РЕЦЕНЗИИ НА КНИГИ * ВСЕ О ЛИТЕРАТУРЕ * ЧТО ПОЧИТАТЬ? * КЛАССИЧЕСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА * ОБЗОРЫ И НОВИНКИ

ABTOP

Страницы 2 из 144«12345»...Далее »

Переводы Елены Кузьминой. Мемуары Моби (окончание)

Окончание

продолжение тут
начало тут

Отрывки из интервью, июнь 2016, источник

Как возник замысел этой книги (мемуаров)?

Моби: Лет пять назад я был на вечеринке в Бруклине, и рассказывал там всякие истории о том, каким был Нью-Йорк в 80-е и 90-е годы. Многие из тех, кто был там и слышал мои рассказы, по-настоящему впечатлились – поскольку все они приехали в Нью-Йорк совсем недавно. И кто-то из них заметил: «Такие интересные рассказы, вам следовало бы их записывать». Это дало начало моей книге воспоминаний.

В название книги вынесено название одной из ваших песен, «Porcelain«, или были еще какие-то причины?

Моби: Ну, это одна из моих самых известных песен… Потом, фарфор – он такой белый и хрупкий, и я тоже белый и хрупкий. В книге случается рецидив: где-то посередине из трезвенника-христианина я превращаюсь в алкоголика, волочащегося за стриптизершами и часто блюющего во всяческие фаянсовые и фарфоровые унитазы. Так что, по-моему, это подходящее название для книги.
Читать далее

Переводы Елены Кузьминой. Мемуары Моби (продолжение)

начало тут

Часто Моби с матерью останавливались у её богатых родителей в Дарьене, штат Коннектикут – было мило, но мальчик постоянно стыдился своей бедности.

(На фото — Моби с матерью, на нем её парик, который она вынуждена носить из-за сеансов химиотерапии, 1997 год)

Во второй части мемуаров мать Моби умирает от рака – и происходит странный, почти неправдоподобный случай, связанный с её похоронами:
Читать далее

Переводы Елены Кузьминой. Мемуары Моби — книга сорвиголовы/ Moby, Porcelain: A Memoir

Американский диджей, композитор и певец Моби, работающий в разных жанрах, выпустил свою автобиографию. Книга под названием «Фарфор: мемуары» (Porcelain: A Memoir) охватывают период с 1989 года, когда Ричард Мелвилл Холл (настоящее имя музыканта) начал делать первые записи, по 1999 год: именно тогда вышел один из самых популярных альбомов Moby, Play.
То есть речь идет о жизни Моби с 23-х до 33-х лет.

В книге много небезопасного секса, океаны алкоголя, а также рейвы, смерть, тараканы и знаменитости.
Моби, которому сейчас 51 год, говорит: «Я до сих пор узнаю себя в том парне, спотыкающемся на жизненном пути и не имеющем сторонней помощи. Был энтузиазм и хорошая рабочая этика, но в итоге – полная тупость и постоянная растерянность. Как снежный ком, катящийся с горы: сначала он чистенький, но в итоге на него налипают мертвые белки, палки, камни, резиновые сапоги и всякая дрянь. Таким снежный ком попадает к подножью горы, – но разве он хоть отчасти напоминает свой изначальный вид?»
Читать далее

Александръ Дунаенко. «Хреновое поле» Людмилы Коробицыной

В далёкие советские времена у меня были друзья, которые переписывали литературные произведения запрещённых авторов. Булгакова, Гумилёва, Солженицына, Мандельштама. Я любил литературу, но сам никогда от руки ничего не переписывал. И говорить, что лень – неубедительно. Очевидно, что мои друзья любили литературу больше, чем я.
Потом об этом периоде, когда литература распространялась в рукописях, стало забываться. Пришли времена, когда и прочитать можно всё, что угодно и размножить в тысячах копий в прекрасном качестве.
И уж прийти мне в голову не могло, что уже в настоящее время я сам сяду за клавиатуру и буду слово за словом набирать текст понравившейся книги.
А – сел.
Перепечатывал и… ком стоял в горле…
Да, я читал этот рассказ раньше. И уже, вслед за автором, всё пережил.
Но… Снова читаю, печатаю и… опять…
Читать далее

Ольга Кай. Носорог-книголюб

Эта замечательная стойка для бук-кроссинга стоит на набережной самого крупного из Фриульских островов (Франция). Хотелось бы сказать, что носорог смотрит на Марсель, но он от него отвернулся почему-то.

Sivaja_cobyla. РОКОВЫЕ СТАРИКИ

«Полузабытая песня любви»
Кэтрин Уэбб

Я с некоторой опаской бралась за новый роман Кэтрин Уэбб «Полузабытая песня любви». А все из-за того, что две предыдущих вещи автора очень уж мне понравились, скроены ладно и по-женски аккуратно с уважением к читательскому вниманию, все линии сюжета продуманы и доведены до логического конца, персонажи характерны и объемны. Но вот не было во мне веры, что автор сможет продержаться на прежнем уровне и третий роман. Бывают же осечки даже у великих, а уж у молодых и подавно все неровно. Забудутся, заиграются с успехом и состряпают что-то на волне читательского интереса, небрежно пользуясь приемами, уже принесшими удачу. Ну, так вот с «прежним» уровнем я действительно ошиблась. Роман получился лучше предыдущих. Все, что радовало в двух первых опытах – осталось, но появилось и что-то новое, что я назвала бы уже авторской зрелостью, собственным стилем.
Читать далее

В-ГЛАЗ с Александром Дунаенко. РУКОПИСЬ, НАЙДЕННАЯ В САРАГОСЕ

Мне было пятнадцать лет. Я попросился к тёте Тане-киномеханичке научить меня показывать в нашем сельском клубе кино.
И стал три раза в неделю по вечерам крутить фильмы.
Обычно тётя Таня сидела в зале, продавала билеты и дежурила на входе, а я в кинобудке заряжал и переключал проекторы.
Но в тот вечер я попросил тётю Таню поменяться местами.
Я хотел просто посмотреть кино.
Которое называлось «Рукопись, найденная в Сарагосе». (Польша).

Я всегда любил всякую чертовщинку, зачитывался Гоголем, а тут было понамешано всего… В том числе и красивых девушек с открытой грудью, которая в советском кино была запрещена. Зрителей в зале было немного, а к концу сеанса остались вообще единицы. Одна женщина уходила, матерясь…

Фото Александра Дунаенко.
Читать далее

Алекс Громов, Ольга Шатохина. МЕЖДУ СЕЙЧАС И ЗАВТРА

…Они знают о книжках слишком много

 

Алекс Громов — руководитель жюри премии Terra Incognita и портала Terraart, автор ряда книг, опубликованных в России и Европе тиражом более 150 тысяч экземпляров, обозреватель «Книжного обозрения», «Библио-Глобуса», журнала «Банки и деловой мир», лауреат премии им. Пикуля и премии литературного журнала «Москва».

Ольга Шатохина – автор романов, ведущая рубрики в «Российской газете» — «Книжные новинки с Ольгой Шатохиной».

Награждены Кульмскими крестами за возрождение и развитие исторических традиций отечественной литературы, почетными призами Генеральной дирекции международных книжных выставок и ярмарок «За верность книге», Карамзинскими крестами. Являются лауреатами Евразийской премии и премии «Сорок сороков».

 

ВРЕМЕНА И ПОДРОБНОСТИ

 

Приметы Будущего: Антология. Сост. Алекс Громов

Приметы Будущего обл с корешком.jpg

Новый сборник рассказов и повестей, в которых с самых разных точек зрения рассматривается сама тема Будущего и множество сопутствующих аспектов. Будущее предстает здесь не только в виде Настоящего, каким оно уже является для героев многих произведений: инопланетяне среди нас, вместо романтики космических странствий – рутина надоевших командировок, рекламные акции с понижением предварительно повышенных цен и распродажи ненужного под девизом «это должен купить каждый!» в масштабе Вселенной…
Читать далее

Воскресное чтение. Нина Большакова «Взбиватель подушек». Рассказ

Нина Большакова

                           Взбиватель подушек

 

Это я, Джеремайя

Нок-нок, кто там? Это я, Джеремайя, взбиватель подушек. Профессия у меня такая; вы кто? Учитель? Профессор? Здесь все профессора, в школе дебилам преподаешь неведомые  social studies,  в Гарварде крыскам мозги вынимаешь, все профессор. Бухгалтер? Чужие деньги считаете? Тоже ничего занятие, из полупочтенных. Да все равно, скучная работа, и под контролем постоянно, не дай бог ошибиться, не то или не вовремя сделать. Dead line, all this crap.  То ли дело у меня:

заходишь  ночью в торговый зал, перед тобой бесконечные ряды подушек, на полках до потолка, на кроватях и диванах. Схватишь какую, что под руку подвернулась, щекастенькую такую, упругую, как старая девка, поднесешь к лицу, уткнешься и нюхаешь, нюхаешь. Она думает – все, он мой, сeйчас он меня купит, унесет домой и там, в норке, будет спать со мной каждую ночь, обнимать обeими руками крепко-крепко, зарываться лицом, слюнку пускать. А ты голову поднимешь, вроде как одурел от ее ароматов, да и хвать ее об пол, и ногами топтать! Потопчешь ее хорошенько, как петух курицу, спрыгнешь с нее, нагнешься, подхватишь обеими руками, подбросишь в воздух и смотришь, как она хлопнется на пол! А потом еще раз, и еще, и еще! Лучшего способа как следует взбить подушку кроме как уронить ее на пол, нету, и не ищите.   Закон всемирного тяготения, в школе учили,  да забыли? Так подушки во всех отелях взбивают, в самых дорогих, где их вообще взбивают. А в магазинах, где продаются тысячи подушек всех форм и размеров, и покупатели день-деньской их щупают, пихают, лежат на них, сидят, этим магазинам просто необходим хороший взбиватель подушек с твердой рукой. Я всегда востребован, у меня постоянный ангажемент в трех больших магазинах.

Читать далее

Jane The Reader. Исигуро «Не отпускай меня»

Когда-то я читала «Остаток дня» Исигуро, и книга мне не очень понравилось: я отметила про себя, что не хочу читать дальше этого писателя, какие бы премии он ни получал и как бы хорошо о нем ни отзывались. И тут меня поджидала натуральная засада. Рецензии на «Не отпускай меня» начали попадаться пачками. Они сыпались на меня со страниц ЖЖ, появлялись на Букмиксе и даже люди в метро держали книгу в руках. В принципе, понятен аккумулирующий эффект: человек читает, рассказывает, что произведение стоящее, следом за ним читает кто-то еще — и понеслось. Но я столкнулась с таким ошеломляющим натиском впервые — и я сдалась: принцип «если десять человек говорят тебе, что ты пьян, иди и проспись» все-таки достаточно сильная вещь. Пришлось идти за книгой.

Читать далее

Страницы 2 из 144«12345»...Далее »

Чашка кофе и прогулка