***
Там, где Зима свои белые крючья
тянет сквозь петли бездонных прогалин,
где обитает в кудели паучьей
в шёлковом коконе, с мушкой из стали
Розовоперстая — в летнике пёстром
бабочкой лёгкой над нами маячит,
космос безвиден над местностью плоской,
снежные волны да холод собачий…
Так начинается новое время…
***
Галка по имени Кафка
А это галка по имени Кафка, чёрная и худая,
снег следами под окнами начерно исчеркала,
а в этом году нам выпало снега немало,
и немало неба на поля туманами тая.
И немало соли, если утро морозом дышит,
и немного нежного мёда на сосновых стволах застыло,
слышишь, Кафка, чёрный глашатай крыши,
медленны галочки дней над полями висят уныло.
А если смотреть изнутри — это будет даже красиво,
и не менее осязаемо, чем если смотреть снаружи,
думай медленно, наводи птичьим своим курсивом
сеть рисунка из воды, соли и стужи.
***
Домовёнок из-за печки, тучки- огненные зубы
говорил, что этот город основали лесорубы,
мимоходом, под сурдинку, под чудесную копирку,
будто время на обоях заговаривало дырку.
Оттого глядеть так странно на конёк соседской кровли,
облетевший куст под ветром пуст как рыбий позвоночник,
в час, когда заходит осень, закатив глаза воловьи,
и ложится белым снегом, вся разодранная в клочья.
Чтоб с утра — глядишь — мятели заметелили-завыли, –
или доблестный охотник разохотился за стенкой,
поднимая тучи пыли под немой полёт валькирий,
сонным зрителям кадрили запорашивая зенки.
***
Время пишет изнутри наружу,
Так же смотрит, так же говорит,
Гроздья-пальцы окунает в стужу,
С высоты на дерево глядит.
Некто Брейгель в стёганом жилете
На прозрачных кружевных коньках
Рассекает по замёрзшей Лете,
На лету взметая белый прах.
А внизу, в оврага котловине,
Пойманное время мельтешит.
На окошка раме сизый иней
Золотыми нитями прошит.