Виктор Острович. Сакральная геометрия кофе и алюминиевого скейтборда. Гаргантюа и Пантагрюэль

Дорожный трактат в стиле «Вай-фай»

Всё началось с роликов. Это важно. Сначала автор покупает ролики. Потом читает Хармса. В голове возникает щелчок, похожий на переключение тумблера в распределительном щитке реальности. Телл ми вай, спрашивает себя автор. Разве это работает? Как это работает?

Вай. Да, да, Стив Вай. Тот самый, с гитарой-ручкой и семью пальцами на каждой руке, которые видны только в момент экстаза. Если реальность — это гитарный тракт, то Хармс — это педаль фузза, которая превращает быт в абракадабру, а Стив Вай — это бесконечный фидбэк на грани срыва в космос. Но между ними есть звено.

Электросамокат.

На первый взгляд — деградация, путь ленивого футуриста. Но нет. Электросамокат — это путь к истокам. Это тот самый металлический скотч, на котором аннунаки, древние пришельцы-рудокопы, проводили свои опыты по скрещиванию вертикали и горизонтали. Когда несешься со скоростью 25 км/ч (пока не запретили, пока они не спохватились, пока аккумулятор не сел), время сжимается в гармошку. Ты одновременно везде и нигде. Ты — точка сборки шумерской мифологии и пластикового декоратива XXI века.

Читать далее

Koree Key. Рецензия на повесть «Прощай, дорогая редакция»

Эмилия Галаган. Прощай, дорогая редакция!». Повесть.

«Я любила книги больше всего на свете.
Больше музыки, больше снов, больше вишневого варенья, иногда даже казалось, что больше мамы, и уж точно больше себя самое.
Но тому, кто любит колбасу, лучше не работать на мясокомбинате»


В качестве обложки использована работа Джонатана Уолстенхолма

***

Да, сразу предупреждаю: я знаю Эмилию давно и весьма симпатизирую и ей, и всему, что она пишет. Так что рецензию можно рассматривать в расширительном смысле — читать у Эми всё, что найдёте.

Конкретно эта вещь – «Прощай, дорогая редакция!» – прелестный крупный рассказ, очень подходящий для знакомства с автором. Искренне рекомендую всем, кто пришёл на АТ неслучайно. Многие из новичков уже и не знают о том, как это было в бумаге :). А Эмилия как раз застала эпоху тихого угасания бумажных книг, успев вдоль и поперёк изучить всю эту редакционную кухню. Полный цикл – от вычитки и вёрстки до поездок на выставки и книжные ярмарки. Худлит, эзотерика, серьёзные исторические монографии и тяп-ляп-компиляп — всё помнят её глаза и мониторы 🙂. Хотите узнать о разного рода коллегах, или убедиться, что эти уже знакомые типажи — вечны, пожалуйста, читайте «Дорогую редакцию».
Читать далее

Koree Key. Рецензия на роман «Судовая роль, или Путешествие Вероники»

О дилогии коротко:
🌟 это прекрасный ЛыР с хэппи-эндом по всем фронтам, чувственный и яркий,
🌟 это «Назад в СССР» с полным знанием дела и сочнейшими детальками,
🌟 и это махровый авторский неформат, способный заколдобить целый легион привыкших к лёгкому АТ-шному писеву.

Ну да, вот только что попаданцев нет. Тут, конечно, упущение 🙂 .

Первая книга: «Вероника и искушения сансары»

На символическом уровне это история о вечно юной богине, проснувшейся среди смертных, чтобы вернуться домой. Пока она спала в теле ребёнка, а потом девушки, её свет уже манил многих. Света-то всем хочется.
Читать далее

Елена Черкиа. Рассмотреть, ощутить и назвать…

Впечатления о повести Евгении Перовой «Повелительница мгновений»

Евгения — писатель разносторонний. Кроме так называемой жизненной прозы (романы, рассказы, повести), которую сама автор шутливо именует душетрепательной, она пишет стихи, создаёт великолепные рецензии на книги, а ещё — эссе о художниках и в целом о творчестве. Я вот очень ценю отзывы и размышления Евгении о прочитанном, её рецензии всегда увлекательно читать. За плечами Евгении огромный профессиональный искусствоведческий опыт и не менее огромная искренняя любовь к искусству. Прибавьте сюда замечательное владение пером, исключительно бережное и правильное отношение к языку, писательский талант. Неудивительно, что её «не художественная» литература не менее увлекательна, чем беллетристика.
Читать далее

Блиц-рец. Километры и страницы с Игреком Х. Ислам Ханипаев «Луна 84»

Это, мои дорогие, просто фееричный …

Я честно прослушал книгу три часа, купившись на описание. Так вот, от научной фантастики тут только приставка «космический». В остальном всё повествование – муссирование тюремной темы, замаскированное под НФ. Автор с упоением рассказывает о тюремных обычаях, кастах, наказаниях и тюремной иерархии. Эта херь не заслуживает сколько-нибудь длинной рецензии, поэтому скажу только, что на «тёрках» (да-да, именно так там называют какой-то их тюремных движ), я бросил чтение, предварительно проблевавшись. Не повторяйте моей ошибки!…

По ходу чтения. Елена Черкиа. Романы Хайлайна – клубничный аспект…

Хайнлайн

Хайнлайн писатель культовый, «в англо-американской литературной традиции Роберта Хайнлайна вместе с Артуром Кларком и Айзеком Азимовым относят к «Большой тройке» писателей-фантастов, ставя его на первое место» (цитата из вики)
Фантастику я люблю, хотя читаю её именно как настоящую литературу, а не как великий поклонник жанра. Так что, мне в принципе всё равно, сумел ли писатель верно напророчить будущее (в случае с фантастами золотого века – уже во многом наступившее) и насколько правильны научные выкладки в научной фантастике. Тут я целиком согласна с анфан террибль фантастики Харланом Эллисоном, который сказал, что писать надо о людях, всегда. У него это, кстати, получалось прекрасно.
С Хайнлайном ситуация неожиданно сложилась весьма интересно. Вообще я хотела, пользуясь случаем, порассуждать о пред-чтении и после-чтении, а ещё бывает «во время-чтение» (главное, чтобы не вместо чтения). Берясь за новую книгу, я стараюсь не читать об авторе и самом произведении, чтоб ничто не мешало впечатлиться. Если автор зацепил, то после книги я иду читать биографию, библиографию и прочие интересности. А иногда, неспешно читая, устраиваю себе интерактив – смотрю карты, картинки мест, гуглю упоминаемых животных, растения, исторический период. Это и есть моё «во время-чтение».
Читать далее

Сергей Рок. Марина Глазачева «Макинтош для Близнецов»

Сергей Рок. Марина Глазачева, Макинтош для Близнецов, отзыв.

Книжка должна что-то сделать с читателем. Заманить, поймать, запаять в себе на время чтения, оживить, убить, etc. Итак: Марина Глазачева, «Макинтош для близнецов». Откровенно, ментально, поток, местами медленный, местами — сель. Душа у человека имеет такие уровни, как – чердак, середина, подвал. Автор, конечно, может открывать подвалы персонажей – главное, чтобы читающий встрял и не хотел уходить.
Нина и Саша – близнецы, наверное, даже не по духу, а по жизненному алгоритму. Личности порой переплетаются. Очень хорошо: автору удалось натянуть немного эмоций на событийный ряд, но главное – читающий также должен быть в этом потоке. Причем, тут есть очерченное начало и ожидаемый конец.

«Я рассказала Саше, что этот «Макинтош» когда-то кто-то подарил моей матери. Я помню, мама пришла домой с заграничным пакетом, который я впоследствии несколько раз стирала с хозяйственным мылом и не вывешивала на солнце, боясь выцветания заморских красок.»

Макинтош – это море из фильма «Достучаться до небес». Нина и Саша – две половинки бытия, правда, сдвинутые к одному жизненному полюсу.

Общая оценка
А) Крепость текста (в градусах). Есть ли спирт? +
Б) Будет ли гореть, если поджечь: +
С) Хочется ли посмотреть в глаза автору и спросить: что там внутри, в шаре головы: +
Д) Все остальное, включая необходимые полутона: +

Итого: все круто. Начинайте читать прямо сейчас.

Елена Черкиа. Любовь и всё-всё-всё… Размышления о прозе Евгении Перовой

Авторский коллаж к роману «Созданные для любви»

Не слишком легко писать о прозе друга. Нещадно, да и мягко критиковать произведения друзей я категорически не могу (потому безмерно радуюсь, когда могу похвалить). Ещё сложнее, если друг, а мы дружим вот уже двадцать лет, пишет любовные романы — сама Евгения иронично называет их душетрепательными, потому что я сама очень редко читаю именно любовную прозу. Не мой жанр, для отдыха читаю детективы и фантастику. Дополнительную сложность создаёт то, что мы обе писатели и нелегко бывает отделить во время чтения себя-читателя от писателя, который так и норовит вклиниться — а вот тут я бы написала вовсе по-другому… Но это неправильно, «я бы» тут не должно быть, потому что написаны эти романы не мной.
Недавно писатель Рок задал мне три вопроса, это у нас традиция такая, время от времени друг другу по три вопроса задавать, и один вопрос как раз о чтении, я над ним сейчас думаю. Так что, начала я писать не о каком-то отдельном романе, а о прозе Евгении в целом, как раз потому что я так и читаю: выгребаю все произведения автора, до которых могу дотянуться, и устраиваю марафон одного писателя. Ясно, что тут есть и минусы, но есть и свои плюсы. Иногда к третьей книге (если не бросаю сразу) мне так надоедает однотипность, что марафон заканчивается, почти и не начавшись. Иногда прочитываю всё и сижу, печалюсь, как, неужели всё? А может ещё что-то где-то есть непрочитанное? Согласитесь, это много говорит о качестве писательской работы.
Именно так я дочитала последний из непрочитанных мной романов Евгении Перовой — с мыслью, ну вот, и с чем я теперь буду валяться на диване, с чем буду пить утренний кофе?.. Читать далее

Кирилл Голицын. Книжная десятка

Книжная десятка

 

Павел Авдонькин. Эксперт на миллион

В незапамятные времена тем, что теперь называется красивым словом «сторителлинг», занимались сказители, барды и даже волшебники. В наши дни умение хорошо рассказывать истории необходимо всякому, тем более тому, кто работает или собирается начать работать с людьми. И самые лучшие истории – из собственного опыта, потому что они неповторимы как уникален каждый человек. Автор — видный специалист по личностному росту — начинает книгу как раз со своей истории.

В лихие девяностые он был еще ребенком, но поскольку у него был младший братишка – пришлось восьмилетнему мальчику стать ответственным и заботиться о малыше. Потому что родители были заняты, зарабатывая на жизнь. Папа и так кроме основной работы подрабатывал, но потом влился в ряды «челноков». В четыре утра каждый день папа и мама загружали в жигули-«четверку» и в прицеп сумки с товаром и отправлялись на рынок. А старший сын, оставшись за главного, кормил брата завтраком, одевал, вел в детский садик, потом сам бежал в школу…
Читать далее

Кирилл Голицын. Книги, книги, книги…

25-25.jpg

Книги, книги, книги…

 

Владимир Аваков. Секундант Его Императорского Величества

Жил-был и преуспевал в рамках дозволенного некий наш современник, обладатель модного ремесла политтехнолога. И вот ему досталась нелёгкая доля, иначе говоря — Важное Задание. А именно, выяснить путем аналитических выкладок, размышлений и экстраполяций насколько соотечественники готовы и способны воспринимать наше всё. В смысле – Пушкина, его стихи, портреты и подробности биографии. Стихи, конечно, в первую очередь, ведь не зря в романе появляется конспирологическая гипотеза, будто читая Пушкина, человек может измениться. Вопрос, в какую сторону…
Читать далее