РЕЦЕНЗИИ НА КНИГИ * ВСЕ О ЛИТЕРАТУРЕ * ЧТО ПОЧИТАТЬ? * КЛАССИЧЕСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА * ОБЗОРЫ И НОВИНКИ

Елена Блонди

Страницы 2 из 45«12345»...Далее »

«Инга. Мир» — рецензия на роман Елены Блонди в газете «Книжное обозрение»

Арти Д. Александер
Сила любви

Сложный, тонкий и многоплановый роман о человеческих отношениях. Двадцать лет назад юная Инга пережила два романа – со сверстником и столичным художником. И мальчика, родившегося тогда, про себя звала сыном двух отцов. Но вот он вырос, а встреча с прошлым надвинулась вплотную.
Читать далее

Чашка кофе с Еленой Блонди. Дебри с дикими зверями

Когда автор пишет в самом популярном формате, всегда есть риск, что книгу его прочитают поверхностно, только прослеживая закрученный сюжет. За бортом читательского внимания останется другое – то, что глубже и шире.
Не рискуют лишь авторы, пишущие прозу сюжетно бедную, в которой следить нужно лишь за душевными трепетами автора и его героев. Хотя приключения души бывают интереснее любых внешних сюжетных коллизий
Но я сейчас не о них. А о тех самых страдальцах, из книг которых читатели выедают вкусную начинку (объедают румяную корочку – можно и так), выбрасывая остальное.
Потому что я почитала романы Сэмуэля Дилэни, найденные в сетевых библиотеках. И подумала, да, а ведь есть еще и переводчики!
И была эпоха до интернета, когда развлекательная литература мгновенно раскупалась читателями, оголодавшими на диете из классики и идеологической ура-прозе с ура-поэзией. Я ее очень хорошо помню, эту эпоху. В сериях приключений и фантастики можно было нарваться на что угодно – от дивных великих Лема и Брэдбери до какого-нибудь американского ляписа, выпекающего гаврилиады с планетами смерти и звездами-призраками.
Понятно, что переводить книги всерьез было некому и некогда. И незачем.
И вот теперь перлы из печатной литературы двадцатилетней давности всплывают в сетевых библиотеках, услужливо предлагаемые нам в качестве прозы того или иного известного автора. На обычные опечатки и ляпы переводов («чувства его взъерошились, как шерсть кишки», Роберт Музиль «Человек без свойств») тут накладываются скан-опечатки («Вскрикнула в гневе богиня. Сохнуло от ее крика деревья над озером, и дриады опрокинулись от испуга головой к поде. Над озером повисли их волосы. Вышла богиня из веды». Яков Голосовкер «Сказание о кентавре Хироне» – скан-хлама полно и не в переводной прозе)
Читать далее

Елена Блонди. Дневники чтения. Проза Мэри Энн Эванс Джордж Элиот — большая и маленькая


Я дочитала «Миддлмарч» Джордж(а) Элиот(а) и роман мне очень понравился. Местами слишком громоздкий, даже для меня, — полагаю, сейчас вообще крайне мало любителей неспешного чтения с закладками на страницах, но вполне возможно, пропущенное мной как раз предназначено читателю других интересов и склада ума.
О самом романе лучше говорить отдельно, а сейчас просто несколько слов по ходу чтения прозы.
В биографии Элиот написано, что только Диккенс понял — новый прозаик, восходящая звезда — женщина.
Но по «Миддлмарчу» вполне видно, да, женщина, мужчины просто не знают о женщинах того, что пишет о них Элиот.
Хотя ко времени написания Миддлмарча анонимность раскрыта, и автору уже нет нужды писать «по-мужски», она может просто — по-человечески.

Читать далее

В-Глаз от Елены Блонди. «Пудра» — неудобное кино с неудобным названием

Если смотреть несколько фантастических фильмов подряд, то видны одинаковые детали, из которых складываются истории. И мы смотрим эти несколько историй, снятых так и эдак.
Виктор Сальва рассказал историю совершенно обычную, можно сказать, уже и не фантастическую, настолько она всем зрителям фантастики знакома.
В беременную женщину ударила молния, и во время родов мать умирает, оставив безутешному отцу странного ребенка – мальчика-альбиноса. От которого отец тут же отказывается, потрясенный гибелью жены и пугающей необычной внешностью младенца.
Эта присказка.
Читать далее

Правильное чтение для правильных кошечек («Долина рыженьких зайчиков»?)

8795.jpg

Елена Блонди. Дневник неЧтения. Поиски драгоценных слов

В 1972 году в литературно-художественном альманахе «Молодой Ленинград», составленном А. Ельяновым (среди авторов — Елена Игнатова, Юрий Шигашов, Геннадий Алексеев, Владимир Алексеев, Герман Сабуров, Александр Матюшкин-Герке, Михаил Мишин, Александр Житинский и др.), появилась первая публикация В. Холоденко — рассказ «Мир на двоих», который являлся «удобоваримым» для опубликования и сильно сокращённым и изменённым вариантом повести «Законы молитв» (1969). Эта светлая, умная и страстная повесть была в своё время высоко оценена Д. Даром (чего стоят, например, такие его слова в одном из писем: «…ты не мой ученик — ты явный и блестящий ученик Томаса Манна и Владимира Набокова — единственный их ученик в советской литературе»)
(из статьи в Вики)

Valeriy Kholodenko.JPG

(Холоденко Валерий Александрович.  47 лет жизни, две прижизненных публикации с двадцатилетним между ними промежутком)

Искала в сети прозу писателя Холоденко. Ничего не нашла и даже, увы, нужный номер журнала «Нева» с единственным его официально опубликованным рассказом, кажется, не оцифрован. В статье вики (а больше и негде толком) было то, что изрядно зацепило меня. Оказывается, я знала Холоденко по упоминаниям его и многих других его современников Довлатовым. Но ни разу мне не захотелось найти ни одного из тех писателей и прочитать. Все они у Довлатова представлены смешными и жалкими, чего их искать, прочитала пару анекдотов о них же, посмеялась и хватит.
Ясно, что в первую очередь я обругала себя, сколько раз обжигалась на том, что самостоятельно нужно думать, и проверять.
Теперь берем злобного и безжалостного английского сатирика Тома Шарпа, чьи книги я когда-то (еще до моды на Довлатова) перечитала все, во всяких, даже самых неудачных переводах. Шарп не стесняется: проза у него бессовестная, пошлая, оскорбительная, насмешливая, местами чудовищно гротескная. С щедрыми упоминаниями везде и всюду английской классики.
Читать далее

По ходу чтения. Елена Блонди. Ангел и персонажи в романе Оноре де Бальзака «Серафита»

В чтении романа виноват Мирча Элиаде, он, перечисляя мистические произведения разных авторов, упомянул и Бальзака. Почитав в сети о романе, я узнала, автор сделал главным героем существо двуполое (Серафиту-Серафитуса), и, вспоминая прекрасное Орландо Вирджинии Вульф, заинтересовалась.
Но я бы не сказала, что «Серафита» — роман.

Читать далее

Вперекрест, но не сикось-накось. Встречные интервью авторов Книгозавра. Блонди-Квинто, часть 2

И вот ленивое «послепраздника» наступило и мы ходим в гости, или читаем, или смотрим кино. Или просто болтаем.
Сегодня болтают, вернее, продолжают болтать (часть вторая) Квинто Крыся и Елена Блонди, первая спрашивает, вторая отвечает.

Крыся Квинто: что бы ты хотела написать в новогоднюю ночь, а если уже писала, то что это было?

splashhh.jpg

Елена Блонди: первое написанное именно в новогоднюю ночь — небольшой очерк «Кыз-Аульский маяк». Я встретила новый 2008 год одна, села за компьютер и писала часа три.

ангар.jpg

«Безупречно белая башня, расписанная черными полосами. И ниже колен ее, к самой рыжей земле прижавшись — домики вокруг одного двора, приземистые, упрямо зеленые деревья.
Белая, с черными полосами, не теряющая белизны своей башня… Мы все ближе. Ближе к домам и деревьям, и кажется, мы все ниже. Растет в блеклое от жары небо — белая, с черными полосами.
Ветер наконец-то встречает нас. Он еще слабее жары, мягкий, но уже здесь, шепча, что море — там, за обрывом. Мы видим маяк и синеву. Но еще не видим моря, того, что будет у ног босых. Но знаем — есть. Ветер сказал и с каждым шагом говорит об этом все громче, сильнее. Хлопая по горячим щекам и развевая пыльные волосы. Но уже понятно, что сильнее жары ему не стать. Она смеется, тяжко давит на мокрые плечи, держит на голове сухую жесткую ладонь» (без последующих правок)

Потом идет перерыв, не помню, писала ли, и что именно, но мне понравилось писать в новогоднюю ночь, так что, скорее всего — да.

А дальше подсказывает дневник «Татуиро».
Читать далее

Вперекрест, но не сикось-накось. Встречные интервью авторов Книгозавра

Праздничный менуэт, переходящий то в полечку, то в галоп, а то в вальсирование среди недоукрашеных елок, недорезанного оливье и недоиспеченных тортиков, продолжается (как ему заблагорассудится).
По-прежнему приглашаются новые пары! Не забывайте, нас ждет еще ленивое «послепраздника» — время разглядывания картинок и чтения всякой смешной ерунды и не-ерунды.
Сегодня парные танцы Квинто Крыси и Елены Блонди.
Итак, танец первый. Елена спрашивает, Крыся отвечает.

запад=.jpg

Елена Блонди: Немного хронофилологии. Назови пять главных прилагательных (не повествовательных, а желательных))) утра 31 декабря, пять главных существительных вечера 31 декабря, пять главных деепричастий новогодней ночи.

bazuka.jpg

Крыся Квинто: Сложный вопрос, для подумать на запаренную, замученную и закрученную, а еще замороченную голову (эти части речи — довесок для предновогодней суеты). 😉 Если утро, то пусть оно будет солнечным, ярким, а дорога — быстрой, широкой, свободной! А еще это похоже на тест. В конце будет резюме: вы — человек прямой и светлый, раз набрали 15 баллов, ответив на все вопросы. А я покиваю головой и поулыбаюсь, о да, вылезло солнце и даже мы, сумрачные твари, стали производить живое впечатление. Вернемся к существительным новогодней ночи. Пусть я буду нетрадиционной. Пусть будет одиночество, спокойствие, solidao, silence и босса-нова.
Читать далее

Вперекрест, но не сикось-накось. Встречные интервью порталов Книгозавр и Камеры Кунста. Елена Блонди — Сергей Рок

Традиционно под Новый год дружеские литературные сайты обмениваются праздничными вопросами-ответами, такие вот неформальные «шампанские» беседы, где каждый может выбрать себе собеседника, поймать его вопросы и вернуть подачу, задавая свои.
ЕЛЕНА БЛОНДИ. Вопросы новогоднего волшебства — СЕРГЕЮ РОКУ

0244.jpg

вопросы Року-читателю

Рок.jpg

Елена Блонди: Твои книги для сердца. И почему?

Сергей Рок: Для сердца…. «Алмазный мой венец», например, Валентин Катаев. Для сердца — это большое соответствие внутренней ментальной программе. Это управление временем. Но для сердца — это может быть и особая алгоритмика. «Воздушные змеи», Ромэн Гари. «Хендерсон — король дождя”, Сол Беллоу. Наверное, три литературные кнопки, которые вспомнились первыми. Ну, может быть, «Герой нашего времени». «Волхв», Джон Фаулз.

Елена Блонди: Твои книги для головы. И почему?

Сергей Рок: Для головы — это даже проще. Возьмем всего Достоевского и будем, например, искать полезное для себя, как для автора. Какая книга самая ёмкая, ну то есть, что можно почерпнуть для себя? Элементы стиля, вообще — осмотр жизни, диагнозы, души героев. «Бесы». «Братья Карамазовы». Для ума можно почитать, например, «Лубянка-Экибастуз». Некий поворот темы. Захария Ситчин, кстати. Не факт, что правда, но подогревает воображение о происхождении человечества. Наконец, «Машина с евреями» — чтобы посовременнее.

Читать далее

Страницы 2 из 45«12345»...Далее »

Чашка кофе и прогулка