Он знает…
Знает, если идти по обшарканным до блеска круглым камням древней мостовой вниз, то, перейдя через асфальт с машинами, можно дойти до моря без песка, берег которого забран бетоном набережной. И там – рыбаки, те самые дядьки, что кричат через каменные заборы друг другу о важных вещах, копая огороды или починяя сети во дворе под виноградом.
(more…)
Что составляет основу моего “я”? Язык! Мыслю, грущу, ругаюсь, смеюсь в рамках русской грамматики – значит и поступаю соответственно. Я не хочу называться “аффтар”!
Я не языковый пурист. Волга впадает в Каспийское море, а язык дает новые побеги. Что-то отмирает, что-то укореняется.
Была у нас в Нижнем Новгороде соседка, умилительная старушка Александра Михайловна, выпускница Смольного института – (“Нас тогда от матросов юнкера защищали. Ах, бедные мальчики!”). Сидела смоляночка в струночку, не касаясь хрупкими лопатками спинки стула, беря чашку с чаем неповторимым королевским жестом. Огорчалась: “отчего это вдруг все, и вы, и вы тоже, Женечка, уж не обижайтесь, стали употреблять это дворницкое “надо”? Правильно произносить: “надобно”. А уж “пожалуйте”, “благодарствую” нынче все и вовсе, деточка, забыли”.
Я как-то попробовала эти чудные слова воспроизвести – куда там! Претенциозное жеманство получается.
(more…)
Читая разное, обращала внимание, что в женской прозе чаще сквозят свежие эмоции. Это очень мешает читать. Обида на мужиков-сво, на жизнь, злость или упоение чем-нить, восторженность…
Способ придать тексту прозрачность, очистить от примесей – довольно прост.
(more…)