РЕЦЕНЗИИ НА КНИГИ * ВСЕ О ЛИТЕРАТУРЕ * ЧТО ПОЧИТАТЬ? * КЛАССИЧЕСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА * ОБЗОРЫ И НОВИНКИ

Колчак елена

Страницы 1 из 41234»

Элтон Иван, Елена Блонди. Мы и Елена Колчак. Полный текст Кунст-Интервью

Сегодня в летней интервью-сессии Камеры Кунста — писатель, редактор и автор колонки «Детектив от первого лица», Елена Колчак.

Так как проект у нас летний, неспешный, то и беседы будут вполне неформальные, неторопливые, с перерывами на прогулки, огород, дачу и море, на кофе, клубнику и еще — варенья сварить… А после снова собраться в тени летнего винограда или под вишней, и продолжить, вкусно, по-летнему.
И главный разговор пойдет о работе редактора с текстами авторов. Тема, о которой в нынешние времена «самих себе писателей», говорят мало и скудно. А мы скажем.

  1. Элтон Иван:

Лично я порой думаю о том, что важнее. Например, резонанс. Отзвук. Это когда много людей тебя услышали. Не важно, что ты им сказал. Что написал. А другое – это попытаться достичь какого-то максимума. Выжать из себя все, создать идеальный человеческий механизм. Я имею в виду, писательское. Огранить себя, быть уверенным, что это – твоя собственная высота. Что бы вы сказали об этом? Если бы надо было выбирать между популярностью и идеальностью, что бы вы выбрали.

 

Елена Колчак:

Либо ты произносишь слова, которые живут у тебя – именно у тебя, не у дяди Пети или тети Маши – внутри, либо ты умираешь. Ну как говорун, как художник умираешь. Помните, у Стругацких? «Он купил ремесленника Квадригу. А живописец протек у него между пальцами и умер». Ну или гоголевский «Портрет». Да, собственно, в мировой литературе эта тема муссировалась столько раз, что всего и не упомнишь. То есть деньги так заработать вроде бы можно, а толку? Счастья хочется, а если занимаешься нелюбимым, какое уж тут счастье. Это как левшу на правшу переучивать или наоборот. Да и с «заработать» еще как повезет. Вот, скажем, жанр фэнтези популярен безусловно, про магов, драконов и квазисредневековье только ленивый не пишет – и что, скольких настигает успех? Мне почему-то кажется, что читатель попросту интуитивно ощущает искренность и наоборот. Так что погоня за популярностью поперек себя как раз популярности и не гарантирует. А себя точно убьешь.

Читать далее

Элтон Иван, Елена Блонди. Летняя сессия интервью КАМЕРЫ КУНСТА. Мы и Елена Колчак, окончание

Первая часть
Вторая часть

Елена Блонди:

Как все происходит, откуда берутся авторы, жаждущие редактуры, если как с дизайном жилья и внешним видом себя — у нас каждый первый еще недавно полагал себя главным и лучшим специалистом? И разве же можно платить за такое нематериальное…

 

Елена Колчак:

Полагать-то они (ну гипотетические «они»), может, и полагали, и даже полагают, но. Толковых дизайнеров, визажистов, портных, репетиторов и тд, и тп передают буквально из рук в руки. Ну и редакторов, видимо, тоже. Вот только не надо про текстовые биржи: ничем иным как уничтожением того, что называется профессиональным стандартом, они не занимаются. ОПГ от русского языка. Ну разве что буква «О» тут лишняя, ибо победа торжествующего хама там происходит не «организованно», а как бы сама собой: на фига какое-то там качество, когда тебе за три копейки готовы любой «рерайтинг» (тьфу!) исполнить? А потом внезапно оказывается, что качество все-таки нужно. А на этих самых биржах – толпа безграмотной школоты непробиваемой когортой. И где взять профессионала? Да там же, где мы берем дизайнеров и стоматологов. Рекомендации – наше все.
Читать далее

Элтон Иван, Елена Блонди. Летняя сессия интервью КАМЕРЫ КУНСТА. Мы и Елена Колчак, часть 2

Начало тут

Елена Блонди:

Ты сама автор, и автор хороший. Скажи, чисто технически, как ты распределяешь время, работая над своей прозой и над чужой? Вопрос не только о записывании букв на бумагу, но и о том, что происходит в твоей голове еще до этого.

Елена Колчак:

Да разницы, в общем, никакой (только чужой текст сперва прочитать придется): прежде чем буковки сыпать, надобно понять-увидеть персонажей и окружающую их действительность, движение сюжетных линий, базовые конфликты (особенно внутридушевные, без них нет и не будет движения, сколько событий ни нагромождай). Понять не – что персонажи делают, а – почему. Да вот в последнем тексте было забавно: дама кидается на помощь старому приятелю, с которым у нее лет двадцать назад был скоротечный роман. По авторской версии – все потому, что она, дескать, до сих пор помнит и ждет, вздыхает ночами. Не, так бывает, вот только к упомянутой даме авторская мотивация – как к корове седло. Или даже как к скаковому жеребцу подойник. Типаж не тот. От слова совсем. Но как только предполагается, что дама – просто из тех, кто называются «хороший товарищ», все сразу ясно, как майское утро, этот «костюмчик» (мотивация) этой конкретной даме – как влитой, тютелька в тютельку. Вот такие штуки надо сначала понять.

Ну а потом уже буквы и эпизоды. Иногда вот прямо фраза возникает – и понеслось, только успевай клавиатурой тарахтеть. Иногда «сочинять» методично приходится. Второе, к сожалению, чаще, но это и с собственными текстами так. Когда «мысли просятся к перу, перо к бумаге» — это прекрасно и практически восторг, но если ждать только этого – вообще никогда ничего не напишешь.
Читать далее

Элтон Иван, Елена Блонди. Летняя сессия интервью КАМЕРЫ КУНСТА. Мы и Елена Колчак

Сегодня в летней интервью-сессии Камеры Кунста — писатель, редактор и автор колонки «Детектив от первого лица», Елена Колчак.

Так как проект у нас летний, неспешный, то и беседы будут вполне неформальные, неторопливые, с перерывами на прогулки, огород, дачу и море, на кофе, клубнику и еще — варенья сварить… А после снова собраться в тени летнего винограда или под вишней, и продолжить, вкусно, по-летнему.
И главный разговор пойдет о работе редактора с текстами авторов. Тема, о которой в нынешние времена «самих себе писателей», говорят мало и скудно. А мы скажем.

  1. Элтон Иван:

Лично я порой думаю о том, что важнее. Например, резонанс. Отзвук. Это когда много людей тебя услышали. Не важно, что ты им сказал. Что написал. А другое – это попытаться достичь какого-то максимума. Выжать из себя все, создать идеальный человеческий механизм. Я имею в виду, писательское. Огранить себя, быть уверенным, что это – твоя собственная высота. Что бы вы сказали об этом? Если бы надо было выбирать между популярностью и идеальностью, что бы вы выбрали.

 

Елена Колчак:

Либо ты произносишь слова, которые живут у тебя – именно у тебя, не у дяди Пети или тети Маши – внутри, либо ты умираешь. Ну как говорун, как художник умираешь. Помните, у Стругацких? «Он купил ремесленника Квадригу. А живописец протек у него между пальцами и умер». Ну или гоголевский «Портрет». Да, собственно, в мировой литературе эта тема муссировалась столько раз, что всего и не упомнишь. То есть деньги так заработать вроде бы можно, а толку? Счастья хочется, а если занимаешься нелюбимым, какое уж тут счастье. Это как левшу на правшу переучивать или наоборот. Да и с «заработать» еще как повезет. Вот, скажем, жанр фэнтези популярен безусловно, про магов, драконов и квазисредневековье только ленивый не пишет – и что, скольких настигает успех? Мне почему-то кажется, что читатель попросту интуитивно ощущает искренность и наоборот. Так что погоня за популярностью поперек себя как раз популярности и не гарантирует. А себя точно убьешь.
Читать далее

Елена Колчак. Человек, рисующий разноцветные детективы

Закрываю последнюю (из доступных на русском) книжку Фред Варгас. Печалюсь. И радуюсь — в запасе появился еще один неодноразовый автор. Буду перечитывать. И сразу начинаю думать — почему именно она?

Фред Варгас
Поначалу здесь планировался пассаж про разницу между английским и не слишком мной любимым французским (Варгас — француженка) детективом. Затем мысль неотвратимо перепрыгнула на детективное «вчера» и «сегодня». Скупой минимализм, в котором столь блистательна была великая леди Агата, нынче разработан, отработан и переработан настолько, приемы и сюжетные повороты изучены и расклассифицированы так, что на одной лишь детективной интриге современный автор далеко не уедет. Поэтому сегодня детектив — это не только логическая загадка (примат, которой, впрочем, неотменим, она — фундамент, без которого детектива вообще нет), но и «еще что-то». Внутреннее пространство детективного романа углубляется, расширяется… и нередко, увы, расползается. Вплоть до того, что детектив в этом расширенном пространстве остается лишь связующим сюжетным клеем. И какая, в таком случае, разница между детективом и историческим (или любовным, или семейно-бытописательским) романом? Кстати, это «расползание» очень заметно у Филлис Дороти Джеймс, регулярно и не слишком заслуженно именуемой «современной Агатой Кристи». ФДД — прекрасный автор, кто бы спорил. И детективная основа у нее всегда крепкая. Но пейзажные, бытописательные и прочие вишенки лично у меня пробуждают желание пролистнуть (ау, где же сам торт?). Не то чтобы их настолько много, но (сугубое ИМХО!) скучновато как-то.
Наверное, дело не в том, что автор добавляет к детективному каркасу, а — как он это делает.
Читать далее

Воскресное чтение. Елена Колчак. У страха глаза велики

1.

Привычка свыше нам дана, замена счастию она.

Прометей

Багровые пятна зловеще выделялись на смятой салфетке. На ярко блестевшем лезвии лежавшего рядом ножа, приглядевшись, можно было заметить похожие красноватые полосы. Кое-где в углублениях резьбы на рукоятке виднелись темные точки.

Я, конечно, не стала брать нож в руки — даже не стала до него дотрагиваться. Почувствовав себя героиней триллера, рефлекторно оглянулась — никого — приподняла довольно длинную банкетную скатерть и заглянула под стол (если на ноже — кровь, то должен быть и мертвец, а по всем законам жанра именно под столом ему самое место). Даже вдохнула на всякий случай поглубже — ведь при обнаружении трупа девушке положено орать, да?
Приготовления мои, однако, пропали втуне — трупов под столом не обнаружилось. Собственно, там не было вообще ничего.
То есть, ничего, так сказать, нештатного. Имелся пол, на полу, естественно, крошки, пара апельсиновых шкурок и несколько смятых салфеточных обрывков.
Ой! Штора, закрывавшая дверной проем справа от меня, шелохнулась — как будто кто-то только что из-за нее выглядывал. Кто-то? Ну да, или что-то, например, сквозняк.
Сквозняк-то сквозняк, но салфетка и нож по-прежнему лежали на столе и по-прежнему были покрыты зловещими красными пятнами.
Но раз есть окровавленный нож, то, вероятно, должно быть и тело. Либо раненое, либо уже неживое, так? И если его нет под столом — значит, оно где-то еще?
Что ж, для начала на всякий случай оглядимся: по-прежнему никого. И штора больше не шевелится.  Бездыханных окровавленных тел тоже не видно. Все те, что пока еще дышат, делают это весьма активно: пляшут, не жалея ног, оркестр в соседнем зале гремит так, что вполне можно стрелять без глушителя.

Самое время незаметно присоединиться к общему веселью, как будто никаких ножей я и в глаза не видела. А можно все-таки поискать тело? Если не мертвое, то хотя бы раненое…

Вот только нужно ли? Ох, Маргарита Львовна, все-то тебе неймется!
Читать далее

Елена Колчак. Без ссылок: министерство здравого смысла настоятельно рекомендует

Обложка

Для тех, кому ужжжасно интересно, как у него (у соседа, у соседей, у ближних, дальних и вовсе незнакомых с другой стороны глобуса) шарики крутятся. В качестве пароля можно было бы поставить хофштадтеровскую «Гёдель, Эшер. Бах: эта бесконечная гирлянда»… но ее так недавно переперли на язык родных осин, что и не знаю. И нужен ли пароль?
Рекламировать фанфик — странно. Но, с другой стороны, что есть «Гамлет» как не фанфик по Саксону Грамматику? Это так, преамбула.
Амбула: Елиазер Юдковски. Гарри Поттер и методы рационального мышления.
Читать далее

Хорошая литературно-детективная новость

В журнале «Смена» опубликована детективная повесть Елены Колчак, нашего личного Шерлока Холмса, ведущего колонку «Детектив от первого лица»
С чем мы Елену с большим удовольствием поздравляем!

Смена ноябрь 2014.jpg

 

Побольше узнать о детективах Елены Колчак, а так же скачать их для чтения можно по ссылкам в заметке нашего Именного Указателя

Приятного чтения!

В-Глаз от Елены Колчак. Детективы: смотреть не пересмотреть

«Консультант Калифорнийского Бюро Расследований Патрик Джейн, обаятельный, самоуверенный, нахальный с виду, скрывающий под оболочкой ранимую душу и огромную боль. Вместе со своей командой он расследует целую серию самых загадочных преступлений, хотя в коллективе не всегда царит любовь и взаимопонимание. Его непосредственный начальник, Тереза Лисбон то признает его успехи, то критикует за самодовольство и непозволительные методы в работе»

«Менталист» как-то потихоньку досмотрелся. Забавно было наблюдать, как вздохи сожаления «ой-ой-ой, как мало осталось» (конец пятого сезона) плавно перерастали во вздохи облегчения «уф-ф, ну наконец-то всё!» (седьмой сезон даже искать не стану). Ощущение такое, что в шестом сезоне (и даже в конце пятого, в финале сквозной «маньячной» линии) сценаристы перешли на принцип: любое тяп-ляп сойдет, лишь бы погуще. Впрочем, за первые четыре с половиной сезона им все равно гран мерси, грех жаловаться.

Но вылез, однако, вопрос — а дальше-то что глядеть? Под домашние дела и прочие рукомесла?
Читать далее

Елена Колчак. ДЕТЕКТИВ ОТ ПЕРВОГО ЛИЦА. Ниро жил. Ниро жив. Ниро — будет жить?

Эпиграф (почти из жизни):
— Ты чо, Стаута любишь?
— Любишь, ха! Я ему поклоняюсь. Констатация. Исключительно с точки зрения выстраивания детективной линии. Сэра Артура не трогаем, кагбэ основатель (По раньше лишь по времени). Честертон недосягаем (научиться «так» придумывать нельзя, с этим родиться нужно, это только О.Генри еще умел). Далее. Стаут и Кристи — плечом к плечу. И Гарднер. Все. При том, что я обожаю и Сэйерс с ее лордом Вимзи, и Френсиса с его жокеями (и не только ими!), и многих-многих других. Но. С точки зрения детектива — (Дойль)Честертон, Кристи/Стаут, Гарднер.
В 1975 году у любителей классического детектива случился траур. И все же…

Жил-был (родился в 1937, последний роман вышел в 2012) некто Роберт Голдсборо, газетный редактор (великие люди, ей-богу). Маму любил. А мама любила романы «про Ниро Вульфа и Арчи Гудвина». Однажды (в конце семидесятых) мама, заболев, пожелала вдруг (ну как оно частенько во время болезни бывает)… нет, не птичьего молока, а «почитать про Вульфа и Гудвина». Печаль была в том, что вся серия была мамой уже читана и перечитана, а сам Стаут почил в 1975-ом, так что ждать продолжения не приходилось. Но Роберт как истинно любящий сын (и к тому же человек не чуждый работе со словом) взял да и написал для мамы «Убийство в ми миноре». Про Вульфа и Гудвина…
Читать далее

Страницы 1 из 41234»

Чашка кофе и прогулка