РЕЦЕНЗИИ НА КНИГИ * ВСЕ О ЛИТЕРАТУРЕ * ЧТО ПОЧИТАТЬ? * КЛАССИЧЕСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА * ОБЗОРЫ И НОВИНКИ

Дженни Перова. Моя маленькая

Посмотрела я фильм Сергея Урсуляка и повесть Юрия Трифонова Долгое прощание тоже прочла. Именно в такой последовательности — потому что из долгой практики поняла: это единственный правильный путь, иначе любая экранизация не нравится сразу.



Проза Трифонова — да и любого другого настоящего писателя — всегда айсберг, а при экранизации этот айсберг опускается в воду еще глубже, оставляя на поверхности восприятия совсем уж маленькую верхушку. Повесть написана Трифоновым в 1971 году, и героиня живет в это же время, вспоминая себя — молодую — двадцать лет назад. В фильме совершенно замечательная стилизация и под 1970-е, и под 1950-е, я все узнавала и придраться было почти не к чему — единственно, меня страшно удивил плакат с олимпийским мишкой на стене ГУМа, и это — в 70-х-то годах! Анахронизмом является и та песня, что поет героиня — которая так меня зацепила: вряд ли в 1950-х кто-нибудь мог петь стихи Марины Цветаевой. Но это как раз — ладно! Песенка очень в тему — да ею, собственно, и исчерпывается содержание фильма. Причем, стихи слегка переделаны — у Цветаевой не так немножко, но это тоже неважно, потому что образ совпал — в стихах и в фильме, и актриса выбрана под типаж Сонечки Голидэй, хотя у Трифонова в повести она блондинка со светлыми глазами, а здесь:

«Передо мною — живой пожар. Горит все, горит — вся. Горят щеки, горят губы, горят глаза, несгораемо горят в костре рта белые зубы, горят — точно от пламени вьются! — косы, две черных косы, одна на спине, другая на груди, точно одну костром отбросило. И взгляд из этого пожара — такого восхищения, такого отчаяния, такое: боюсь! такое: люблю!»

Вот ее фото — ужасное, маленькое и ничего не объясняющее:

Сонечка Голлидэй
«Сонечка Голлидэй» на Яндекс.Фотках

Две любви Марины Цветаевой

Конечно, героине, которую играет Полина Агуреева, далеко до цветаевской Сонечки, но все-таки что-то такое есть — лукавая женственность, детская трогательность, непосредственность — все то, что сокрушает с первого взгляда брутальных мужчин, смотрящих голодными взглядами на нее, на ее нежный и капризный рот, так — как сейчас бы сказали, эротично — выпевающий «моя маленькая». Бабочка, стрекоза, сильфида, легко отдающая свое женское тепло мужчинам — легко, как стакан воды подает.

Но на самом деле — все не так. Не совсем так. Но в фильме этого нет вовсе. В фильме как-то совершенно непонятно, почему она с этим маститым драматургом Николаем Смоляновым : в начале — вроде как пожалела, потом… Потом — из-за денег? Из-за продвижения в театре? Пытаясь помочь любимому — это-то видно! — любимому мужу? Да, она, конечно, бабочка. Она летит по жизни, не задумываясь. Но в ней есть нечто — в повести Трифонова это ясно видно — нечто, что, пожалуй, больше ее самой: сострадание, жертвенность, стремление дать счастье — да хоть первому встречному, если он нуждается в сострадании и утешении:

«Нет, богатство не дает счастья. Надо еще что-то, главное. От этой мысли была смутная радость и чувство превосходства: таинственное что-то, нужное для счастья, казалось Ляле, у нее есть. Она не могла бы твердо объяснить, что это было, но уверенно знала: у нее есть. Потому что, когда другие были несчастны, ей хотелось жалеть и облегчать, делиться чем-то, а значит было чем делиться, если получалось такое желание. Иногда думала, что это оттого, что нет детей. Но, подумавши глубже, понимала — нет, дети не уменьшили бы желания делиться чем-то нужным для счастья, потому что родные дети были бы все равно что она сама…»

Богатство не дает счастья — спустя двадцать лет понимает это и ее Гриша, талантливый, рефлексирующий, влюбленный безумно в свою Лялю, нищий и никому не нужный, но добившийся все-таки и славы, и богатства: «он часто думает о своей жизни, оценивает ее так и сяк — это его любимое занятие повсюду, особенно в путешествиях, — и ему кажется, что те времена, когда он бедствовал, тосковал, завидовал, ненавидел, страдал и почти нищенствовал, были лучшие годы его жизни, потому что для счастья нужно столько же…»

Для счастья нужно столько же счастья, сколько и несчастья — это он повторяет цитату из «Бесов» Достоевского. Старшее поколение актеров — и не актеров, ибо там снимались и не профессиональные артисты — выше всяких похвал, все органичны, великолепны, особенно — пара, играющая мать и отца героини: Константин Желдин и Генриетта Егорова (что-то я про последнюю не очень уверена, что это именно она — по фото не понятно). Типажи — просто прекрасны! Повторюсь: стилизация времени замечательная — правда, мне все время казалось, что у них там одни бурки на всех, и пальто то на одном герое, то на другом — но это мелочи. Молодые — и Полина Агуреева, и Андрей Щенников — чуть-чуть не дотягивают. Хотя и очень хороши. Агуреева не смогла передать вот этой легкости бабочки, у нее героиня скорее — лисичка, себе на уме. Легкая фальшь в интонациях у молодых — там, где должна быть полная искренность. Не могут. Они таких чувств не знают — вымерли эти чувства за ненадобностью. Конец в фильме никакой. Валентина Шарыкина — старая Ляля — похожа, веришь, что такой могла стать. Конец и у Трифонова никакой. Какой может быть конец у жизни? Одно продолжение. Но у Трифонова есть интонация, аромат, остается послевкусие — закрыв текст, хочется задуматься и сказать: да-а… А потом головой покачать и еще раз повторить: Да-а. А в фильме такого не получилось.

————————

Ляля — молодая красивая актриса — очень любит своего мужа Гришу — непутевого, неустроенного, несостоявшегося писателя. А Лялю любит взрослый, успешный, сильный мужик — прославленный драматург Смолянов.

Чего больше в отношениях Ляли к нему — любви или благодарности за налаженную жизнь, решенные проблемы и уверенность в завтрашнем дне? Попытка соединить несоединимое, жить двумя жизнями одновременно, кончается крахом для всех участников этого треугольника, все угла которого болезненно-острые.

<a href=»http://www.kinopoisk.ru/level/1/film/84316/»

—————-

Марина Цветаева!

Ландыш, ландыш белоснежный, розан аленький!
Каждый говорил ей нежно: «Моя маленькая!»
— Ликом — чистая иконка, пеньем — пеночка… —
И качал ее тихонько на коленочках.
Ходит вправо, ходит влево Божий маятник.
И кончалось всё припевом: «Моя маленькая!»
Божьи думы нерушимы, путь — указанный.
Маленьким не быть большими, вольным — связанными.
И предстал — в кого не целят девки — пальчиком:
Божий ангел встал с постели — вслед за мальчиком.
— Будешь цвесть под райским древом, розан аленький! —
Так и кончилась с припевом: «Моя маленькая!»
Марина Цветаева
16 июня 1919

И конечно — у меня сразу как глаза открылись — еще когда видео смотрела, почувствовала: что-то такое знакомое, женский образ знакомый! — это же Сонечка Голлидей!
Та, про которую Цветаевская «Повесть о Сонечке».
Вот здесь есть кое-что про Сонечку:
http://www.diary.ru/~tsvetaeva/p166730571.htm

А вот здесь есть эта песня в исполнении Марины Носовой
Моя маленькая (стихи М.Цветаевой — музыка Е.Фроловой)
http://www.chitalnya.ru/work/219284/
Не знаю, та ли мелодия — послушать не смогла, у меня какой-то не тот проигрыватель

 

Чашка кофе и прогулка