Автор: ABTOP

  • Алексей Зырянов. Равнодушие — губитель внутреннего мира

    «Нам сочувствие дается, как нам дается благодать…»
    Ф. Тютчев, 1869 год

    Острая тема социальной ответственности бизнес-групп и каждого гражданина в отдельности – важнейший элемент любого политического строя в двадцать первом веке. В изменчивом мире не всё так, как поёт лидер рок-группы «Машина времени», состоявшийся автор книг, Андрей Макаревич. «Пусть лучше он прогнётся под нас» — так пелось в прошлом, а в настоящее время и автору тех строк приходится перерождаться для каждой дороги жизненного перекрёстка, где не только семь, а побелее дорог случается изведать, прежде чем найдёшь свой путь. А самый трудный путь – путь к себе, в свой неустроенный мир внутри тебя самого. Это, по сути — ты сам: начальный и конечный пункт назначения. Ты выходишь из себя и возвращаешься к себе в течение всей земной жизни. А дальше – то, с чем ты пришёл, принесёт тебе надежду или крах всех мысленных желаний жить ближе к Богу.
    Путь к Богу неминуем для мыслящих существ, а значит, будем следовать за Словом.
    И, доверяясь живому руслу русской речи, займёмся чтением журналов. Я верю, в душах читающих людей благородные порывы неизбывны, в них теплится огонь участия и доблесть добровольцев, как и на страницах различнейших журналов.
    (далее…)

  • Поуш-Амм от Наталии Черных. БЕЛЫЙ, ЧЁРНОЕ УХО

    Памяти Олди

    http://www.zvuki.ru/photo/b/73/picture.jpg

    *

    Всё, что осталось здесь, и с чем придётся встретиться там. Всё, что заставляет в тебе жить оторванную половину, чтобы из беременного горем существа родилось новое; что заставляет тебя эту половину кормить и ухаживать за ней, скрепив сердце ожиданием. Всё было в голосе Олди. В непрерывном, уже не земляном, но ещё плотном и густом звуке, в дрожи и трепете высоко прижатой к груди гитары.

    Он пел на вдохе, глотая пение, как Летов. Но это пение было совершенным. Егор не придавал значения чёткости звука. Олди придавал — слышно каждое слово, а звук плавно переходил в звук — плетение звуков, локон звуков. Летов создавал антимузыку, идеальное ПТУ. Олди создавал — комитет охраны тепла – именно музыку. Его небольшой корпус (а пока я резиновый танк) стоит особняком: от приснившегося когда-то русского рока — и от всего остального.
    (далее…)

  • Валерий Смирнов. Крошка Цахес Бабель. 11

    Часть десятая

    ПОСТАВЬ МНЕ КИПЯТОК НА ГОЛОВУ

    http://img-fotki.yandex.ru/get/5401/ugol-neba.2/0_429c5_17100b5f_XL

    Фото http://fotki.yandex.ru/users/ugol-neba/view/272837/?page=1

    У меня было тяжелое детство, с пресловутыми деревянными игрушками. Я слышал одесский язык еще в материнской утробе, затем впитывал его с материнским молоком и рос внутри двух переплетенных лексических миров. Когда читал книгу Джанни Родари «Джельсомино в стране лжецов» никак не мог понять, что такое «ластик». Не удивительно, если даже в писчебумажках (магазин канцтоваров) пресловутый ластик продавался, согласно ценнику, исключительно как «резинка». Мне было лет десять, когда узнал, что «молдаван» – это не только юго-западный ветер. Слово «булочная» как синоним нашего «хлебного» я услышал в двенадцатилетнем возрасте. Уже, будучи совершеннолетним, выяснил: фонарь нашей парадной по-русски называется «стеклянным куполом», а загадочная «фланель» все равно, что «байка». Два года назад до меня дошло, что «ухогорлонос» именуется в русском языке «отоларингологом», а затем случайно узнал: слово «биомицин» россияне воспринимают не так, как одесситы. В нынешнем году опять-таки случайно расширив свой русскоязычный кругозор, выяснил, что «куриный бог» представляет из себя, пардон, являет собой камень, а наша «сарделька» переводится на русский язык как «хамса». Поэт Игорь Потоцкий был таки немножко прав, утверждая: «Одесский язык, как отрава, хоть с нею я с детства знаком. Минуй меня худшая слава – владенье иным языком».
    (далее…)

  • Александр Ермак. Да это же пиар!!!

    Дед-зазывала («карусельный дед» дядя Серый). Гравюра с рис. С. Александровского. 1870.

    То и дело натыкаюсь на то, что кто-то кого-то со знанием дела обвиняет в пиаре. Пошел человек на митинг, а ему в спину:
    — Ага, засветиться решил, пиарится!
    Собрал писатель друзей в библиотеке, чтобы рассказать о своей новой книге, и ему достанется:
    — О, это он пиарится, продается на корню без зазрения совести!
    Написал кто-то что-то отличное от мнения всех в комментариях в соцсети и тут же на него:
    — Рейтинг себе поднять решил? Харе пиариться!
    И что ж теперь ничего не делать, никуда не ходить, ничего не говорить? Ведь всегда найдется тот, кто посмотрит на тебя и ухмыльнется:
    — Да это же пиар, ребята. Ату его!
    Люди не очень в себе уверенные, интеллигентные из-за страха быть уличенными, прости господи, в пиаре, так и поступают – сидят себе молчком да тишком, боятся лишний раз высунуться, высказаться, поделиться. И напрасно они себя так ведут. Потому что ничего плохого или зазорного в пиаре нет.
    Если просто, не по учебнику, то пиар – это установление отношений со своей аудиторией, донесение до людей, с которыми ты связан какими-то общими интересами, нужной им информации.
    (далее…)

  • Алексей Уморин. КНИГИ

    Фото: Sean Kernan, The Secret Books

    Говорят, что при начале времен один святой, после долгого поста взалкал и воззвал к Небесам:
    «Для чего человек!»
    А прежде он был немало мил Господу.
    Тут сияние солнца сгустилось и вдруг в воздухе проступил ангел. Складывая крылья, посланник раскрывал огромную книгу.
    «Человек создан для того, чтобы…» — раздался неземной голос, читая, и — замер: с краю земель, стремительно вырастая, на него надвинулась Тень.
    (далее…)

  • Погодина Наталья. Бернис Рубенс «Пять лет повиновения» (Впечатления от…)

    Бойтесь всю жизнь своих собственных мыслей и желаний. Даже не пытайтесь сделать что-нибудь общедоступное, не говоря о запретном. Не ходите в кино, а уж тем более — в библиотеки. Запомните: за рюмку портвейна в баре будете гореть в аду. Никогда и ни за что не приближайтесь к особам противополжного пола.
    И ваше тело, сговорившись с душой, также недополучившей своих больших и маленьких радостей,  отомстят вам в самой жёсткой, грубой и циничной форме.
    Удивительно современный язык и стиль. Время создания романа — 1978год.

    Bernice Rubens.A Five-Year Sentence.

    http://books-fiction.livejournal.com/983.html

  • Happy_book_year: Прочитано 44. Руди Рюкер, “Софт. Тело”

    Руди Рюкер роботы киберпанкРуди Рюкер роботы киберпанк

    Неверным будет сказать, что роботы из тетралогии Руди РюкераОбеспечение” преследуют цель убить всех человеков; скорее они стараются соединится с биологическим видом, поглотив его. Геноцид получается из парадоксального сочетания необходимости и случайности.

    — Мы придумаем свою Библию, напишем молитвы, организуем служение… заставим всех поверить, что ты есть машина для отправления душ страждущих на Небеса. В некотором смысле это так…

    – Не слишком ли сложно? К чему предпринимать лишние ходы, когда можно действовать так же, как когда-то Фил? Ловить людей, разрезать их на части, а потом…

    Руди Рюкер, “Софт

    Руди Рюкер Софт Тело Персонаж объединяющий все романы тетралогии – гениальный изобретатель Кобб Андерсон, даровавший роботам свободу воли. Андерсон, в итоге, порядком натерпится, как от людей, так и от роботов. Неоднократная смерть. Перерождения. Общения с Богом. И многолетнее закисание в “океане информации”. Но никакие злоключения не заставят его изменить свое решение о свободе личности для каждого. Что до частных случаев, он переносит столкновение с ними стоически; его главное приключение – путешествие за грань привычных существований, как людских, так и присущих роботам. В какой-то степени, Кобб Андерсон выглядит для меня “человеком эпохи Возрождения”.
    (далее…)

  • Воскресное чтение. Данила Веприков, пять стихотворений

    “Я наблюдаю за ними из окна,
    тихо радуясь тому, что никто
    не догадывается о моей
    причастности к написанному”.
    (Ю. Буйда)
    C’ est la java d’celui qui s’en va.
    (Julio Cortzar)

    это танец который печален как расставанье
    он закружит стремительно дворики и переулки
    городские предместья барракас и вилья-дель-парке
    все и вся внимает ему в предрассветном терпении
    это танец тех кто навечно уходит под утро
    обменяв простор и моральный закон на ясность мысли
    на другое небо право на отчужденность в стремленьях
    блуждать по умершим фразам с потерянным смыслом
    не уподобляясь овцам как когда-то сказал сенека
    c’est la java d’celui qui s’en va до последеней минуты
    в нем максима воли и максима наслаждений
    в этом танце который клонит солнце к закату
    погружая во мглу раскаленный буэнос -айрес
    долину огней за рекой вереницу строений
    все как прежде безмолвны манящие бухты ла-платы

    (далее…)

  • Воскресное чтение. Олег Каминецкий, два рассказа

    ***
    — Доброе имя лучше дорогой масти, и день смерти – дня рождения. Лучше ходить в дом плача об умершем, нежели ходить в дом пира; ибо таков конец всякого человека, и живой приложит это…
    — …сорок баксов — нам хватит на пол грамма.
    — Ты у Дэнни будешь брать?
    — Да. Может у Элис, не знаю еще. Сначала позвоню Дэнни.
    — …сетование лучше смеха; потому что при печали лица сердце делается лучше. Сердце мудрых – в доме плача, а сердце глупых – в доме веселья. Лучше слушать обличения от мудрого, нежели слушать песни глупых.
    — …алло! Дэнни? Ну ты понял кто это? Да мне нужна половина. Только не той дряни что ты мне на прошлой неделе впихнул. Это хуйня полная, что на прошлой неделе была. Я подъеду через полчаса.
    — …потому что смех глупых то же, что треск тернового хвороста под котлом. И это – суета! Притесняя других, мудрый делается глупым, и подарки портят сердце.
    — …нет идти два квартала пешком я не собираюсь, ты охуел, ты вообще в курсе какая температура на улице? Да мне похуй на твою паранойю, я запаркуюсь у заднего двора.
    — Он блядь заебал со своими шифрами. Он что опять хочет чтобы к нему пешком шли?
    (далее…)

  • Колонка Лембита. Технологии пост

    Амаду в «Доне Флор» пользует очень сложную писательскую  технологию.
    Там жеж как все построено — Гуляка, муж доны Флор умирает, и с этого момента идет весь рассказ о том что было раньше. О том, как они жили с доной Флор.
    Эта технология нельзя сказать чтобы редкая, наоборот довольно таки частая — она как бы лежит на поверхности и все писаки думают — а чо б не взять и не сделать все наоборот — шоб не в конце все умирали, а вначале, а потом рассказывать за их жизнь.


    (далее…)