РЕЦЕНЗИИ НА КНИГИ * ВСЕ О ЛИТЕРАТУРЕ * ЧТО ПОЧИТАТЬ? * КЛАССИЧЕСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА * ОБЗОРЫ И НОВИНКИ

В. Сердюченко «Ремонтник»

Если у вас начало барахлить сердце, болеть голова, трещать колени, отниматься правая рука, если из краснощекого телосложения вы превратились в одышливого толстяка, не могущего застегнуть собственные брюки, если у вас ноет всё изнутри и снаружи, наворачивается поджелудочная железа — значит, ваша плоть распустилась, расподлючилась, распоясалась, и пора дать ей хорошего тумака.

Одно из средств к этому – квартирный ремонт. Однажды утром берём в руки скребок, гвоздодер, молоток и, не раздумывая, обрушиваем любой угол своего жилища. То, что вы там обнаружите, приведет вас в ужас. Грязь, паутина, колонии тараканов в щелях штукатурки…

В таком же засоренном состоянии сейчас пребывают и наши с тобою души,  читатель. Они тоже забиты всякой интеллигентской чепухой и заросли книжной плесенью по самые уши. А body? Посмотрим-ка ещё раз на себя в зеркало: оплывшие плечи, живот висит косой брюквой, вместо мышц какое-то желеобразие… Тьфу. Годы потрачены на то, чтобы набивать себя газетной трухой вместо того, чтобы строить, ремонтировать и обустраивать своё жилище. «Я родился, чтобы читать и писать», — заявил недавно один из корреспондентов автору этих строк. Я внутренне содрогнулся и на всякий случай прекратил с ним  переписку. Это надо же! Появиться на Божий свет в виде головы с глазами — и гордиться этим. «Интеллигиенция – самая невежественная часть нации», — учил Мао-Дзедун.  «И самая нечистоплотная», — добавим мы к этому. Голова дадена человеку для того, чтобы ею есть и думать о предметном: теплый очаг, прочная одежда, крепкая семья, здоровые дети и добрый кувшин вина по субботам. Остальное, перефразируя Достоевского, «главное, но не самое главное». Сколько автор себя помнит, ему больше нравилось работать не головой, а руками. Не то, чтобы руки у него были умные и талантливые, а голова, наоборот, тупая, а просто физический труд всегда приносил ему больше радости, чем умственный. За свою жизнь автор написал две диссертации, нагромоздил кучу высоколобых монографий и статей – и оказался у разбитого корыта. С другой стороны, он построил аэродром стратегических бомбардировщиков на Чукотке, гараж и две дачи — и вспоминает об этом с неизменным удовольствием. Впрочем, почему «вспоминает»? Вот уже второй месяц он вместе с сыном шлифует свою квартиру. Сколь все-таки тленно рукотворное обетование нашей жизни! Ничто не вечно; всё плесневеет, окисляется, ржавеет, перерождается и тяготеет к энтропии. Начинаешь драить наружную дверь, а она, оказывается, перекосилась. Отдираешь дверные плинтуса – а там новые перекосившиеся сюрпризы. Возникает гамлетовский вопрос: менять или не менять всю дверную коробку?

Менять! Всё менять, вплоть до несущих стен. Ибо и они не вечны. Пару лет назад обрушилась стена Иерусалимского храма. Средства массовой информации состязались в террористических версиях, но ваш покорный слуга утверждает во всеоружии приобретенного опыта, что она завалилась из-за отсутствия элементарной ремонтной профилактики. Пейсатые жрецы храма ежедневно возвещали с его божественном происхождении вместо того, чтобы взять в свои руки кельмы и мастерки и отпахать по 25 часов с сутки на его покосившихся стогнах.

Ремонтируя дом, мы ремонтируем тело и душу. Из нас начинает как бы произрастать другое существо, собранное и скоординированное. Мозговые извилины выпрямляются, опорно-двигательный аппарат вспоминает воинскую службу, дыхалка налаживается, перестают западать клапана и бузить аорта. Вялая расподлючившаяся плоть, отчаянно вопя, начинает приводить себя в порядок. О, как она ненавистна автору! Её нужно держать в постоянной узде, выводить босыми ногами на снег, подвергать скорпионам и тарантулам. «Плоть — это то, что нужно преодолеть» — учил великий  Ницше.

Ремонт и есть одно из средств к этому. Производящий его превращается в трудолюбивого Кандида со сведенными в одну точку мыслями. Меняется весь его психофизический состав. Он с утра снует по каталогам и строймагазинам, а потом по стенам и потолкам своего жилища, и на него нисходит карма. Ему, в жизни не державшему в руках иного инструмента, кроме шариковой ручки, открываются высокие радости собственноручно изготовленного стола, обувной сушилки, оконной рамы, красота безупречно выкрашенной поверхности. Столярный инвентарь, кирпич, цемент, фурнитура, деловая древесина; олифа, клей, мебельный лак, растворители, масляные краски; гвозди, шурупы, болты — как одушевлена, оказывается, эта бытовая инженерия жизни, какое беспримесное наслаждение может заключаться в геометрически выставленном подоконнике. Мы знаем только одно произведение в мировой литературе, где главным действующим лицом является Ручной Труд. Это великая книга «Робинзон Крузо», которую мы в первую очередь рекомендовали бы в качестве настольной книги наркоманам интернетовских Guestbooks. Ибо настала смена смыслов, обнажаются библейские первоосновы жизни, и вечно легкомысленная интеллигенция в который раз становится героиней крыловской басни: «Ты всё  пела, это дело, так пойди же попляши». Лишь тот человек имеет право на духовное времяпрепровождение, кто изо дня в день, с упрямством муравья отвоевывает у хаоса окружающего бытия квадратуру цивилизованного быта. Духовная культура, создаваемая за покосившимися столами в стенах со свисающими обоями под шум вечно неисправного бачка в туалете, ущербна, потому что в ней не закодировано главного: физического самоуважения личности.

В процессе ремонта ваш покорный слуга посетил с трехдневным визитом Польшу. С увлечением неофита он вглядывался в жилища, домашние интерьеры, вещное окружение таких же гуманитариев, как он сам, и сравнивал увиденное с бытованием украинской интеллигенции. Боже мой, в какой бесшабашной, неряшливой, наспех сколоченной действительности пребывают наши интеллектуальные звездочёты с вечно расстегнутой ширинкой! Почему из одного и того же песка, дерева и камня в Европе создавали одно, а в Украине-России совсем другое, неужели мы способны создать нечто надежное, утвержденное на камне, только из-под петровской или сталинской палки! Но уходят жестокие прорабы, и горе-строители вновь разбредаются кто куда, в привычные нищенские пределы.

«Значит, одни народы из поколения в поколение с терпением и верой возводили из камней дивный храм, очищал тусклый хмурый мир вокруг себя от пыли, мусора и шелухи, чтобы увидеть его озаренным божественным смыслом; другие же бездумно опустошил, загадил и в конце концов отвергли  большую богатую страну, а теперь ходят по миру с протянутой рукой, сгорая от зависти к благополучным соседям.» (Сергей Яковлев, «Письмо из Солигалича в Оксфорд»)

Но «вернемся на первое» и посоветуем Чающим ремонта ни за что и никогда не доверяться пришлым мастерам. Чужое – не своё. Пришлый мастер никогда не станет корпеть над гвоздём, забитым криво. Лучше возьмите в руки книгу «Ремонт своими силами» и изучите технологические допуски гвоздя.

В процессе ремонта никто не запрещает вам размышлять о том, зачем Ганди поехал в Данди, или о проблемах всемирного украинства. Можете даже время от времени высказывать своё мнение на электронном сайте «Динозавра». Но вы сами убедитесь, что ваши постинги стали более чёткими и мускулистыми. Это потому, что из интеллигентского распиздяя вы превратились в экономного молчуна, открывающего рот лишь для того, чтобы поделиться истинами, звучащими, как сталь:

— Победитовые свёрла не годятся для работы по  металлу.

— Шурупы  0,3/1,2 требуют пластмассового покрытия.

Когда автор учился в Пушкинском Военно-строительном Техническом Училище, он усвоил, что на подготовку и на уборку рабочего места нужно тратить по часу. Но это если ты работаешь на дядю-заказчика! Когда же ремонтируешь собственное жилище, убеждаешься, что тому и другому нужно посвящать добрую половину рабочего дня. Строительный мусор и пыль – вот проклятие любого ремонта. Она просачивается в микроскопические щели, въедается в мягкую мебель, покрывает липким слоем всё вокруг. Поэтому трите, трите, трите влажной тряпкой с тупостью и упрямством муравья  каждый квадратный сантиметр своего жилища. Сказать ли? В процессе ремонта автор и самого себя начал приводить в порядок. Он стал чаще умываться, бриться и чистить зубы. В дальнейшем он намеревается выходить на ремонтный фронт при галстуке и фрачной тройке. Фрак – вот производственная одежда уважающего себя мастера. Фрак – и белоснежный треугольник в нагрудном кармане.

…Каков может быть вывод изо всего сказанного? Да никакого. Высший, метафизический смысл любого ремонта заключается в нём самом. Но чтобы понять это, —

«Нужно однажды взять и обрушить любой угол своего жилища» (В. Сердюченко).

Чашка кофе и прогулка