РЕЦЕНЗИИ НА КНИГИ * ВСЕ О ЛИТЕРАТУРЕ * ЧТО ПОЧИТАТЬ? * КЛАССИЧЕСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА * ОБЗОРЫ И НОВИНКИ

Переводы Елены Кузьминой. Леопольдо Лугонес / Leopoldo Lugones (13 июня 1874 — 18 февраля 1938)

Я — за равенство, но если говорить о гигиене, культуре и повседневной жизни, то я — за равенство в благополучии. Раз оно недостижимо, я предпочитаю оставаться выше других.

Леопольдо Лугонес «Два великих лунатика, или Полное несходство взглядов»

В то время как некоторые считают Леопольдо Лугонеса ведущим апологетом аргентинского национализма, другие столь же активно протестуют против подобного мнения вследствие спорных и изменчивых политических убеждений Лугонеса.
Независимо от личных взглядов, его обширное литературное наследие способствует проникновению в самую суть жизни Аргентины начала ХХ века.

В Отделе редких собраний (The Department of Special Collections) в настоящее время хранятся две рукописи стихотворений, а также письмо Лугонеса, адресованное реформатору-социалисту Альфредо Х. Торселли (Alfredo J. Torcelli), переданное в дар Робертом О’Грэди (Robert O’Grady).

Литературная карьера Лугонеса началась в 1897 году в Буэнос-Айресе публикацией сборника стихов «Золотые горы» (Las Montañas de oro). В стихотворениях отразилась связь автора с эстетикой модернизма. Вскоре его произведения привлекли внимание других авторов, включая отца-основателя латиноамериканского модернизма Рубена Дарио (Rubén Darío), с похвалой отозвавшегося о творчестве младшего товарища (Лугонес был на семь лет моложе его).
Известность Лугонеса возросла с публикацией в 1909 году сборника стихов «Lunario sentimental» (Лунные песни), которые впоследствии окажут огромное влияние на младшее поколение аргентинских авторов.
Другое важное событие литературной жизни произошло в 1916 году, когда Лугонес подготовил и издал сборник лекций об эпической поэме «Мартин Фьерро» (Martín Fierro)
под названием «Поющий ковбой» (El payador).

Лугонес пользовался успехом среди представителей своего класса до 1920-х, когда его политические взгляды изменились – от убеждений пламенного социалиста он перешел ко взглядам откровенно фашистского толка. Эти изменения отразились и в его работе. В конце жизни его произведения носят характерные названия — «Сильная страна» (La patria fuerte) и «Великая Аргентина» (La grande Argentina).

Биографическая справка
Леопольдо Лугонес родился в 1874 году в обеспеченной семье, — в условиях, типичных для большинства молодых аргентинских писателей.
В отличие от своих ровесников, молодой Лугонес не стал поступать в юридическую школу, а вступил в Национальную гвардию, впоследствии продолжив карьеру на государственной службе в Почтовом отделении.
К 1896 году из семейного дома в провинции Кордова он переехал в Буэнос-Айрес. Там он женился на Хуане Гонсалез (Juana González). Это было накануне публикации его первого сборника поэзии (1897), принесшего ему национальную известность.

В начале ХХ века Лугонес стал важной фигурой в жизни Аргентины. Назначен новым Главным инспектором Национального совета по образованию, направлен в Париж для исследовательской работы.
В этот период Лугонес имел возможность встречаться с европейскими авторами и поддерживать связь с южноамериканскими писателями, живущими за границей, такими как Рубен Дарио (Rubén Darío).

Путешествия Лугонеса из Аргентины в Европу продолжались до конца Первой мировой войны. Он имел возможность наблюдать трудный процесс послевоенного восстановления. Лугонес разочаровался в демократических формах правления и, как следствие, в 1920-х перешел к идеям фашизма. Помимо выражения своего крайнего патриотизма в литературных работах, Лугонес стал активным участником государственного переворота в 1930 году, в результате которого к власти пришел генерал Хосе Урибуру (José Uriburu).

О последних годах Леопольдо Лугонеса известно немного.
13 февраля 1938 года он покончил жизнь самоубийством.

источник

**
Леопольдо Лугонес — аргентинский писатель, поэт и журналист.

Родился в городе Вилла де Мария дель Рио Секо (Villa de María del Río Seco) в провинции Кордова, в самом сердце католической Аргентины в семье поместных дворян.
Начинал работу в газете La Montaña, выступал за кандидатуру аристократа Мануэля Куинтаны (Manuel Quintana) на пост президента Аргентины. Лугонес переезжает в Буэнос-Айрес, где быстро расцветает его литературное дарование.

Лугонес – основоположник и яркий представитель литературного течениямодернизм в Латинской Америке, в основе которого была парнасская школа под влиянием символизма. Кроме того, он был автором невероятно информационно насыщенного и важного романа «Война гаучо» / «La guerra gaucha» (1905).

Лугонес был пылким журналистом, полемистом и оратором. Вначале придерживался социалистических убеждений, позже стал консерватором /традиционалистом, и наконец, стал приверженцем фашизма.

Леопольдо Лугонес много раз бывал в Европе — в 1906, 1911, 1913 и 1930 годах. В 1930 году он поддержал государственный переворот в Аргентине против стареющего президента, представителя радикальной партии, Иполито Иригойена (Hipólito Yrigoyen).

В начале 1938 года находясь на речном курорте эль Тигре Лугонес покончил жизнь самоубийством, приняв яд.
источник

Перевод – Е. Кузьмина ©  http://elenakuzmina.blogspot.com/

————————-

О Лугонесе из цитатника Елены Кузьминой

Хорхе Луис Борхес. Леопольдо Лугонесу

Гул площади остается позади, я вхожу в библиотеку. Кожей чувствую тяжесть книг, безмятежный мир порядка, высушенное, чудом сохраненное время. Слева и справа, в магическом круге снов наяву, на секунду обрисовываются лица читателей под кропотливыми лампами, как сказал бы латинизирующий
Мильтон. Вспоминаю, что уже вспоминал здесь однажды эту фигуру, а кроме того — другое, ловящее их абрис, выражение из «Календаря», «верблюд безводный», и, наконец, гекзаметр «Энеиды», взнуздавший и подчинивший себе тот же троп:

Ibant obscuri sola sub nocte per umbram (**)

Размышления обрываются у дверей его кабинета. Вхожу, мы обмениваемся условными теплыми фразами, и вот я дарю ему эту книгу. Насколько знаю, он следил за мной не без приязни и порадовался бы, зайди я порадовать его чем-то сделанным. Этого не случилось, но сейчас он перелистывает томик и одобрительно пробует на слух ту или иную строку, то ли узнав в ней собственный голос, то ли различив за ущербным исполнением здравую мысль.
Тут мой сон исчезает, как вода в воде. За стенами — улица Мехико, а не прежняя Родригес Пенья, и Лугонес давным-давно, еще в начале тридцать восьмого, покончил счеты с жизнью. Все это выдумали моя самонадеянность и тоска. Верно (думаю я), но завтра наступит мой черед, наши времена сольются,
даты затеряются среди символов, и потому я не слишком грешу против истины, представляя, будто преподнес ему эту книгу, а он ее принял.

Буэнос-Айрес, 9 августа 1960 г.

** Шли незримо они одинокою ночью сквозь тени ( лат. ).
Из книги «Создатель» (1960) // собрание сочинений в 4-х томах, том 2.

————

Стихи Лугонеса в сети

 

Псалом дождя

                   Начало

                   Было похоже небо на грот, что наполнен водою; 
                   словно катились камни - вдали погромыхивал гром; 
                   ветер пропах лимоном и, прошуршав листвою, 
                   изредка и лениво бил по земле хвостом.

                   Серо-свинцовые тучи медленно-медленно плыли, 
                   клевер сухие соцветья к низким вздымал небесам, 
                   над изнуренным полем - завеса горячей пыли, 
                   чертополоха бутоны синели то там, то сям.

                   И наступила минута - кончилось время затишья, 
                   молния огненной плетью полог туч рассекла, 
                   рухнуло наземь небо, словно огромная крыша - 
                   крыша из балок железных и лопнувшего стекла.

                   Дождь

                   Ивой с ветками гибкими, ивой с листвой шумящей 
                   был этот ливень, летящий к сонной и знойной земле; 
                   и также было похоже: охотник стреляет в чаще - 
                   вспышки молний сверкали, и гром грохотал во мгле.

                   Капли дождя скакали по травам, по тропам, по склонам, 
                   раковиной звучащей казался весь мир вокруг, 
                   пело, звенело, журчало... И, в ивняке пропыленном 
                   с шумом ударив по листьям, дождь прекратился вдруг.

                   Покой

                   Нега деревьев омытых, окрашенных солнца кармином. 
                   Нега ручьев и оврагов, наполненных свежей водой. 
                   Прозрачная нега песни - запел щегол над долиной. 
                   Нега чудесного вечера. Радость, отдых, покой.

                   Завершение

                   Струилось благоуханье цветущего розмарина, 
                   и куропатка свистела, прячась в траве густой.

                   "Salmo pluvial"

                   Перевод В. Андреева

http://lukianpovorotov.narod.ru/latinoamerican_poetry.html

Чашка кофе и прогулка