Конкурс рецензий — 4. Слово Рока

Что сказать?
Люблю обозревать. Люди – это единственное, что есть в нашем мире. Вот жили бы мы, например, на одной планете с разумными утконосами – у нас бы, очевидно, была другая система исчисления. Бинарный код мы бы поменяли на зависимость отложения яиц от смещения фонетического равновесия из-за близости экватора, а к моменту постиндустриализации – то бишь к теперешнему – вся эта закономерность преобразилась бы. Каков бы был язык! Я вспоминаю сагу Пола Андерсона об ином развитии Земли – вот где полет. Что тут говорить! Надо брать и резать. Скальпель, лезвие, лазерный луч. Последнее, я думаю, вещь более правильная в плане осовременивания. Наш конкурс рецензий – это именно это. Мы пытаемся быть абсолютом независимо от того, как развивалась история. Ровным счетом это касается и жанра. В принципе, сами понимаете: какая разница, о чем писать? Если автор – монстр разума, то задача преобразования материи из мысли в чувство – вещь простая, как пареная репа.
А потому – приступим и посмотрим.
Говорю сразу: предпочитаю нож. Режу сразу. О жертвах плохо не говорю. Ведь они – мясо.
Важно – для меня – рецензия может быть лучше, чем сам текст. Это – абсолют. Точно ядро галактики. Найду ли я среди конкурсных творений это ядро?
Приступим.

Сивая Кобыла
Рецензия неплохая, но автоматическая. Возможно, автор, получив приглашения на участие, выполнял некий долг. Надо, Федя, надо. Сам предмет – он есть, конечно, и я охотно ознакомился с его контентом. Но чувство, что рецензию писал робот Вертер, меня не покидало. Впрочем, псевдоним автора – он замечателен. Очень сексуален. Это – тоже серьезно, иногда даже более серьезно, чем прочие замечательности.

Жемчужная
Здесь есть некий момент полезности – благодаря рецензии Жемчужной я познакомился с творчеством обозреваемого субъекта-объекта – Доброго Дядьки и ни в чем не разочаровался. Сам обзор достаточно плотен и объективен. Хотя, уж коли мы стремимся познать темную массу галактики, писать нужно еще точнее. Но, с другой стороны, возможно ли это? Если же соревноваться в умении писать рецензии, например, с Дьяволом, то каковы должны быть они – хоррор-обзоры?

Суросевов Борис

Борис он есть Борис, и иначе бы он не написал. Но, господа судьи, один момент. Один мой знакомый рассказал, как он поступил на театральный факультет. Заданием было рассказать стихотворение. И вот, все абитуриенты корячатся, мучаются, лопаются от попыток быть великими и ужасными. Тут приходит парень и непринужденно рассказывает: «муха села на варенье – вот и все стихотворенье». Этим он приемную комиссию тронул.
Так-то.

Марлена Куяльник
Марлена принимает участие в качестве звезды рецензирования. Это так. Что касается объекта рецензирования – то ошибок там так много, что – такое ощущение – что все это специально, чтобы человек не дочитал до нужного момента. Но, потом дочитываешь и понимаешь: ага, тебя едят. Чам, чам. Передала ли Марлена то, что читатель должен чувствовать зубы на своем теле? В принципе, процентов на 60.

Евгения Блинчик
Это была первая рецензия, которой захотелось отдать первое место. Что важно? Еще не прочитав трепанируемого автора, я понял, что в словах есть страх. Выдергивают язык – ух! Классно. Поедающая репа. Мелкие петросяны. Рецензия сама по себе – петросян! Вот и все! Нашей сказке конец, те, кто слушал — молодец. А кто не слушал — сам дурак.
30.08.09. Блинчик Е.Л.

Каргальская Галина

Тема у нас та же.
Тот же автор, та же попытка разобраться, что пить при прочтении – водку или корвалол. Лучше или хуже? Я не знаю. Нет, мне кажется, предыдущий конкурсант (конкурсантка) сам хотел покушать вместе с Ктулху. Галина к этому еще не подошла. Наверное, умение есть человека – вещь не самая простая.

Анастасия Бабичева

Рецензия ровная, но – несколько линейная. Хотите сказать, что ужас не должен быть замотан и завёрнут? Еще как. Рулоны, рулоны. Представьте себе язык, смотанный в кольцо изоленты. Собственно, и рецензия на хоррор должна быть такой же страшной, зубастой, с каплями желудочного сока. И сок этот – соляная кислота. Одна капля убивает поколение. Но, в целом, рецензия даже лучше, чем само произведения. +1, как говорят. Респект, мир.

Борис Суросевов

Авто-хоррор. Я думаю, если бы был чемпионат по авто-хоррору, Борис был бы там, что «Манчестер-Юнайтед». Но здесь все же что-то другое.

Игорь Лесс
«Готика в классике»

Обзор зачотен (от кк-слова «зачот»), но предмет его слишком известный, полочный. Попробуй, создай что-то новое. Чтобы быть классиком, нужно, чтобы каждое новое слово было впереди — это все равно, что вы бежали вокруг здания, пытались догнать себя самого и схватить за пятки, и вам это удалось. Нет, не все так просто. Классиков много. Они вам тотчас наклепают голов, если вы задумаете с ними играть.

Агафонова Надежда

Вот, собственно, еще один претендент на победу в нашем конкурсе. Что важно? Важно стоять в темпе, не отставать. Можно и не выходить в лидеры, но нести слово.
Предмет!
Каков предмет – такова и сила импрессии.
Отчего бы нам не открыть новые острова, новые земли.
«Каждый ответственен сам за себя, ибо отвечает за всех: и тех, кто придут поклониться праху его, и тех, кто даже не будет знать о нём…» – так прорицает персонаж автора, Шаайя Бен Симаха, в одном из своих видений… И в этих нескольких словах – вся правда о вестнике Времени откровений – об Александре Шнайдере. Поэте. Писателе. Актёре. ЧЕЛОВЕКЕ.

Грошева Янина.
В чем беда?
А это так же, как с танцевальными коллективами на конкурсе на первом канале, где еще Маслюков в жюри сидит. Ну помните, да. Еще Михал Сергеич там был в прошлый раз. Если слишком много людей работают в одном жанре – причем – работают одинаково хорошо – кому-то все равно нужно вылететь.
Рецензия сама по себе хороша, но сложно конкурировать – особенно, если речь идет о петросянах.

Игорь Лесс
«Страхи Близкие и Далекие»

На мой взгляд, одна из наиболее ровных, наиболее проработанных рецензий. Здесь важно отметить и объект обзора, суть его новшества при явлению читателю (ментальному зрителю), умение увести за собой – умение заставить среди привычных рядов букв найти образы. Мы должны заставить нашу голову быть кинозалом. Литературный критик – это бог. Приблизился ли к богу Игорь Лесс? В сколько миллионах километрах от него он остановился?