– Знаешь что? – в один прекрасный день сказала вдруг Татьяна, наливая Сашке второй половник его любимого харчо. – Давай поедем к морю? Что это мы тут киснем! К морю! Сашка так давно об этом мечтал, что не верил своему счастью, которое было бы совсем полным, если бы с ними могла поехать Ляля – но она никак не могла, и…
В свое время этот замечательный конкурс объединял сразу несколько сетевых литературных проектов. Книгозавр плюс МегаХаос плюс КамераКунста. Этим летом мы решили провести не конкурс, а создать антологию в формате проекта «Проводы зимы-2026». Приглашенные авторы находят в своих нетленках летние стихи, летнюю прозу и делятся с читателями своим собственным летом. Или же летом своих героев, персонажей и сюжетов. Как и зимой,…
Я тут решил приобщиться к прекрасному. Ну как решил — сел с кофе, сигарету скрутил, включил «Сегодня Ночью», ту самую песню про кофе и сигареты. Думаю, ща будет джармушевский дзен. Том Уэйтс там пепел стряхивает, Игги Поп умное лицо делает. Красота. И вот я читаю «По направлению к Свану». Марсель Пруст, 1913 год, Франция, модернизм, поток сознания, все…
Нельзя сказать, чтобы «Кокора» — это роман, который призван перевернуть словесность и задекларировать новое начало. Однако, в мире современного манускрипта, требуется квалификация копателя. Ведь нельзя сказать, чтобы искусство не было коммерциализовано и раньше. Другое дело – рамки, имена игроков, общий уровень. Представим себе, что всю сферу какого-нибудь волейбола заняли дельцы, которые считают, что играть нужно не мячом, но яблоком, или,…
Дождь шёл уже третьи сутки. Не тот уютный, кинематографичный дождь, под который хорошо пить чай, а злой, косой, всепроникающий. Я сидел на веранде, колени укрывал пледом, а на коленях лежал потрёпанный экземпляр «Хендерсона — короля дождя». Называется, выбрал тему для чтения. В открытую дверь летели брызги, и строчки на страницах начинали плыть. Я захлопнул книгу, но буквально тут же открыл…
Всегда говорят: хорошо было раньше. А отмотайте еще – так и еще лучше, по временной отрицательной шкале. Проза писалась суровым челябинским языком. Наверное, в начале всей этой Интернет-катавасии казалось: что-то образуется, что-то войдет в рамки, но литература – все же не тот тип зоологии, где высшее заменяет собой предыдущие модели существ. Вышло ли что-то из австралопитека нулевых? Вспоминается монохромный монстр…
Современный читатель – кто он? Случайный пассажир, вышедший не на той остановке? Озаренный миссией искатель? Космонавт или геонавт? Путешественник в мире непроходимостей? В чем роль премиальной литературы? К Веркину мы переходим без разгона. Надо, в общем-то, начинать со сторонних цитат, но разборы далеко не всегда удовлетворяют – рецензенты начинают удаляться в пересказ, что делает, например, Комраков. При желании можно разглядеть…
В мире Олеши всё имеет форму. Но форма эта предательски двойственна. Представьте: вы говорите о себе «яблоко» — сочное, неровное, земное, с хвостиком и тенью от листа. А мир вам отвечает: нет, ты — шар. Идеальный. Гладкий. Катящийся. Математический. Вот это несовпадение самоощущения и формы, назначенной эпохой, и есть двигатель «Зависти». Кавалеров — яблоко, которое упрямо не желает становиться шаром….
Дорожный трактат в стиле «Вай-фай» Всё началось с роликов. Это важно. Сначала автор покупает ролики. Потом читает Хармса. В голове возникает щелчок, похожий на переключение тумблера в распределительном щитке реальности. Телл ми вай, спрашивает себя автор. Разве это работает? Как это работает? Вай. Да, да, Стив Вай. Тот самый, с гитарой-ручкой и семью пальцами на каждой руке, которые видны только в момент…
Вот итоги внезапного флешмоба, который был проведен нами в телеграм-канале Книгозавра. Мы попросили читателей в честь гендерного праздника назвать своих любимых писательниц и поэтесс (авторесс? авторок?) и буквально двумя-тремя словами объяснить, за что же они любимы данным конкретным читателем. Список ниже составлен по мере поступления комментариев. Маргарет Этвуд, ее апокалиптическая трилогия «Беззумный Аддам» — за совершенно нестандартное видение мрачного мира…