БР: Что вы думаете о мастерских, семинарах и тому подобном?
БУК: По-моему, ужас.
БР: Но вы же на них появляетесь?
БУК: Я провожу поэтические чтения — за деньги. Чистое выживание. Терпеть не могу, но я бросил работу девятого января и стал, что называется, литературным ловчилой. Теперь я делаю то, что не стал бы делать раньше, и среди прочего — устраиваю литературные чтения. Удовольствия никакого. Что же до мастерских, я их зову клубами одиноких сердец. Чаще всего это кучка плохих писателей, они собираются вместе и… возникает вожак, обычно сам себя выбирает, и они читают друг другу это барахло и, как правило, перехваливают друг друга, и это скорее разрушительно, нежели полезно, потому что барахло к ним возвращается, и они говорят: «Боже мой, когда я читал группе как-то вечерком, все сказали, что это гениально».
БР: Ой, а мне, напротив, говорили такое про мои работы, что впоследствии подтверждал мой агент в Нью-Йорке. Мне кажется, иногда можно нарваться на проницательного руководителя.
БУК: Хорошо покритиковать могут, но на таких семинарах это редко. Обычно там все для одиноких сердец. Люди приходят ради сексуальных контактов и по разным другим причинам. Лучший способ научиться писать — читать хороших писателей и жить. Больше ничего не надо. Семинар тут не нужен.
Уильям Дж.Робсон и Джозетт Брайсон.
В поисках гигантов: Интервью Чарльза Буковски
1970
«Чаще всего это кучка плохих писателей, они собираются вместе и… возникает вожак, обычно сам себя выбирает, и они читают друг другу это барахло и, как правило, перехваливают друг друга, и это скорее разрушительно, нежели полезно, потому что барахло к ним возвращается, и они говорят: «Боже мой, когда я читал группе как-то вечерком, все сказали, что это гениально».»
Абсолютная правда. То самое: «литература есть отражение жизни». Готов — бескорыстно — описать вожака (с абсолютно точным цитированием, не искаженным ерниеством) и его паству — наверняка совпадет со всеми предыдущими описаниями…
Дважды – один раз по своей воле, другой раз знакомые журнализы – таки попал на эти «собрания».
Зрелище – не для слабоумных. По роду моей проф. деятельности мне, конечно, жеж же приходится встречаться с разными людьми, но такова жалкого зрелища мне не приходилось видеть даже в телевизоре… Вот ведь Чехов гений, — отчего-то и у меня бродило желание схватить – за неимением пресс-папье – дубину и разогнать полсотни изнывающих вселенской печалью сытых и хорошо одетых поэтов и поэток…
А потом… а потом… нет, и тут Чехов прав: а потом приличному человеку лучше этого не видеть.
Год-то, год-то, посмотри, какой 🙂 🙂 🙂
И до сих пор, понимаешь, воз и ныне там 🙁
«ЧИТАТЬ ХОРОШИХ ПИСАТЕЛЕЙ И ЖИТЬ»
!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!