Антон Санченко: «Стараюсь быть ближе к жанру судовых журналов»
Коллективное сознательное украинской литературы имеет достаточно неравномерное региональное распространение: сейчас громче всех представлены Западная Украина и Слобожанщина. Несправедливо мало на сегодня присутствуют ЦентральнаяиВосточная Украина. Но морской юг – благодаря Антону Санченко – все громче звучит в коллективном сознательном. Украинский читатель, который, наверное, устал от прозыо тараканах в голове богемных выпускников филфаков, получил возможность почитать легкуюитекучую маринистику. «ЛитАкценту» удалось пообщаться с «главным радистом» украинской маринистики вскоре после виходаего книги «Нариси бурси» (рус. – “Очерки бурсы”) («Темпора»).
Мы поздравляем поэта, художника, редактора Сергея Слепухина с выходом второго номера литературного альманаха !
А еще мы поздравляем прекрасного, талантливого писателя, поэта и автора нашего портала Дженни Перову с публикацией в альманахе ее повести “Ловушка для бабочек”!
Дженни Перова “День как день”
Утром опоздала на четыре минуты на электричку.
20 минут читала в тенечке газетку – опоздала и на следующую, зачитавшись! Хорошо, еще одна пришла через 10 минут…
В метро на соседнем эскалаторе, едущем в противоположную мне сторону – серенький мужчина, широко зевая, читает голубенькую брошюрку “Путь к самопознанию и самосовершенствованию”.
Задумавшись о собственном совершенствовании, вышла на улицу на Театральной, вместо того, чтобы сделать пересадку на Пл.Революции и ехать дальше в Измайлово… (more…)
Я начинала читать эту книгу - – с предубеждением – такая мрачная, казалось бы, тема! Но, дочитав до конца, поняла, что не зря продиралась сквозь густые заросли текста – «послевкусие» – светлое и доброе. Жозе Сарамаго сумел создать феерическую и даже комическую фантасмагорию, рассказывая о событиях, в общем-то, трагичных – но ведь и в традиционной фигуре скелетообразной Смерти с непременной косой есть – есть! – нечто комическое! Зловещее, но комическое, как в том черепе с перекрещенными костями, который никого уже не пугает: «Не влезай, убьет»!
И как горожане шарахались от Данте, полагая, что он сумел-таки побывать в Аду и вернуться, так и читатель начинает подозревать Сарамаго в личном знакомстве со смертью, что, впрочем, и верно, поскольку Жозе уже получил лиловый конверт с уведомлением, и отбыл туда, откуда еще никто не вернулся. Теперь-то он точно знает, действительно ли существуют участковые смерти и высшая Смерть – но нам уже не расскажет.
Читать роман трудно: нет привычного членения на диалоги, имена пишутся с маленькой буквы, и абзацы длятся до 2,5 страниц! Автор цепляет тебя на крючок и водит, как крупную рыбу, и когда ты, задыхаясь на последних словах абзаца, бьешься в судорогах на берегу, хватая воздух ртом, он радостно потирает руки: пойман!
История, что написал Сарамаго – о человечестве, которое вдруг непонятным образом обессмертилось – и вы только представьте себе последствия этого, столь желаемого, может быть, отдельными, судорожно цепляющимися за жизнь, личностями! (more…)
В светлой поступи времени
Мы
Кто-то встал, кто-то лег
Человек – и трава, и цветы
Только книга его, пролетая горами
И долами, и реками знойно
Поёт (more…)
Для почитателей граненой кулинарии особый шедевр. Под катом, как обычно. Стоит сказать, что автор изысканного блюда не очень хорошего мнения о своих верных поклонниках, то бишь читателях и покупателях сего труда. И глядя на обложку, такое отношение заметно совершенно невооруженным глазом.
Сегодня на уроке арабского наряду с последними пятью трудно-выговариваемыми буквами алфавита и несколькими фразами типа пароль: “Утро доброе!” – отзыв: “Утро светлое!” мы узнали, что есть два типа джиннов: джинны-мусульмане и джины-немусульмане. (more…)
Стать “человеком вне времени” совсем просто. Нужно всего лишь изменить существующий порядок своей жизни. Полностью выпасть из нее, сломать, забыть. Тогда ты оказываешься вне времени. В том промежутке, где время, течет только для тебя и полностью тебе подвластно. (more…)
Не последняя, и не все будут тут появляться (свят-свят-свят), потому что, как выяснилось, тема космического национализма уже давно читателям привычна, уныла и только мы наивно опоздали удивиться уже устоявшимся нормам чтива.
– утро доброе!