Начало – дело не простое. Я говорю это потому, что категории, по которым я решил оценивать поэтов Безрыбья (а именно так я назвал наш современный период), еще не определены. Я лишь ищу свой метод, скорее же – набор методов, общую тенденцию, может быть даже – науку. У меня нет задачи создавать дополнительный фон, подкрашенный чувством тоски.
Я лишь хочу узнать – есть ли на безрыбье рак. Вот и всё.
Начнем же мы с Веры Полозковой, поэтессы, о которой было что-то где-то сказано, что-то прикручено, что-то откручено, и всё это, в принципе, не важно. Тем более, что читатель, который не входит в так называемые узкие круги, о современных литераторах знает достаточно смутно, и всякое новое открытие будет для него пользой.
Он глядит на нее, скребет на щеке щетину, покуда несут соте.
«Ангел, не обжившийся в собственной красоте.
Ладно фотографировать — по-хорошему, надо красками, на холсте.
Если Господь решил меня погубить — то Он, как обычно, на высоте».
Он грызет вокруг пальца кожу, изводясь в ожидании виски и овощей.
«Мне сорок один, ей семнадцать, она ребенок, а я кащей.
(далее…)
