Мне сразу понравилось название. Козлово. Вспомнился поэт Козлоу, который никогда не жил на обитаемой земле, существуя лишь методологически.
Была осень, и горы представляли из себя ателье, в котором всю одежду выставили напоказ. И здесь, ближе к краю улицы, вид окрестностей словно зависал – вне зависимости от туманов. Хотя, туманы – это единое, это тело, которое может заставить многие вещи парить в воздухе. Тогда крыши отделяются, и хочется участвовать в этом стоянии субстанции – как-нибудь вжиться в белесость, в волокнистость форм. Лучше всего быть художником. Но техника не всегда способна пропитать чувства и сделать их фосфоресцирующими.
Читать далее →

Я хотел свергнуть правительство, но всё, что я смог, —
это низвергнуть чужую жену

30 собак, 20 человек на 20-ти лошадях и одна лиса,
и глянь сюда, что они пишут:
вы эгоисты и мечтатели,
толку от вас нет ни для страны, ни для церкви,
читайте свою историю, изучайте монетарную систему,
заметьте, что расовой войне уже 23000 лет.

прекрасно, я помню 20 лет назад,
сидя со старым еврейским портным —
его нос при свете лампы казался пушкой,
нацеленной на врага —
и итальянцем-фармацевтом,
жившим в дорогой квартире в лучшей части города,
мы замышляли свергнуть неустойчивую династию;
портной, пришивая пуговицы к жилету,
итальянец, тыча сигарой мне в глаз, просвещали меня,
самого по себе — неустойчивую династию,
всегда пьяного, насколько возможно,
начитанного, голодающего, подавленного;
и, в сущности,
молодая, добротная баба разрешила бы всю мою вражду,
но я не знал этого;
я слушал моего итальянца и моего еврея,
и брёл затем вдоль тёмных улиц, покуривая чужие сигареты
и наблюдая, как тыльные стены домов охватывает пламя;
но где-то мы промахнулись:
то ли мы были недостаточно мужчинами,
недостаточно большими или малыми,
то ли мы просто хотели поболтать со скуки,
только анархия не вышла;
и еврей умер, а итальянец всё серчал,
ибо я оставался с его женой, когда он уходил в аптеку,
он не заботился предотвратить
свержение своего личного правительства, и оно пало легко;
дети уснули в соседней спальне,
и я чувствовал себя немного виноватым;
но позже я выиграл 200 долларов в кости
и уехал на автобусе в Новый Орлеан;
я стоял на углу, слушая музыку, доносившуюся из баров,
и я стал ходить по барам и сидеть там,
размышляя об умершем еврее:
как он пришивал пуговицы и говорил — все его дела —
и как он сдался, хотя был крепче любого из нас,
он сдался, так как его жёлчный пузырь
не мог больше функционировать,
и, может быть, это спасло Уолл-стрит и Манхэттен,
и Церковь, и Центральный Парк, и Рим, и Левый Берег;
но жена фармацевта,.. она оказалась милой,
она устала от бомб, спрятанных под подушкой,
и от освистывания папы римского,
у неё была очень хорошая фигура, очень красивые ноги,
и я полагаю — она чувствовала то же, что и я:
что слабость была не в Правительстве, а в Человеке,
что человек никогда не был так силён, как его идеи,
и что идеи — это правительства, обернувшиеся людьми;
и вот это началось на кушетке с пролитым мартини
и закончилось в спальне: страсть, революция, вздор —
окончились,
и шторы трещали от ветра, хлопали, как пушки,
свистели, как сабли,
и 30 собак, 20 человек на 20-ти лошадях
преследовали одну лису
поперёк поля, освещённого солнцем,
и я поднялся с кровати и зевнул, и почесал живот, зная,
что скоро, очень скоро, я буду снова пьян, очень пьян.
Читать далее →

«La Bruja» 2008

20 октября 2012 года в Самаре состоялся Первый областной фестиваль неограниченных возможностей «СОЦИО-АРТ». Этот фестиваль, посвященный творчеству людей с ограниченными возможностями здоровья, объединил самые разные таланты без деления по особенностям здоровья, возрасту и другим признакам. «Социоарт» прошел в форме шести творческих площадок и множества увлекательных шоу, мастер-классов и выступлений. Организатором литературной площадки фестиваля выступила Общественная организация волонтеров «Домик детства». Участниками площадки фестиваля стали авторы, исполнители авторской песни и чтецы из Самары и других городов России.
Читать далее →

Барокко в Испании – это не только  Лопе де Вега, Кальдерон и Гонгора, но и Бальтасар Грасиан. Читать этот длиннющий 700-страничный роман непросто, однако, читать его стоит.. Этот философский роман о человеческом пути и жизни – итог жизни и размышлений о нем скромного священника, жившего в 17 веке. 
Читать далее →

Этими суровыми лицами мы открываем новый постоянный проект Книгозавра, в котором будут представлены всякие разные-интересные-красивые-смешные-прекрасные-удивительные-странные книжные обложки. Мы не станем выбирать ни сто лучших, ни пятьдесят лучших, мы просто будем показывать, как выглядят книги, многие из которых читали все. Или собираются прочитать. Или хотя бы слышали о них. Обложки старые и новые, всем знакомые, и те, которые заставляют увидеть книгу по-новому, вызывают искреннее возмущение или приступы хохота или кажутся (нам) идеальными. Давайте смотреть книгам в лицо!

Художник Илья Донец

http://www.shortlist.com/

КДПВ: Одна из первых русских футбольных команд «Фениксъ». Неизвестный автор, 1900-е — 1910-е годы, серебряно-желатиновый отпечаток, размер 11,8 Х 17,2 см.

Константин Бенедиктов и галерея «Феофания»

Дорогие друзья, если вы следили за происходящим с галереей «Феофания», то вы должны были знать, что мы съехали с Павелецкой (Кожевническая улица), а еще раньше с Таганки (1-й Котельнический пер.) Проклятый квартирный вопрос! И вы должны уже знать, что теперь мы обустраиваемся на Моховой.
Читать далее →

Как рассказать ребенку, что этот мир жесток? Как рассказать ребенку, что люди подчас совершают такие поступки, за которые потом всему человечеству стыдно? Стыдно просто за то, что ты ходишь по одной земле с тем, кто смог 6 августа 1945-го нажать на кнопку и сбросить первую в мире атомную бомбу. Сбросить на ЛЮДЕЙ.
Читать далее →