РЕЦЕНЗИИ НА КНИГИ * ВСЕ О ЛИТЕРАТУРЕ * ЧТО ПОЧИТАТЬ? * КЛАССИЧЕСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА * ОБЗОРЫ И НОВИНКИ

Ovidy. Уцелевший. Ритуальные игры

(По роману  Чака Паланика «Уцелевший»)

Ты молодая и сексуально распущенная? У тебя склонность к алкоголизму?
Тебе нужна помощь? Звони – мы поможем. И мой телефон

Чак Паланик, «Уцелевший»


Художник: Tomasz Alen Kopera

Ну, вот опять. Непонятным образом. Непонятно зачем. Я взял в руки и дочитал до конца еще одну книгу Чака Паланика. Опять нагромождение скучной и довольно поверхностной прозы. Впрочем…

Да, процесс чтения не доставил мне большого удовольствия. Да, я не увидел в повествовании ничего, кроме писательского нытья. Да, я обломался и в самом конце. Но…
Есть несколько моментов, на которые я невольно обратил внимание, прилежно переписывая цитаты из этой оранжевой книжицы. (Если вы хотите находить подводные камни произведения, глубже проникнуть в суть, а заодно и скорректировать свой почерк или вспомнить, что значит писать шариковой ручкой, переписывайте наиболее яркие цитаты вручную – это работает).

Во-первых, то, что книга начинается с последней главы и последней страницы и заканчивается первой не просто говорит об обратной хронологии. Это не просто воспоминание. Дочитав, мы понимаем, что писатель не преподнесет «сюрприза» и герой таки погибнет. «Вся жизнь перед глазами». Говорят, что перед смертью она проносится именно в обратной последовательности. Так же у Кастанеды упоминается такая техника, как «перепросмотр».

«Некая необыкновенная сила дает самосознание тем, кто только что родился — будь то вирус, амеба или человеческое существо. В конце жизни та же самая сила отнимет у каждого из этих существ одолженное им самосознание расширенное за счет индивидуального жизненного опыта.<…>

Поскольку единственное, чего она от нас хочет, это самосознание, то в случае, если мы его отдаем ей в виде переживания заново, она не отнимает у нас в конце-концов жизнь, а позволяет пройти вместе с ней к свободе. Так маги теоретически объясняют переживание заново.
Методика его очень проста. Сначала составляется список всех людей, с которыми поддерживались отношения, от настоящего времени до, возможно, момента рождения. Смысл заключается в том, чтобы вновь пережить опыт общения с каждым, кто входит в список — не просто вспоминая их, а именно переживая заново.»

Из интервью Кастанеды журналу MAS ALLA DE LA CIENCIA 1997 года

Вот так. Игра, которую затеял герой книги с бортовым самописцем Боинга-747 (куда, по сюжету, он записывал события своей жизни) обретает метафизический смысл. Только для Кастанеды совсем не важно, узнает ли кто-то о его отношениях с людьми. Скорее это даже не желательно. В случае с героем ситуация иная:

«Ты понимаешь, что смысл что-то делать есть только тогда, когда тебя кто-то видит. А если никто не видит, то какой смысл напрягаться?

И ты задаешься вопросом: а если бы никто не пришел на распятие, может, его провели бы в какой-нибудь другой день? Перенесли, скажем, на выходные?»

Дальше думайте сами. Попытка спастись или спасти (если спасти, то кого?)? Или просто оправдаться (перед кем?)? А по мне так и неважно, какую игру затеял писатель Чак Паланик и его герой Тендер Бренсон. Кстати, об именах.

Тендер. Tender. Согласно англо-русскому словарю Мюллера/Боянуса, означает: 1) Предложение, заявка (посылать предложение заявку). – Все ясно. В русском языке уже есть подобный термин, обозначающий систему отбора (!) на поставку товаров, услуг и т.д. Тендер Бренсон единственный (по легенде) выживший из Церкви Истинной Веры, после ряда ритуальных самоубийств (опять же по легенде). Именно ему суждено стать новым мессией. Все ясно.

Тендер. Tender. 2) Тот, кто заботится. Или тот, кто обслуживает кого-то. Герой, в полном смысле занимается тем, что обслуживает богатые дома и, в некотором смысле, заботится о респектабельных хозяевах домов. Вернее о том, чтобы они выглядели таковыми в глазах других респектабельных хозяев других богатых домов. Все ясно.

«Если ты чистишь пятно, рыбу, дом, тебе хочется думать, что ты улучшаешь мир, но на самом деле ты всего лишь позволяешь вещам становиться хуже. Ты думаешь, что если рaботaть лучше и быстрее, то, возможно, удастся устранить хаос. Но в один прекрaсный день, меняя во внутреннем дворике лaмпочку, которaя прослужилa пять лет, ты понимaешь, что зa всю остaвшуюся жизнь сможешь поменять не более десяти тaких лaмпочек.»

Тендер. Tender. 3)Нежный, мягкий, чувствительный. Вот тут кажущееся несоответствие (хотя, к э тому моменту мы еще вернемся) Однако словосочетание tender spot переводится как больное (уязвимое) место, tender foot – человек, не освоившийся в среде, новичок. Нужно ли объяснять, что герой произведения это один большой нарыв, язва, что угодно. Нужно? Вот что он сам говорит:

«В чем бы ни заключались мои действительные проблемы, я не хотел, чтобы они разрешились. Я не хотел исцелиться. Все мои мелкие тайны должны оставаться при мне. Я не хотел, чтобы их вытащили наружу и нашли для них подходящее объяснение. Мифологическими архетипами. Травмами детства. Воздействием лекарственных препаратов. Я боялся: а что же останется? Так что мои настоящие страхи и недовольства так никогда и не выползли на свет божий. Я не хотел избавляться от страхов, тоски и тревоги. Я никогда не говорил о своей мертвой семье. Не изливал свое горе, как это называла психолог. Выскажись. Определи проблему. Разреши ее, освободись и иди дальше.»

Вот так. Если вы не в курсе, то наберите в поисковике «Брэнсон», и узнаете, что это уже само по себе имя-бренд, имя-шоу. Да-да, это тот самый сэр Ричард Брэнсон, миллиардер, начинавший свой бизнес со звукозаписи, создатель Virgin, владелец авиа- и железнодорожных компаний, шоумен. В общем, эталон успеха. Таким должен был стать и герой книги. Бла-бла-бла.

Дальше по списку. Подруга Тендера, Фертилити (что означает «плодородная»), по какому-то злому року (англ. fatality) не может иметь детей, пока не берет себе это имя, после чего судьба преподносит ей «сюрприз». «Сюрприз», беременность, это единственное, что она (а она может видеть будущее), не смогла предсказать. Вот, что она говорит вначале:

«Всего-то и нужно, что замечать детали и как они скалываются в систему. Когда ты поймёшь всю систему, ты сможешь экстраполировать будущее.

По словам Фертилити Холлис, хаоса не существует.
Есть только закономерности. Закономерности, взаимно влияющие друг на друга.
Если как следует присмотреться, то станет понятно, что история всегда повторяется.
То, что мы называем хаосом, — это просто закономерности, которых мы не понимаем. То, что мы называем случайностью, — это закономерность, которую мы не сумели расшифровать. То, чего мы не в состоянии понять, мы называем бессмыслицей и абсурдом. То, что мы не в состоянии прочесть, мы называем китайской грамотой.
Свободной воли не существует.
Переменных величин тоже не существует.
Есть только одно неизбежное. Только одно будущее. На самом деле у нас нет выбора.
Отрицательная сторона: мы не властны что-либо изменить.
Положительная сторона: мы не можем ни в чем ошибиться.»

Она ошиблась. Она, кажется, рада своей ошибке. Она победила судьбу. Она победила даже собственный дар предвиденья. Она обрела свободную волю. Она. Тоже обретает свободу. Священная, плодоносная. Уж, не аллюзия ли это на деву Марию? Возможно, возможно… (только со знаком минус)…

Старший брат Тендера, Адам Бренсон. Перворожденный. Виновник всей трагедии Церкви Истинной Веры. Возможно самый ярый приверженец «Истинной Веры». Обретает свободу только в смерти. От руки собственного брата, который знает, что

«Адам хотел умереть, потому что он знал, что при его воспитании он

никогда не станет никем, кроме Правоверца. Адам поубивал уцелевших

Правоверцев, потому что он знал, что старая культура рабов не может основать

новую культуру свободных людей. Как Моисей водивший племена Израиля по

пустыне в течение целого поколения, Адам хотел, чтобы выжил я, но не мое

рабское сознание.»

И именно Адам, принявший смерть от руки брата на свалке порнографической продукции (каков символ!), подводит героя к идее… убийства матери. Не в прямом, но в архетипическом смысле. Мужчина на определенным этапе своей жизни должен победить в себе женское, материнское начало. В противном случае, оно смещается в подсознание. Это отмечено, например, у творческих людей. Вот, что пишет психоаналитик Эрих Нойманн в своей статье Леонардо Да Винчи и архетип Великой Матери (1955):

«При нормальном развитии, «женский компонент» в мужчине в значительной степени подавляется и относится к комплексу женского начала в бессознательном, который, при проецировании на женщину, делает возможным контакт с ней. Но в случае с человеком творческим, этот процесс остается незавершенным. По самой своей природе он оста­ется в значительной степени бисексуальным и сох­ранившийся женский компонент проявляется в нем повы­шенной «восприимчивостью», чувствительностью и большим присутствием в его жизни «матриархального сознания», вы­раженного в процессе формирования его внутреннего мира, который и обуславливает его творческий потенциал.»

В случае Тендера Бренсона, человека которого вряд ли можно назвать творческим (однако, что касается «восприимчивости» и чувствительности, вспомните, что означает его имя; третье значение), имеет место детская травма, связанная с родами и с его собственной матерью. Травма, о которой он сам, кажется, позабыл, но о которой напоминает ему Адам, проявляется в весьма необычных фантазиях:

«Я очень надеюсь, что она мертвая. Я хочу завести с ней роман. Прямо здесь и сейчас. С этой мертвой девушкой. С любой мертвой девушкой. Я человек очень непривередливый. Не из тех, кого называют разборчивыми.»

«Мне так хочется сжать в объятиях мертвую девушку. Приложить ухо к ее груди и не услышать вообще ничего. Даже если меня сожрут зомби, я буду знать, что я не просто плоть и кровь, не просто кожа и кости. Демон, ангел, злой дух – я хочу, чтобы явился хоть кто-то. Омерзительный труп, зыбкий призрак, длинноногая бестия – я просто хочу, чтобы меня взяли за руку.»

Но продолжим озвучивать мысль Нойманна:

«Отношение к Великой Матери определяет детство и юность героя; этот период он проживает, как ее сын-лю­бовник, пользуясь всей полнотой ее любви и рискуя попасть в полную зависимость от нее. С психологической точки зрения, это значит, что развитие и расширение его эго-сознания и его личности в значительной степени направляется процессом, в котором бессознательное играет более важную роль, чем эго.

В ходе патриархального развития сознания связь с Великой Матерью разрывается, и после схватки с драконом герой вновь рождается и устанавливает отношения с Духом-Отцом; он выполняет свою мифологическую задачу второго рождения

Схватка с драконом и «убийство родителей» означают преодоление «матери», как символа бессознательного, кото­рое привязывает сына к коллективному миру внутренних импульсов; они означают также и преодоление «отца», символа коллективных ценностей и традиций его времени. Только после этой победы, герой попадает в свой собствен­ный новый мир, мир его индивидуальной миссии».

Детская травма Тендера – не случайность. Это специальная мера, принятая старейшинами секты, для того, чтобы их паства оставалась «целомудренной». Тендеру за тридцать, а он еще не спал с женщиной

«- А если ты никогда не спал с женщиной, — говорит Адам, — у тебя никогда не было ощущение силы. Не было и не будет. Ты не найдёшь себя, не обретёшь собственный голос и волю. Секс — это то, что отделяет нас от родителей. Детей — от взрослых. Когда человек в первый занимается сексом — это его первый бунт. Он заявляет о том, что он взрослый».

Герой преодолевает свой комплекс. Убивает мать. Ночь, проведенная с Фертилити оборачивается для нее «сюрпризом», для него – победой над драконом. Теперь он готов собственной «индивидуальной миссии», но он уже в западне. И выбор у него не так уж велик… Он должен пережить все заново чтобы освободиться… Это конец, но это и начало…

«Чтобы успокоить рыдающую девицу, чтобы заставить её меня выслушать, я ей рассказываю про свою рыбку. Это золотая рыбка, и она у меня не первая. Она шестьсот сорок первая. Они очень недолго живут, золотые рыбки. Первую рыбку мне купили родители, чтобы я научился любить и заботиться о живых тварях Божьих. И вот всё, что я знаю шестьсот сорок рыбок спустя: всё, что ты любишь, умрёт. И когда ты встречаешь кого-то особенного, можешь не сомневаться: однажды его не станет. Он умрёт и обратится в прах».

P.S.

Зачем я это написал? Право, не знаю.
По-моему, «Уцелевший» это скучное чтиво.
Может быть, для того чтобы в очередной раз убедиться: где угодно можно найти что угодно. Ведь, в конечном итоге, ищешь ты не вовне, а в самом себе. Именно там все вопросы, и все ответы. И вопросов всегда хотя бы на один, но больше. А иначе зачем тогда всё?

Всё.

ovidy в сообществе Книгозавр-жж

Чашка кофе и прогулка