РЕЦЕНЗИИ НА КНИГИ * ВСЕ О ЛИТЕРАТУРЕ * ЧТО ПОЧИТАТЬ? * КЛАССИЧЕСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА * ОБЗОРЫ И НОВИНКИ

ЛитМузей. hhhhhhhhl «Про шрифты и личный опыт»

Этот пост возник из темы немого кино. Текст был важной частью фильма. У больших художников – полем для творческих экспериментов,  все шрифты и тексты — рукотворные.
Сейчас, когда почти в каждом доме есть компьютер и принтер, информатика – обязательный предмет школьной программы со второго, а то и первого класса, улицы пестрят полноцветной рекламой, что изготовлена на печатных или режущух плоттерах, выводящих всю дизайнерскую красоту не только на бумагу, но и на разные виды материалов, трудно себе представить, как это вручную писать разными шрифтами краской кистью, тушью пером от огромного плаката до маленького объявления.

А я вот знаю как оно было.

Два года после школы я работала художником-оформителем в БПЭ – Бюро промышленной эстетики. Каково название! На самом деле мы были маленьким подразделением большого завода, п/я.  Мы работали на архиважном — идеологическом фронте, изготавливали наглядную агитацию, которую моя начальница называла — ненаглядная агитация.

В каждом отделе, цехе был стенд, составленный из планшетов размером 1,2х1,2 м. Вот крышку подарочной коробки каждый представит себе легко. Планшет как эта крышка, квадрат поля  – тонкая фанера, бортики – доска. Всё изготавливалось на заводе, т.к. имелся свой строительный цех с плотниками, столярами, сварщиками,  монтажниками и пр. Стандартный стенд составлялся из четырёх-пяти планшетов. Я уж не помню всех подробностей, но: один планшет для картинки про труд, один для передовиков, один для важных объявлений (партсобрание, профсобрание, юбилей и т.д.), один для соцобязательств на текущий год. Вот после новогодних праздников с этого всё и начиналось.
К нам свозили планшеты с таких стендов. Каждый год трудовые коллективы принимали на себя новые соцобязательства, повышенные.

Планшет со старым текстом нужно было положить на спинки стульев, ни на какой стол он не помещался. Отрезался лист газетной бумаги, что стояла у нас рулонами, отматывалось 1,5 м, при такой же примерно ширине. Далее нужно было развести казеиновый клей, что хранился в больших бумажных мешках в виде порошка, мелкого вонючего и пыльного. Зачерпнёшь его в баночку и разводишь водой чуть тёплой. Это — не такое простое дело, поскольку порошок мгновенно и непредсказуемо сбивался в комки, а такой не годится. Качественно разведённый клей нужно было быстро нанести мягкой кисточкой на лист газетной бумаги. Вдвоём его переворачивали, мокрый, тонкий, готовый вот-вот порваться. Потом важно лист от центра к краям аккуратно и тщательно разгладить, никаких морщин и пузырей. При высыхании, бумага сжимается и натягивается. Поверхность планшета становится идеально гладкой. А после грунтовки водоэмульсионными белилами планшет как новенький.

Наверху планшета обязательно — заголовок с профилем Ленина, что наносился по трафарету губочкой, а всё поле ниже, почти метр, под текст. Текст  переписывался пёрышком самым тоненьким тушью буквами высотой 5-7 мм  с листочка 11-го формата (теперь А4). Я за два года такого текста километры написала.

А ещё оформление микрорайона. Комиссии из райкома проверяли, и директор мог запросто схлопотать выговор за плохую работу на этом идеологическом участке. Директор выговор не хотел и генерировал идеи. На торец первой девятиэтажки сделали огромное панно 120 кв. м. (почему-то в голове с тех лет эта цифра) с портретом Ленина. Это делали парни. Портрет на бумаге размечался на квадраты. Строительный цех  изготавливал нужное количество планшетов, их привозили к нам. Мы сидели в большом современном здании новой спортшколы с двумя залами. В тренировочном зале все эти квадратные метры раскладывались, и портрет переносили с эскиза как по координатам, потом красили масляной краской.
На стену дома тогда сварили металлическую раму, монтажники всё это водрузили и закрепили. Нашего директора, помнится, хвалили. Вот в такие моменты давали премии начальнику и участникам. Директор хотел построить ещё две девятиэтажки под Маркса и Энгельса, да перестройка помешала. А потом и Ленина демонтировали.

А ещё же Первомай и 7 ноября, оформление колонны демонстрантов от машин до плаката в руку рабочего, микрорайон украсить кумачёвыми лозунгами, сейчас это называется перетяжкой. А тогда женщины из красной ткани шили двойное полотнище. Полотнище – к нам. Вот тоже было моим делом: раскатать на третьем этаже, разметить мелом текст: «Да здравствует Великая Октябрьская Социалистическая революция!», рассчитав размер букв, промежутки между буквами; учесть, что у «ц» есть хвостик и на неё надо побольше, а «ю» — широкая и занимает полторы стандартных буквы, и затем плоской кистью водоэмульсионной краской написать по одной стороне, а как высохнет, по другой. Там уж монтажники натянут через дорогу.

А пионерский лагерь, что был ведомственный у каждого завода. Здесь — оформление линейки, спортплощадки, всей территории красотой про наше счастливое детство. Помню парни всё нарисовали эскиз длинющего стенда, планшетов десять, разметили (как Ленина), в коридоре вдоль стены поставили планшеты в стык, к стене приклеили эскиз, дали каждой из нас по баночке краски со определённым цветом, и мы пошли. Двигаюсь с оранжевым и смотрю, так: на первом планшете этот кусок мой, эта полоска и этот треугольничек тоже, на втором – полоска, на третьем и так дальше до последнего. Все прошли со своими баночками, получилась картина, парни ещё сделали потом обводку чёрным тонкой кистью и  прорисовали детали. Просто, конечно, на словах, а на деле на всё уходили дни и недели.

Мелочёвка: поздравительные адреса, объявления, афишки на листе ватмана. Первым моим заданием было — нарисовать масляной краской на ленте из искусственного шёлка Орден Октябрьской революции. Три штуки, так как три ленты трём передовикам через плечо. Ещё стенгазеты отделу/цеху и пр. Некролог. Портрет в рамку на лист ватмана по вертикали и текст пером тушью, быстро. И — в проходную.
У нас был фотограф с фотолабораторией, метровыми ваннами, снимал что и кого надо, печатал большие фотографии. Его первым будили для печального задания — напечатать фотографию в некролог. И начальницу. Приходим к 9-ти, она уже пишет текст под портретом в рамочке. Ну, кому-то тут же передаёт. Мне.

Поскольку я – моложе всех, ещё все колхозы мне, овощные базы мне, сверки списков избирателей и пр. мне, не отрывать же матерей от семей, да дедовщину никто не отменял. Но было весело, дисидентско и нетяжело, это Вам не платы на конвейере паять по схеме.

Конечно, ничего не сохранила, да и фотика не было, чтоб заснять что-то. И потом я ж думала, что всю жизнь буду ходить мимо Ленинов, под и с лозунгами про революцию. Поэтому примеры из книги — единственное, что осталось. Я реально ею пользовалась. Выбирала шрифты.


Помнят руки-то! (с)

http://hhhhhhhhl.livejournal.com/63121.html

Снимала Нина

Чашка кофе и прогулка