Мир поэзии Кальпиди – мир метаморфоз, процесс перетекания мира в слово и наоборот. Поскольку мир и страшен и таинственен, то страшны и загадочны слова об этом мире:
В прошлом стоит тишина, птицы сухие висят,
второстепенный мороз тоже прозрачен и сух,
кошка бежит по двору: видимо, ищет котят,
в небе плывет седина, опережая старух.
В 2007 году на питерском “Пятом канале” вышел документальный фильм о Довлатове. Сделали его, собственно, Лев Лурье и Анна Ковалова. Чуть позже, собрав скрипты под обложкой, выпустили книгу “Довлатов”.
Лишним будет говорить, что прозу Довлатова я люблю, и отношусь с интересом и определенным трепетом к его биографиям и воспоминаниям тех, кто был Там… Однако, стоит отметить, что их, свидетельств, было выпущено столько, что добавить что-то, сообщить принципиально новое – не получается. Лучшим доказательством этого стала абсолютно нелепая жзловская книга о писателе. Те, кого действительно интересно было послушать – уже высказались. Те, кто высказываться продолжает – неинтересные.
(далее…)
По ходу исследования рынка сетевой розничной торговли Москвы маркетинговое агентство FDFgroup провело опрос среди жителей столицы и по книжным магазинам. Выяснилось, что отдельные розничные магазины вполне могут успешно конкурировать с сетевыми. Самыми сильными брендами, обладающими наиболее лояльной аудиторией оказались независимые игроки — «Библио-Глобус» и «Книжная ярмарка в Олимпийском».
(далее…)
Этот роман называли лучшим во всей литературе 20 века, но теперь, по прошествии почти века с момента выхода книги, она не кажется такой уж необходимой. Да, конечно, это эксперимент, но литература – не совсем подходящее место для этого. Есть вещи, значение которых больше синтаксических, словообразовательных или лексических игр.
Как иногда совпадает! Вот всё думала – Фолкнер, Фолкнер… Что-то вспомнилось, как в юности читала его запоем, он тогда серийно печатался, по-моему, в «Новом мире». Можно сказать, жила в романах. Интересно, — не могу сказать, что была в таком восхищении (как, допустим, от Франсуазы Саган), чтобы могла пересказывать своей читающей подруге (мы долго обсуждали повести Саган), нет, по-моему, даже ни с кем особенно не говорила о прочитанном, только с соседкой, той, с кем вместе – на две квартиры — выписывала прессу, особенно журналы: я – «Иностранную литературу», она – «Новый мир», я – «Октябрь», она – «Неву», я – «Юность», она – «Аврору»… Да и говорили мы больше о том, дочитала или нет и можно ли вырывать текст, чтобы потом сделать обложки и оставить себе. Вырванные романы мы тоже делили, но потом она мне всё отдала. И я, верите ли, это пожелтевшее, в истрёпанных самодельных обложках везла, переезжая из страны в страну. И вот – открываю книгу А. Кабакова и Е. Попова «Аксёнов» и на второй странице – Фолкнер упоминается Кабаковым. И всё. Это моя книга, я люблю авторов ещё сильнее (обоих знаю и читаю), Аксёнов стал ещё ближе, хотя не могу сказать, что это мой писатель. Прочитала воспоминания об Аксёнове медленно и вдумчиво, чего и вам желаю. Не пожалеете.
И вот ещё одна книга, которая тоже связана с Фолкнером. Джон Гришэм «Округ Форд», сборник рассказов. Всего семь рассказов, но каких!
(далее…)
Александр Кабаков, Евгений Попов «Аксёнов»
Издательство АСТ, 2011
Как трудно всегда начать, найти первую фразу. Скажете, что закончить тоже сложно. Правы, конечно, ну что ж, надо начинать.
Моя растерянность связана с тем, что написать хочу об очень хорошей книге (об очень хорошем писателе и человеке), написанной очень хорошими писателями и людьми. Это книга «Аксёнов», авторы Александр Кабаков и Евгений Попов.
(далее…)
Дорогие друзья!
Приглашаем вас на литературную программу «Русский вечер на Вашингтон Хайтс»
(далее…)
В последнюю пятницу июля нихрена особенного в стране не происходит, кроме, разумеется, Дня Сисадмина. Вот и в этом году неотвратимый праздник у работников преимущественно умственного труда начался с надувных шаров, а закончился традиционными пьянками в серверных помещениях. Причем полдня IT-сообщество обсуждало это в теории, а полдня готовилось практически, что совершенно не повлияло на работу вверенных им сетей. В смысле — если что не фурычило до этого, то оно не пахало и сегодня. А если что шелестело, гудело и функционировало, то оно и сегодня не падало и не зависало. В работе сисадминов много странного, ирреального и парапсихологического. Но в этот малоизвестный обывателям праздник абсолютно вся техника предпочитает не тупить и не буксовать. За этим сюрреалистическим фактом кроется крайне простая и незамысловатая разгадка. Заключается она в том, что в этот день ни один сисадмин мистическим образом не нажимает ни одной кнопки. Во всяком случае — осознанно и пальцем. Внеплановые падения отдельными частями тела на клавиатуру, конечно, случаются, но в зачет не идут.
(далее…)
Я всё думаю – что может быть хорошего в стихах? Нет, помимо премий и особенно отстраненных понтов – ведь это ни достижения в области менеджментов разного вида, ни долгая дорога к «форбсам», да уж и прочих составляющих здесь мало. Нет, ну понятно – мы тянемся к прекрасному, которое сами же и составляем. А потому, получается, это как бы проверка собственной состоятельности – вот сочинил я стих, выставил его перед людьми и думаю – а прекрасен ли я?
Бывает и такие мнения – будто бы любое стихотворение есть проявление особенной природы. Именно отсюда проистекает понятие «нетленка». Но лично я бы не стал никуда спешить, ребята. Нетленку же разумнее было бы называть тленкой – это чтобы показать этим самым, что подмена смысла нам чужда, мы ищем вещи действительно красивые, ментальные.
Я скажу честно – и среди нынешних стихотворных можно отыскать вещи экземплярные. Но вот – Александр Петрушкин, очередной наш обозреваемый, и тут – пора приступить к чтениям.
ну здравствуй мой кыштым
закрытая в дом дверь
наречие для пчёл
прочтённое — не верь
не бойся если — Бог
не стОит если смех
просящую ладонь
не застужает
снег
(далее…)
Этот пост возник из темы немого кино. Текст был важной частью фильма. У больших художников – полем для творческих экспериментов, все шрифты и тексты — рукотворные.
Сейчас, когда почти в каждом доме есть компьютер и принтер, информатика – обязательный предмет школьной программы со второго, а то и первого класса, улицы пестрят полноцветной рекламой, что изготовлена на печатных или режущух плоттерах, выводящих всю дизайнерскую красоту не только на бумагу, но и на разные виды материалов, трудно себе представить, как это вручную писать разными шрифтами краской кистью, тушью пером от огромного плаката до маленького объявления.
А я вот знаю как оно было.
(далее…)
