РЕЦЕНЗИИ НА КНИГИ * ВСЕ О ЛИТЕРАТУРЕ * ЧТО ПОЧИТАТЬ? * КЛАССИЧЕСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА * ОБЗОРЫ И НОВИНКИ

Sivaja_cobyla. Долюшка женская

«Первая любовь»
Вероник Олми

Конечно, от романа, на обложке которого изображена блондинка за рулем открытого автомобиля, лихо закладывающая вираж на живописной горной дороге, вряд ли кто-то будет ожидать глубокой философичности. Да еще и название вполне мелодраматическое – «Первая любовь», и автор – француженка, и серия издания – «О чем говорят женщины». А в аннотации – пикантные слова о героине, бросившей мужа в день серебряной свадьбы, чтобы откликнуться на зов своей первой любви. Весь этот внешний антураж уже формирует определенные читательские ожидания, которые в двух словах сведутся в лучшем случае к «романтической истории», нейтрально к «дамскому чтению», а в худшем – к «слезливому романчику». И уж точно никто не подумает, что в таком легкомысленном одеянии можно получить на руки мудрую притчу. Думаю, что именно от несоответствия ожиданий и сути роман Вероник Олми и получил столь низкие оценки у рецензентов.

Если ждать от «Первой любви» захватывающей истории страсти, то недоумение, возникающее в самом начале, по мере повествования будет только нарастать, переходя в сомнения в душевном здоровье героини. Судите сами, Эмилия, дама под пятьдесят, преподаватель младших классов, средне статистическая парижанка в первом поколении. Она выросла в провинции, в строгой религиозной семье с молчаливой матерью, отцом-работягой и сестрой-инвалидом. В родном городке двадцать пять лет назад встретила серьезного паренька Марка, который стал ее мужем, планомерно вел семью к переезду в столицу, где нынче работает таксистом. У Эмили и Марка трое дочерей, которые уже живут отдельно. Никакого гламура, как видите, романтики тоже маловато, зато все по-крестьянски крепко и основательно. В свой выходной Эмилия готовится к праздничному вечеру с Марком в честь их серебряной свадьбы. Она готовит не особо изысканный, но вкусный и сытный ужин, продумывая какую музыку включать под вручение практичных подарков, какую в спальне, где должен продолжится вечер на шелковых простынях, купленных в соседнем китайском магазинчике. И тут, разворачивая вино, Эмилия видит в газете объявление: «Эмилию из Экса ждет Дарио в Генуе». Почтенная мать семейства бросает недожаренное мясо в духовке и как есть, в праздничном платье, садится в автомобиль и мчится в Геную, потому как этот самый Дарио – ее первая подростковая любовь. Ну, уже есть вопросы о нормальности дамы? Уверенность в том, что объявление адресовано ей и готовность действовать по нему, по-моему, достаточные причины для причины для обращения к психологу, если не психиатру.

Далее мы сопровождаем Эмилию в ее путешествии из Парижа в Геную через родной провинциальный городок и в странствии по лабиринтам ее воспоминаний о детстве и юности. В пути героиня встречает разных интересных персонажей, вроде прорицателя на бензоколонке и странноватого мальчишки, влюбленного в официантку из соседнего городка, ее даже нагоняет собственная дочь, тоже, по-видимому, обеспокоенная душевным состоянием матери. Дорога проходит в диалогах и монологах, а в Генуе ждут странные встречи, еще более запутывающие и без того непростые отношения Эмилиии с самой собой и миром. Вот такая невероятная история, на каждом шагу которой хочется крикнуть «не верю!». Но я все же настаиваю, что сюжет только на первый, поверхностный, высосанный из пальца, а на самом деле он глубок и полон смыслами, и главное в нем не то, как поступает героиня, а то, что она чувствует при этом. И если проникнуться этими чувствами, то и поступки Эмили предстанут совсем в ином свете и логика выстроится.

Как мне представляется, «Первая любовь» — притча о человеке, прожившем не свою жизнь, подчиняясь обстоятельствам и условностям, пресловутому общественному представлению о том «как надо». Думаю, что в родном городке Эмилии многие считают ее успешной, устроившей свою жизнь удачно, да еще и добившейся всего своим трудом. Такая вот упрямая и целеустремленная провинциалка, ставшая столичной жительницей, сохранившая брак до солидной даты, с дочками, шагнувшими дальше родителей в круги уже не рабочих лошадок, а людей искусства. Чем не вожделенная женская жизненная карьера, чем не жизненная программа? Только вот в один прекрасный момент эта программа дает сбой. Совершенно ничтожная вещь, объявление в газете, вдруг становится тем спусковым механизмом, который запускает пересмотр всего смысла сделанного и достигнутого героиней и показывает, что все благополучие было построено на зыбком песке общечеловеческих ценностей, не всегда подходящих конкретному человеку. И мне даже кажется, что первая любовь девочки-подростка и загадочный Дарио, образ которого, кстати, дан весьма смутно, совершенно не главные в решении героини предпринять бросок на юг. Я не удивилась бы, если бы она, приготовив все к праздничному ужину и застелив постель дешевыми простынями, просто ушла бы из дому, глянув на итог своей жизни. Жизни, которая обещала совсем другое.

Эмилия была девушкой далеко не среднестатистической. Возьмем хотя бы то, что она полностью заботилась о Кристине, своей старшей сестре с синдромом Дауна. Причем ее любовь творила чудеса, Кристина научилась читать и даже с трудом писать, она пела и запоминала наизусть длинные тексты. Эмилия помогла ей обрести своего героя, певца Майка Бранта, у которого в детстве тоже были затруднения с развитием. Она дала сестре надежду, которая умерла сразу же после того, как Эмилия покинула дом родителей, потому как оказалось, что в семье никто не в состоянии нести бремя любви к больной. Возможно, благодаря необычным отношениям с сестрой, Эмили росла отличным психологом, умеющим наблюдать, слышать и слушать, а также видеть глубже своих сверстников. Конечно, ей хотелось нарядов и внимания мальчиков, как всем девочкам-подросткам, но она умела разглядеть скрытое. Так в Дарио, общепризнанном красавце, без разбора дарившем свои объятья и поцелуи любой желающей, она увидела «гостя», человека не особо придающего значения обстоятельствам, больше живущего ощущениями, чем событиями. Пятнадцатилетней девчонке хватило мудрости не ревновать, а принять любимого таким, как есть, согласиться пройти рядом только отведенное им время, принять свою первую любовь, как дар, безоглядно и с восторгом. Самое интересное, что эта самая «первая любовь» даже не особо наполнена событийно в романе. Главное ощущение от нее у героини – свобода, разрешение быть самой собой, бескрайнее холодное море, взгляд в сторону чужой страны, ощущение странников в своем и только своем мире.

К сожалению, это ощущение ушло вместе с Дарио, который вынужден быть уехать из родного городка Эмили с родителями. Трудно, конечно, требовать от пятнадцатилетней девчонки, воспитанной в семье со строгими правилами, что она сможет сама, без поддержки большого чувства, хранить свою способность быть свободной, быть самой собой. Для такой смелости, для жизни поперек устоев, нужна поддержка. Причем речь идет не о каком-то революционном протесте. Нет, просто о возможности не быть как все, не действовать в рамках общепринятых ценностей. Не выходить замуж за надежного человека без особой любви, не рожать детей, не выстраивать свою жизнь по шаблону успешности, не верить в то, что счастлива в этих рамках. Может быть, сохрани Эмилия то ощущение свободы, что было рядом с Дарио, и стала бы она художником (не даром же одна из ее дочерей пошла по этому пути), или писателем или помогала бы семьям со сложными детьми, как умела помогать Кристине. Да что там! Я сейчас как обыватель Экса мыслю категориями успешности в профессии. Эмилия была способна на необычайно сильные чувства, у нее был замечательный талант любить и быть любимой, отдавать себя без остатка любви. Она могла бы пережить ту любовь, что «одна на миллион». И вот этот-то талант и был закопан в землю. Не зря же Эмилия переживает, что жизни ее дочерей не складываются, потому как одна, забывая о себе, посвящает себя недостойному мужчине, другая мучается от недостатка таланта в живописи, забывая о других своих дарованиях, третья бежит по свету от самой себя. Всем им Эмилия хочет сказать, что они достойны большего, она надеется, что когда-нибудь они убегут из своих жизней в новые, прекрасные, от которых захватывает дух. Думаю, что все это она хочет сказать себе, а не только им.

Думаю, что роман Олми — история про то, что Александр Грин называл «властью несбывшегося». Можно сколь угодно успешно жить по общим меркам и даже искренне считать себя счастливым, но если когда-то оставил, отложил что-то очень свое, пусть зыбкое и ненадежное, но близкое и ценное, оно вернется, напомнит о себе, поманит в дорогу. Так поманило в дорогу Эмилию объявление, возможно, и не ей адресованное.

И еще скажу напоследок. Возможно, «Первая любовь» — роман не для молодых. Для того, чтобы проникнуться его атмосферой, нужно уже иметь свое «никогда».

 

Чашка кофе и прогулка