РЕЦЕНЗИИ НА КНИГИ * ВСЕ О ЛИТЕРАТУРЕ * ЧТО ПОЧИТАТЬ? * КЛАССИЧЕСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА * ОБЗОРЫ И НОВИНКИ

УРОКИ ЧТЕНИЯ Александра Кузьменкова. ХЛЕСТАКОВ-НУАР

В. Лорченков «Табор уходит»;
М., «Эксмо», 2010

Случилось страшное: страна без Большого Брата вконец оскотинилась. Рубежи ее охраняют полуголые пограничники с муляжными автоматами. Мусульманские окраины, как им и подобает, по уши увязли в сепаратизме. Выпускники средних школ с трудом считают до ста, зато знают псалмы и государственный гимн. Академия Наук специализируется на астрологии и гаданиях по птичьим внутренностям. На столичных улицах бесчинствуют отмороженные малолетки. Деликатесом считается похлебка из собачатины и вороньих окорочков. Единственным жизнеспособным институтом государства оказалась пенитенциарная система: вертухаи в эсэсовской форме работают без осечек. Многострадальный народ и стонет, и плачет, и бьется о борт европейского корабля. Но максимум, на который можно рассчитывать по ту сторону борта, – рабская участь гастарбайтера или проститутки…
«Э-э!» – воскликнет простодушный читатель. – «Никак “Невозвращенец”, г-на Кабакова сочинение!» – «Ошибаться изволите-с!» – возразят ему. – «И не Кабакова вовсе, а Войновича – “Москва-2042”». – «Да полноте!» – вступает автор, г-н Хлес… простите, Лорченков. – «Это правда: есть и Кабакова, есть и Войновича, а есть еще один роман, так тот уж точно мой…»

Кишиневец Владимир Лорченков в свои 32 легко добился того, чего иной российский литератор пóтом и кровью добивается к 50. Точь-в-точь по Гоголю: в один вечер все написал, всех изумил. Однако не след забывать: если звезды зажигают, значит это кому-нибудь нужно. Путинская Россия мается бессмысленным и беспощадным комплексом метрополии, а потому наша изящная словесность – далеко не последняя площадка для политических игрищ. И без национальной квоты нам никак нельзя: любой акын (а равно гусан, ашуг и улигершин), способный с грехом пополам слепить два-три абзаца на великом и могучем, тут же получает аксельбанты гения. Тому в истории мы тьму примеров слышим: и Гамаюн (презент Януковичу), и Петросян (взятка Саргсяну)…
Специально для скептиков – небольшой исторический экскурс. Вот два зарубежных писателя, два лауреата «Русской премии»: Андрей Назаров (2008, «Упражнения на тему жизни») и Владимир Лорченков (2007, «Все там будем»). Первый издал в России одну-единственную книгу (да и ту 20 лет назад), и критики о нем дружно молчат. Второй в считанные годы напечатал десяток томов в престижных издательствах и сподобился восторженной истерики рецензентов. Ларчик открывается просто: первый живет в Дании, второй – в Молдавии. Feel the difference, как говорится в рекламе.
А дальше… дальше опять-таки классика: генерал-то ему и в подметки не станет! а когда генерал, то уж разве сам генералиссимус! Ради нашего героя даже записной зоил Топоров сменил привычный гнев на внезапную – подозреваю, оплаченную – милость: «Литературная Россия (не путать с одноименным еженедельником) будет прирастать бывшим СССР… Творчество молодого талантливого и плодовитого писателя из Молдавии – доказательство уже вполне конкретное». Знамо дело: эту дружбу на все времена завещал нам великий Ленин!
Однако дружба та по сю пору была, мягко говоря, малопродуктивна. Культурный слой бывших союзных республик до того тонок, что на нем может взойти лишь приторная пошлятина: «Я встретил девушку, / Полумесяцем бровь…» (это, ежели кто не в курсе, лауреат Ленинской премии Мирзо Турсун-заде). Исключения крайне редки. Потому очень уж любопытно, чем на сей раз приросла отечественная словесность. Взглянем на «Табор…» попристальнее.
Антиутопий в России только ленивый не писал. Оттого технология производства опусов, подобных «Табору…», проста до неприличия: ножницы плюс конторский клей. Благо, в исходном материале недостатка нет, на любой вкус: от православно-самодержавного (Сорокин) до фэнтезийного (Крусанов). Все, что В.Л. имеет сказать, уже сказано; более того, – отчасти пережито. Но автор отчего-то произносит банальности с апломбом первооткрывателя.
Читать лорченковский пастиш скучно, – еще и потому, что текст требует перевода с русского на русский. Добрую половину романа занимают карикатуры на молдавских VIP’ов, русскому читателю поголовно неизвестных: тут и шеф-повар ресторана «Человечинка» Виталий Андриевский (расшифрую: известный молдавский политолог), и комендант лагеря Влад Филат (бывший и.о. президента), и журналистка То Ли Семеновская То Ли Юдовитчь (корреспондент газеты «Независимая Молдова» Ю. Семенова-Юдович)…
Что в книге и без комментариев ясно, так это ж-жуткая антипатия к Европе, – сами, по кремлевскому благословению, двенадцатый год в этом деле упражняемся. Подлый ЕС, изволите видеть, соблазнил доверчивую Молдавию бутафорской роскошью олвейсов, памперсов и разных прочих liberté-egalité, поматросил и бросил. Теперь совращенная и покинутая держава корчится в молитвенных конвульсиях: «Европа наша, та, которая к западу от нас!.. Да святится дух твой – Евросоюз!.. Хлеб наш насущный нам дай и пришли в виде гуманитарной помощи! Одежду нам пришли в мешках со своим благословенным секонд-хэндом! Прости нам долги наши в размере 2 миллиардов долларов! Не введи нас во искушение в союз с нечестивой Россией!»
И вот так – абзацами, а иной раз и страницами. Пространство повествования безнадежно захламлено нудными пародиями на все и вся (объемом от 1 089 до 5 809 слов) и густо заселено второстепенными персонажами, единственная миссия которых – умереть елико возможно гаже (скажем, Филата, предварительно поджарив, топят в параше). Домнул автор определяет жанр своего романа как «эпос-нуар». Смею, однако, думать, что это безразмерный 400-страничный фельетон со стойким запахом нафталина: про акул империализма и компрадорскую верхушку банановой республики. Откройте наугад «Крокодил» 40-летней давности – и безошибочно наткнетесь на такой же, с неизбежной иллюстрацией Кукрыниксов. Меняются времена, но не нравы: за гуманизм и дело мира бесстрашно борется сатира!..
Отчего эту откровенно конъюнктурную поделку надо считать литературным событием, – одному Богу ведомо. Ну, разве еще Топорову. Ах да! Есть и еще один человек, уверенный в писательском величии Лорченкова – сам Лорченков:
«Паланика и Уэльбека обошёл, с Хеллером, Мейлером или Барнсом иду вровень, до  Маркеса  полкорпуса… Кстати, о Хемингуэе. С Папой я пару раз разошёлся ничьей по очкам».
«Современная русская литература – это, говоря прямо, вторая лига. Есть исключения, конечно. В высшей лиге играют Пелевин, Сорокин, Лорченков, Лимонов… Самый интересный современный русский писатель – это я, Владимир Лорченков. И пишу я на русском сейчас лучше всех в мире».
Снова классика: и с Пушкиным на дружеской ноге, и легкость в мыслях необыкновенная! Я же говорю: меняются времена, но нравы на редкость постоянны.
По этой самой причине в последние 80 лет мы редко обходились без лавровенчанного самородка с национальной окраины: не Джамбул Джабаев, так Лео Киачели, не Расул Гамзатов, так Мухтар Ауэзов. В моменты коллективных прозрений просвещенная публика всякий раз по-гоголевски причитает: сосульку, тряпку приняли за важного человека! История – великий учитель, но где ее ученики?..

Книга Александра Кузьменкова “Уроки чтения”

Чашка кофе и прогулка