2011
Ах, тезка, ветер в ваших просторах,
должно быть, пену швыряет в стекла,
и солнце, дробясь в соленых потеках,
в них застревает. Почти как в шторах.
И луч из соли рождает слово,
и пять, и сто, их сбивая в стаю…
И возвращается сеть с уловом —
уже не серая, а золотая.
2014
На донышке февраля
у конунга, короля
(или князя ли?)
собираются ветры
разного цвета
и сочиняют – для
(деепричастие, по мнению Бабеля, текст облегчает,
хотя при этом мяукать его заставля…)
мгновение, чашку чая,
что-нибудь необычайное.
Но и (может, это предлог?) – ради
старой тетради,
гордого «ах!» на параде,
Стради-
-вари «каприз»ного короля…
Для!
2015
Вот подфартило тезке –
предвещать-приветствовать весны!
Воробьи не дуром разгалделись:
с днем рожденья!
Знакомая продавщица на рынке
разулыбалась: «Яблоки у меня сегодня – крымские!»
Ох ты ж мамочки-мама! Дайте два – да-да, килограмма!
Мелкие (самосейка, должно быть),
сладкие (ха! еще бы!),
крепенькие, хрусткие –
вку-у-у-усные!
2017
Весна нынче до изумления ранняя:
уже остатки асфальта талой струятся грязью,
с балконов, сверкая прозрачными гранями,
сосульки солнечные лучи передразнивают,
синицы по веткам расхаживают, как на параде,
и верещат оглушительно: «Праздник! Праздник!
Живы!» Морозы, ветра, бескормица,
перекрывающее каждый вдох колючее крошево —
и то, и это, да всё когда-то закончится.
Кроме — всего хорошего!
2019
Рыжее солнце в брызгах
множится, растекаясь,
подобно кусочкам жизни
в первобытном бульоне,
глаз подчиняет логике
окружающий хаос,
замечая в летящем облаке
очертания Сьерра-Леоне.
И, обдираясь о камни ущелья, что уже и уже,
завязнув по ноздри в почти бесконечном «до»,
на самом исходе зимы
обнаружишь,
что научился дышать под водой.
2020
Бродит слон по темной дороге,
у него под мышкой мешочек с шишками хмеля,
у него стеклянные ноги,
он не спит черт знает какую неделю.
Он вообще не спит – не умеет, не любит, не хочет,
говорит, что звезды похожи на многоточья,
шагает сквозь ветер с приправой из скудного снега,
раздвигая холодные ветви,
прямо в небо.
Он доволен, хоть вовсе не видит снов.
Ни единого сна.
Но
он раньше всех видит, как наступает она.
Весна.
2022
Ветер стучится южный на пороге весны,
боится, что и не нужен – но все же приносит сны.
1.
Над полуостровом ветер.
Серо-зеленые волны
пенными блещут венцами
важно, неторопливо.
Гладят ломкие ветви
диск то ли солнца, то ль полной
призраков и мерцаний
повелительницы приливов.
2.
Было слово в начале?
Это просто смешно.
Ветер небо качает
на перекрестке снов,
в строки слова тачает
попросту, без божеств.
Было слово в начале
или все-таки – жест?
3.
Темный тяжелый камень
пахнет ветром и солью.
Яблочный сок в стакане –
желтый кусочек солнца,
кровь переспелых яблок,
красных, коричневых, желтых.
Облачное одеяло
пологом виснет тяжелым –
не развести руками,
не добраться до солнца.
Мокрый шершавый камень
пахнет весной и солью.
2023
Посередине зимы блеск мне снился серебряный –
так в окруженье тьмы обостряется зрение.
1
желтый и нежный – с одной стороны,
синий, холодный – с другой
посередине четыре стены
оберегают огонь
дальнего моря неслышимый плеск
или играет листва
ветер вздымается до небес
и оживают слова
2
Какой оглушительный свет!
Какой ослепительный ветер!
Как ярко взмывает ловец
за взлетом мяча… На рассвете
в ресницах запутался сон
хороший такой, удержать бы!
И голос неспящий часов,
рифмуясь, капель обещает.
3
На границе
между снегом и водой,
там, где бесконечно длится «до»,
сквозь шаги метельных мягких лап
пробивается упрямое «кап-кап»
да – уже! – и к черту календарь,
где царит положенная хмарь,
где дома укрыты тьмою сна…
Числа – врут, за окнами – весна!