РЕЦЕНЗИИ НА КНИГИ * ВСЕ О ЛИТЕРАТУРЕ * ЧТО ПОЧИТАТЬ? * КЛАССИЧЕСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА * ОБЗОРЫ И НОВИНКИ

ЗАБОР. Елена Колчак: Перловка, сэр!

Патологическая убежденность некоторых персонажей в том, что они пишут стихи, сама по себе не стоит сколько-нибудь пристального внимания. Ну выкладывают и выкладывают. Мало ли, кто в чем убежден. Интернет, однако, большой.
Но! Не просто ведь выкладывают — платно! С образцами, гм, продукта. Полагая, видимо, что ознакомившиеся тут же падут, пронзенные восторгом, и побегут (нет, погодь, они же пали пронзенные? ладно, поползут) наперегонки совать в платежную систему деньги, дабы продлить-продлить-продлить счастье знакомства с Высокой Поэзией.
Вот, к примеру, некто Геннадий Мурзин (если верить профилю, «последние четверть века — главный редактор»):
Не глаза, а озера бездонные.
В них гляжусь, утопая в лучах.
Столь милы и настолько желанные,
Что готов я валяться в ногах.
Я валюсь в её ноженьки стройные
И с мольбою смотрю снизу вверх.
Я кричу ей словечки сердечные:
«Снизойди до меня… Я ль не стерх?!»

Недорого, всего 40 рублей за сборничек.

Некто ВОРОХ хочет за сборник уже полтинник. Образец:
Все равно
Я люблю распутных.
Ты меня напрасно ревнуешь.
Я люблю красавиц беспутных.
Неужели ты злиться будешь

Почему мне не хочется это купить?

По полтиннику предлагает свои одиннадцать (!) сборников и Юрий Селиверстов. Образчик:
А был бы жив — не написал
Поэт своих творений…
Он гильотиной нависал
Над тьмой стихотворений.

*зависла*

Далее. Иван Серый. Сто рублей.
Я рассеял любовь по звёздам,
Раздарил себя млечным мирам.
Это небо влажнело как простынь,
Когда верило страстным словам.
В чёрных дырах огромной вселенной
Я оставил свой пламенный след,
В них вручал я душе неизвестной
Факела дорогих эстафет.

Почему, интересно, «дорогих»? Чисто ради ритма (но — «факела«?) или какой-то в том сакральный смысл?

Зиновия Пинская предлагает свои «ощущения, наблюдения и размышления зрелой женщины» за 110 рублей:
А в ночи наполняются древние улочки
Прытких глаз разговором под сенью парчи.
Продавцы гомонят — улетают шкатулочки,
Украшения, ткани, кальяны, мечи.

Красотишшша, в общем. Одеяло убежало, улетела простыня. Да и глаза… прыткие.

Дон Эллиот оценивает свои «альбомы» серии «Дневник Белого Короля» (ха! а вы как думали! тут все непросто) в 132, 156, 204 и 208 рублей. При этом отрывками для ознакомления читателя не удостоивают: видимо, предполагается, что и так всем известно, насколько это круто. Ну, я девушка необразованная, я не в курсе. К одному «альбому» (тому, что за 204 рубля), впрочем, отрывок нашелся, вот кусочек:
А гуси гогочут, шипят,
Огрызаются, крыльями машут,
Но от кончика клюва до пят
Каждый делает то, что скажут.

А что? Огрызающиеся гуси — это да, это круче, чем купринский зубастый голубь. Да и вообще.

Вообще-то «бесплатников» трогать не собиралась, но раз пошла такая пьянка… Я тут радуюсь, надо ж и прочим людям дать порадоваться, не? Но фамилиёв писать уже не буду (ну жалко их, ей-богу), только ссылки (мало ли, вдруг кому мало покажется). Поехали?
Раз:
Захотелось стать вдруг ветром,
И тебя обнять.
И ласкать твое все тело,
Всю тебя ласкать.
В волосах твоих порыться,
Губы целовать.
И к груди твоей прижаться,
Крепко, крепко сжать.
В облака с тобой подняться
Очень высоко.
В облаках весь день валяться
Ой, как хорошо.
И тобою любоваться
В отблесках зари.
Ты хотя бы хоть немножко…
Раз один моргни….

М-да. Если б мне такое говорили (да еще и в волосах рылись, экая тонкость нравов), я, наверное, тоже уже и не моргала бы…

Два (философские размышления):
Так Марксова теория Авроры
Залпом выстрелила в жизнь,
Начало положив эксперименту
Длиною в человечью жизнь.

Три:
Не трудно родиться поэтом,
Трудно поэтом стать,
Наверное, так же трудно,
Как истину в сердце рожать.

Ну… рожать — вообще дело такое. Непростое.

Четыре:
Он подарил ей голубой закат,
Умытый весь грозою мая.
Но не встрепенулся глаз красивых взгляд:
Она была душой слепая.

И у этого — не моргает?

Пять:
Он просто жил. И, вдруг, она явилась
и даже, между прочим, поделилась
своими взглядами на жизнь.
Он не простил —
её беспечный оптимизм.
Она ушла. Он не любил.
Но как-то, в ожидании рассвета,
Он понял — жизнь многоаспектна,
и загрустил…

Загрустишь тут…

Шесть (тут, кстати, и проза тоже… ничего себе):
Посеяно зерно добра,
Но урожай не сжать руками.
А я сжинаю опыт слов,
Событий, сложенный веками.
И я собой его продлю,
Засею собственную ниву.
А, урожай, что я  взращу,
Отдам, кто зёрнышко лелеял.

Семь:
Обольщена тобой я милый,
Живу мечтами о тебе
Люблю я искренне и нежно
И не угаснет это чувство, верь.
(…)
Мой образ встанет пред тобой
Когда откроешь портмоне
Глотнешь моей любви сполна
И милый, вспомнишь обо мне.
***
Когда тебя топтают в грязь,
Ты будь самим собою.
Не стоит отвечать, уподобляясь им.
Монетой той же сиюминутно.
***
Хоть нам по возрасту пятьдесят
В душе мы молоды всегда.
Ведь это возраст мудрецов,
Вроде рождения младенца.

Из отзыва на рассказы того же автора: «Они настолько нам понятны, что оказываешься в тот мир, куда умело уводит автор«. Куда-куда — в портмоне, чтоб любви сполна глотнуть. А то топтают тут всякие.

Восемь:
Не знающий печали вдохновенья,
Поэт рифмует строчками слова.
Его слова переживут столетья,
Их не испортит дикая молва…

Да шоб мне печали вдохновенья в жисть не знать!

Девять:
Еще я умею стихи сочинять,
Хочу известной поэтессою стать.
Что уважал и любил меня мой народ,
Чтоб жизнь проходила без всяких хлопот,
Чтоб все узнавали и просили автограф,
Что б снимал меня самый лучший фотограф.
А в модных журналах статьи про меня,
Какая знаменитая звезда супер я!
Хочу выпустить книгу сборник стихов,
Чтоб у людей от изумления не было слов.
Чтоб сказали однажды и запомнив навсегда,
Какая же я яркая шикарная звезда!

Ну ладно не буду сильно мечтать,
Пора стишок мой завершать,
Обещаю сочинять, беру над этим обед,
Буду как Пушкин — Великий поэт!

Вы только не подумайте, что это стеб. Там все очень серьезно: любовь, морковь и прочие выЗшие цели. Аннотация к сборнику гласила: «Стихи, которые не оставят Вас равнодушным, к современной поэзии». Меня — не оставили.

Литературная страница Елены Колчак — без стерхов!

 

Чашка кофе и прогулка