***

В обьятиях жарких июня распаренный город лежит,
хрипит, задыхаясь: «Манюня! Ну хватит! И так еле жив…
Ну сделай же солнце потише, до плюс двадцати, без проказ!»

Июнь сделал вид, что не слышит, крутнул градуса к сорока,
потом, улыбаясь украдкой, как сытый и нежный вампир,
он сдул со лба города прядку: «Терпи, дорогой мой, терпи»

***

заливает утро свежим маринадом улицы, проулки, лавочки, дома,
пробует на вкус — нет, приправлять не надо, будет очень вкусно, повар — градоман.

ставит в тёплом месте мисочку с уловом, ноздри в предвкушеньи раздувают нос,
раскаляет солнце, шампуры готовит, открывает неба белое вино…

лук и помидоры режет аккуратно, нижет на шампурчик улочки кусок,
а за ним — домишку стороной парадной, помидорчик малый, меленький лучок…

солнце жарит жёстче, небо заливает, выполняют люди роль: копчёный шпик.
будто помидоры, морщатся трамваи…
к вечеру не город — фирменный шашлык.

***
рыжее солнце слепило глаза —
мир был от этого весел и рыж:
рыжая радужная стрекоза
села на рыжий пушистый камыш,
в рыжий суп режется рыжий порей,
рыжий кот вышел из рыжих дверей,
в рыжем подвале скреблась рыже мышь,
рыжие птицы галдят с рыжих крыш…
да, мир воистину весел и рыж!

***
рыжая кошка с повадками первой красотки,
площадь и спуск к ней, забытый горящим фонарь,
в правом наушнике хриплый спросонья высоцкий,
неба лазурь-синь и клумбовых роз киноварь,

мелкая тучка, за шпиль уцепившись, болтает
с птичкой, похоже — не видно, кажись, воробьём,
тянет девчонку за руку ушастый «ботаник»:
— тань, ты уснула? ну мы ж опоздаем, подъём!

мнится, что каждый вопрос отзовётся ответом,
жизнь будто в ритме сладчайшей из сладких надёж…
выдохнешь: «лето, какое ж ты всё-таки… лето!» —
и, улыбаясь, таки на работу пойдёшь.

***

рыжее солнышко лапкой чуть тронуло стены,
рыжим хвостом помахало, и, громко чихнув,
на занавеске повисло — нет лучшей арены
для попрыгучих пушистенькому шалуну.

и, покачавшись на шторах, и, спутав гардину,
след от когтей разбросав по… наверно, всему,
спрыгнуло солнышко в сад, потоптав георгину —
правда, не слишком — простительно, в общем, ему.

и под каштанов влюблённо-флиртующий лепет,
словно рисуя собою премилый клип-арт,
солнце свернулось клубочком на вымытом небе,
сладко зевнуло — набегалось, надо поспать.

***

холодный ливень ноября
пошёл ошибочно в июле —
его, наверное, надули,
почтовый адрес говоря.

а может, просто заплутал,
а может, что-то перепутал —
но вот, минута за минутой,
дождь ноября бьёт в крыш металл.

а значит, куртки и плащи,
а значит, ежиться прохожим —
или не ёжиться, положим,
но бечь бегом под крыши щит.

…

а дождь, почуявший беду,
уже скулит, как та дворняга!
…давай-ка руку, бедолага —
в ноябрь обратно отведу.

***

день нынче прелесть как раскос, ему б шелками одеваться,
но почему-то мёрзнет нос, хоть на термометре плюс двадцать.

и почему-то степень слёз тождественна обильной грусти —
и грусть взялась за нос всерьёз, но, может, к вечеру отпустит.

…эх, как ни требуй: «выше, дух!», готовы слёзы капать, капать,
и (прав был душка винни пух!) не только нос замёрз —
и лапы…

***