshida Kenko.jpg

Портрет авторства Кикути Ёсая

Когда весь день праздно сидишь против тушечницы и для чего-то записываешь всякую всячину, что приходит на ум, бывает, такое напишешь – с ума можно сойти…

VIII

Ничто так не приводит в смятение людские сердца, как вожделение. Что за глупая штука – человеческое сердце! Вот хотя бы запах – уж на что вещь преходящая, и всем известно, что аромат – это нечто, ненадолго присущее одежде. Но, несмотря на это, не что иное, как тончайшие благовония неизменно волнуют наши сердца.

Рассказывают, что отшельник Кумэ, узрев однажды белизну ног стирающей женщины, лишился магической силы. Действительно, когда кожа на руках и ногах чистая, формы их округлы, а тело красиво своей первозданной красотой, может, пожалуй, случиться и так.

IX

Женщина, когда у нее красивы волосы, всегда, по-моему, привлекает взоры людей. Такие вещи, как общественное положение и душевные качества, можно распознать и через ширму – по одной только манере высказываться.
Иной раз, если представится случай, женщина способна вскружить голову человеку даже каким-нибудь пустяком. Но вообще-то в ее мыслях одна лишь любовь, – из-за любви она и спать не спит как следует, и себя не жалеет, и даже то, что невозможно снести, переносит терпеливо.

Что же касается природы любовной страсти, поистине – глубоки ее корни, далеки истоки. Хотя и говорят, что шесть скверн изобилуют страстными желаниями, но их можно возненавидеть и отдалить от себя. Среди всех желаний трудно преодолеть только одно – любовную страсть. Здесь, видно, недалеко ушли друг от друга и старый, и молодой, и мудрый, и глупый.

Поэтому-то и говорится, что веревкой, свитой из женских волос, накрепко свяжешь большого слона, а свистком, вырезанным из подметок обуви, которую носит женщина, наверняка приманишь осеннего оленя.

То, с чем нужно быть более всего осмотрительным, и то, чего следует остерегаться больше всего, и есть любовная страсть

Книги Лембита Короедова в книжном магазине «Шико» (Севастополь)

лембита книги.jpg

Они там есть, книги киевского писателя Лембита Короедова, и это очень хорошо.
О книгах Лембита Короедова на портале мы писали часто, и если воспользоваться поиском на сайте, то можно пролистать отзывы, рецензии и новости, связанные с прекрасной его прозой, а также почитать отрывки и рассказы в рубрике «Воскресное чтение».
Я хочу процитировать одну из заметок, о трех рассказах, которая была написана еще до издания книг, и мне очень радостно, что теперь эти и многие другие рассказы есть на бумаге.

Елена Блонди. Книгозавр точка ру — авторы. Лембит Короедов

Я уже могу начинать любую заметку о Лембите Короедове словами о том, что мы давно знакомы.
Но нужно привлекать внимание читателя к тому, что писатель для него пишет, хотя, если честно, уже надоедает хватать за пуговицу и тянуть, уговаривая.
Ситуация с Лембитом сложилась такая (как и со многими блогерами, пишущими кроме постов еще что-то). Он прирожденный блогер, у него замечательный журнал. И одновременно он прекрасный писатель, у него чудесная проза. Жизнь показывает, что у таких авторов появляются две категории читателей. Одним хватает журнала, другие предпочитают прозу. Хотелось бы, чтоб эти группы соединялись, перемешивались, и воспринимали Лембита Короедова не однобоко. Но желания одно, а реалии — другое.
Читать далее

Елена Коро. Формат от «Я». Магия размыкающего петлю времени

(размышления о романе Елены Блонди «Татуиро.homo»)

Черный пианист твоих сновидений,
черный человек сквозящим движением
тонких пальцев по клавишам черным
замыкает время петлей Аримана,
мелодия неизбежна, невыносима,
закольцована, снова и снова…
Змеем черным, двойником, черным братом,
приходящим жрецом, маленьким, зрящим,
нежной каплей мгновения размыкает
узы пойманного в ловушку времени…
Что за остров там? В грезе зыбкой
на скалах жрицей мигу внимаешь..

Есть древний авестийский миф о сотворении. Создатель Ахурамазда сотворил идеальный мир – Меног, затем по образу и подобию первого сын света создает материальный мир – Гетиг. В новорожденный беззащитный мир врывается сын тьмы Ангро-Магью и нарушает его целостность. Земля и другие творения попадают в петлю Аримана и вращаются в вечном круге воплощений – колесе Шаншары (праобраз Зодиакального круга), которое заставляет разумные существа рождаться вновь и вновь, пока они не пройдут перевоплощения по всем знакам Зодиака.
Читать далее

География книг. Книги Елены Блонди в Севастополе

В новом книжном магазине издательства Шико (в Севастополе) есть в продаже книги «Татуиро» — оба изданных романа, первый — Татуиро (homo) и второй — Татуиро (daemones).
Чтобы не хвалить сама себя, напомню читателям о том, что существует прекрасная рецензия Лембита Короедова на вторую книгу.
И прекрасным подарком на мой скорый февральский день рождения стала художественная рецензия поэта и литературного критика Елены Коро: размышления о первой книге Татуиро.
Читать далее

Литературный портал «Книгозавр» — в литературном журнале «Москва»

В февральском номере толстого литературного журнала Москва появилась статья обозревателя Алекса Громова «Книга попала в сеть», о литературе в сети. Вернее, о том, где может быть представлена в интернете серьезная литература именно для чтения, а не как товар, требующий рекламы.
Это очень важно, после долгого периода полного отрицания сети как полноценного носителя литературной информации, наконец, серьезно рассмотреть возможности интернета, принимая новые формы существования самого чтения, публикации текстов, литературной критики, работы с авторами, книгами и читателями.
В статье представлены несколько сетевых форматов, уже знакомых пользователям.
Это — социальные сети читателей, ориентированные на публикацию рецензий и отзывов. В статье этот формат представлен крупнейшей и популярнейшей социалкой — библиотекой livelib.ru и основателем проекта Алексеем Васеновым.
Персональный сайт писателя — как прямая связь с читателями. И сайты, посвященные отдельным категориям литературной деятельности. Об этом говорит писатель и редактор Дмитрий Федотов.
О литературных рубриках и колонках на сайтах крупных газет и журналов рассказывает литературный обозреватель и критик Ольга Шатохина.
И еще один сетевой формат, не самый массовый, но с нашей точки зрения важный, нужный и прекрасный: обращение к книгам, ценным не сиюминутно, книгам, уже существующим в литературном пространстве независимо от года их выпуска. Разговор о книгах для перечитывания. Этот формат в статье представляет как раз «Книгозавр». Просим любить.

Ниже отрывок из статьи.
Читать далее

Елена Колчак. Человек, рисующий разноцветные детективы

Закрываю последнюю (из доступных на русском) книжку Фред Варгас. Печалюсь. И радуюсь — в запасе появился еще один неодноразовый автор. Буду перечитывать. И сразу начинаю думать — почему именно она?

Фред Варгас
Поначалу здесь планировался пассаж про разницу между английским и не слишком мной любимым французским (Варгас — француженка) детективом. Затем мысль неотвратимо перепрыгнула на детективное «вчера» и «сегодня». Скупой минимализм, в котором столь блистательна была великая леди Агата, нынче разработан, отработан и переработан настолько, приемы и сюжетные повороты изучены и расклассифицированы так, что на одной лишь детективной интриге современный автор далеко не уедет. Поэтому сегодня детектив — это не только логическая загадка (примат, которой, впрочем, неотменим, она — фундамент, без которого детектива вообще нет), но и «еще что-то». Внутреннее пространство детективного романа углубляется, расширяется… и нередко, увы, расползается. Вплоть до того, что детектив в этом расширенном пространстве остается лишь связующим сюжетным клеем. И какая, в таком случае, разница между детективом и историческим (или любовным, или семейно-бытописательским) романом? Кстати, это «расползание» очень заметно у Филлис Дороти Джеймс, регулярно и не слишком заслуженно именуемой «современной Агатой Кристи». ФДД — прекрасный автор, кто бы спорил. И детективная основа у нее всегда крепкая. Но пейзажные, бытописательные и прочие вишенки лично у меня пробуждают желание пролистнуть (ау, где же сам торт?). Не то чтобы их настолько много, но (сугубое ИМХО!) скучновато как-то.
Наверное, дело не в том, что автор добавляет к детективному каркасу, а — как он это делает.
Читать далее

Воскресное чтение. Фред Варгас. Человек, рисующий синие круги (отрывок из романа)

(чтение Елены Колчак)

Человек, рисующий синие круги

L’homme aux cercles bleus

Матильда достала блокнот и сделала следующую запись: «Типу, что сидит слева, на меня абсолютно наплевать».
Она отхлебнула пива и бросила быстрый взгляд на соседа, крупного мужчину, добрых десять минут барабанившего пальцами по столу.
Она вновь открыла блокнот: «Он уселся так близко от меня, словно мы знакомы, хотя я никогда его прежде не видела. Совершенно уверена, что не видела. Об этом типе в черных очках нельзя сказать ничего особенного. Я сижу на террасе кафе «Сен-Жак», мне принесли кружку пива. Пью. Я полностью сосредоточилась на этом самом пиве. Больше в голову ничего не приходит».
Сосед Матильды продолжал барабанить по столу.
— С вами что-то случилось? — спросила она.
Голос у Матильды был низкий и хрипловатый.
Мужчина подумал, что это голос женщины, которая курит не переставая с утра до ночи.
— В общем, нет. А что? — поинтересовался он.
— Да, знаете ли, ваша барабанная дробь меня нервирует. Сегодня меня всё выводит из себя.
Матильда допила пиво. Оно показалось ей пресным — типичный воскресный вкус. Матильда называла это «болезнью седьмого дня», и ей казалось, что она подвержена этому весьма распространенному недугу больше, чем какому-либо другому.
— Вам лет пятьдесят, насколько я могу судить, — произнес человек, не отодвигаясь от неё.
— Возможно, — ответила Матильда.
Она была сбита с толку. Что этот тип к ней привязался? Всего лишь секунду назад она заметила, как ветер сдувает струйку фонтана, что напротив кафе, и вода стекает по руке статуи ангела, стоящей внизу: возможно, именно такое мгновение может подарить ощущение вечности. А этот тип сейчас как раз портил ей единственное мгновение вечности за весь седьмой день.
Читать далее

Поговорить с «Джинсами…», или Новые новости о книгах Сергея Рока

Пока в мире большом и том, что приближен вплотную, совершаются всякие вещи, хорошие и не очень, печальные и другие, те что дают надежду, в мире книжек тоже случаются новости. И когда мы рассказываем их, то снова становится видна разница между тем злободневным, что уходит в прошлое, а казалось — оно такое актуальное, и как же о нем не ломать голову, не думать и не обсуждать… и — книгами, которые обрели собственную жизнь и существуют, не теряя значимости. Она у них разная, понятно, что и книги бывают разными, но когда книга хороша, то новость о ней всегда именно новость, невзирая на год издания книги.
Я довольно часто говорю о писателе Сергее Роке. И буду говорить. И мне наплевать на приливы и отливы читательского интереса, моду, или то, как это будет выглядеть со стороны и кто что подумает о причинах этого говорения. Для меня причина только одна — книги Рока однозначно являются настоящими книгами и достойны того, чтобы о них говорили, чтобы их читали, хвалили, ругали, спорили, возмущались автором или героями, катали злобные или влюбленные комментарии, и так далее-далее. Они живы сами по себе, независимо от повелений пиара и страха обывателя перед общественным мнением.
Так что, скажу и сейчас.
Книга Сергея Рока, знаковый его роман «Разговор с джинсами», сделанная издательством Шико, сейчас появилась в продаже в Севастополе, в магазине издательства. Раньше книга продавалась в украинских магазинах, в сети и в обычных, теперь она продается и за рубли, в российском магазине, и возможно, станет ближе к российскому читателю.
Я вообще не люблю никаких границ, потому, чем больше мест, где можно купить отличную книгу, тем лучше.
А чтобы напомнить читателям о самой книге, вот вам некоторые опубликованные в сети материалы, связанные с писателем и его книгами.
Поговорим, короче, с «Джинсами))

Вот, например, разговор аж 2009 года, когда Джинсы еще не были изданы, но уже — были.
Читать далее

Алекс Громов, Ольга Шатохина. В ПРЕДДВЕРИИ ВЕСНЫ

В ПРЕДДВЕРИИ ВЕСНЫ

 

…Они знают о книжках слишком много

 

Алекс Громов — автор ряда книг, опубликованных в России и Европе тиражом более 100 тысяч экземпляров, радиоведущий, обозреватель Mail.ru, «Книжного обозрения», «Новостей литературы», «Банков и делового мира», дипломант Всероссийской историко-литературной премии «Александр Невский», лауреат премии им. Пикуля, награжден медалью «За труды в просвещении».
Ольга Шатохина – автор романов, ведущая рубрики в «Российской газете» — «Книжные новинки с Ольгой Шатохиной».
Награждены Кульмскими крестами за возрождение и развитие исторических традиций отечественной литературы, почетными призами Генеральной дирекции международных книжных выставок и ярмарок «За верность книге», Карамзинскими крестами. Являются лауреатами Евразийской литературной премии и премии «Сорок сороков».

 

ОБОРАЧИВАЯСЬ В ПРОШЛОЕ

 

Александр Лапин. Волчьи песни

 

волчьи песни.jpg

Книга, завершающая уже ставший знаковым роман-эпопею «Русский крест», позволяет увидеть подробную панораму напряженной и драматичной жизни последнего десятилетия прошлого века. На долю героев, с которыми читатели познакомились, когда они еще были искренними подростками и жили в «нерушимом» Советском Союзе, выпадают серьезные душевные переживания, потери и духовный рост, карьерные и служебные перипетии. Автор продолжает пристально следить за судьбами этих, теперь уже взрослых и состоявшихся, каждый по-своему, людей, наблюдая, как под влиянием времени и обстоятельств изменяются их характеры и жизненные устремления.
Читать далее