«Банальная история»

или мемуары Жуэла с какаовой плантации

Здравствуйте, я — Жуэл. Простой Жуэл из простой какаовой деревни. Какаовой, потому что рядом какаовая плантация, а я работаю на ней с другими, такими, как я, не писателями, в общем. Почему пишу, спросите? Надо значит. Объясню ниже.
Есть у меня, конечно, хозяин, дон Гонзало, странствовавший где-то много лет. Ну, это он раньше странствовал, а теперь он давно уже здесь. Я тоже теперь уже давно, то бишь, далеко не мальчик, каким был 20-30 (не помню) лет тому назад. Вы видите теперь? Я не умею писать. Раньше я брался за перо, чтобы написать своей сестрице, да ещё моей Марилу (что-то вроде: «встретимся за старым амбаром, в шесть»), которая уже давно стала толстой и сварливой, моя Марилу, и у нас пятеро детей… Да что же это я всё про себя да про себя? Ведь я и писать-то стал: Марилу допекла. Напиши, мол, говорит, старый дурень, ОБ ЭТОМ, чтобы уж, наконец, забыть. А как тут забудешь, если я помню всё-всё так, словно это было вчера, только ещё четче, ещё лучше: каждое слово, каждый вздох… «Банальная история», говорит моя Марилу. А вы всё-таки послушайте.
Читать далее →

90-91

РОЖДЕСТВО

Мертвое сердце укладывается под колеса
мертвой собакой,
распластанной в мокрых осколках,
смятым корабликом утра на камне белесом,
гаснущим в дымном удушье
огарком восковым.

Лед повисает от крыши до мерзлого снега,
в сетку сплетаются фары, рекламы, витрины,
окна, блестящие тайной тепла и ночлега, —
отблеск летит на асфальт,
под стопу пилигрима.

ANNO…

В тот предпоследний миг, когда душа,
уже устав от каторжной работы
себя сберечь (но дрожь карандаша
еще преобладает над зевотой)
и перейдя в усилие дышать,
уже (еще?) неслышимую ноту
пытается поймать, — возврат
к покою или же звериному бездумью
покажется ценнее во сто крат
болезненно-бесплодного безумья.

Тогда ищи защиты у небес —
жестоких, но пленительных чудес:
когда, живьем с себя сдирая кожу,
подобно змеям, остаешься жить
и ждать того, который скажет “пить!” —
но невнимательно глядишь в глаза прохожих.

Читать далее →

Изображение на верхней крышке переплета с античного килика 430 года до н.э., Античный музей (Берлин)

Одна из самых известных книг римского поэта. По жанру  — дидактическая поэма в трёх книгах, написанная, как и почти все сочинения Овидия, элегическим размером и заключающая в себе наставления, сначала для мужчин — какими средствами можно приобретать и сохранять за собой женскую любовь, а потом для женщин — как они могут привлекать к себе мужчин и сохранять их привязанность.
Читать далее →

Сэм Рэйми на съемочной площадке

Не знаю, когда я умру, но мне точно известно, как это будет. Ко мне подойдёт безликий киллер в шляпе Френка Костелло и плаще Чоу Юнь Фа и скажет: «Сэм Рэйми – популярный автор фильмов ужасов» – и я умру от смеха. Потому что Рэйми, один из любимейших кинорежиссёров передовой молодёжи, никогда не был популярным автором. Он – культовый автор. Дьявольская разница, как говаривал Пушкин А. С. по сходному поводу.

Читать далее →

http://la-gatta-ciara.livejournal.com/172508.html

Читать далее →

Это настоящий волшебный сундук для мамы детей младшего школьного возраста. Думаю, что лет от шести — это не книга, это хит. Мы с вами выросли тогда, когда книга была чем-то волшебным, наши дети, питающиеся яркими иллюстрациями и компьютерной графикой, почти утратили привычку восхищаться книгой. А книга это тяжело! Очень тяжело! Даже сейчас, а уж 300 лет назад и тем более. А тысячелетие?
Читать далее →

Привет, я – Толя Герасименко. Для друзей – Хомса Тофт.

Читаю и пишу, сочиняю песни, слушаю музыку и аудиокниги. У меня есть пара десятков рассказов, один роман, много стихов, рок-группа и гитара. А также две дочки и одна жена. В общем, я – счастливый человек, поэтому пишу редко. Зато читаю каждый день, помногу. Стоя, лежа, за едой и в транспорте, с бумаги, с экрана. Если я послушаю или прочту какую-нибудь по-настоящему хорошую вещь, то тут же хочется самому сделать что-нибудь настоящее. Что получается в итоге – не мне судить.
Читать далее →

Первая часть здесь

В 1920 году Карин Бойе поступила в университет Уппсалы, и сама стала руководительницей («мамой») группы на одной из встреч, проведенных в Альмносе (Almnäs) на озере Воттерн (Lake Vättern). Именно здесь, на этой встрече с «ящиком для вопросов», куда школьники кладут записочки с вопросами о жизни и Боге, Анита Натхорст помогла Карин преодолеть отвращение и страх перед человеческими страданиями, — а именно эти эмоции ранее привели Карин к буддизму.
Читать далее →

Мы называем своих детей именами, зачастую распространёнными в наших краях, но большинство из которых заимствованы из других языков: древнееврейского, латинского, греческого, древнегерманского, древнескандинавского, английского, тюркских языков и т. д. В первую очередь это связано с распространением христианства на Руси, когда славянские имена считались языческими, а при крещении ребёнка давали христианские (греческие, латинские и древнееврейские) имена, тем самым вытесняя из обихода собственно славянские. Конечно же и до наших дней дошли некоторые славянские имена, но их доля в именословах значительно сократилась.
Представляю имена, которые восточные славяне давали своим детям, являющееся исконно славянскими. Многие имена уже давно позабыты, но некоторые из них снова возвращаются, т. к. современные родители снова ими нарекают своих новорождённых чад.

1. Бажен (Бажай, Бажан) — желанное дитя, желанный.
2. Бажена — женская форма имени Бажен.
3. Белослав — белая, светлая слава.
4. Беримир — берущий мир, заботящийся о мире.
5. Берислав — берущий славу, заботящийся о славе.

Читать далее →