Шел 1862 год. Это был восемьдесят шестой год независимости Америки и, наверно, самый грустный и тревожный ее год. Накануне годовщины Декларации Независимости президент Линкольн обратился с призывом к нации: армии требовались еще шестьсот тысяч добровольцев. Неспокойно было на Потомаке, тревожно на Миссисипи, и пушки преграждали дорогу в залив.
Уже пятнадцать месяцев шла гражданская война между Севером и Югом.
В то время как американская нация вела отчаянный бой за свое существование, за океаном, в Англии, три маленькие девочки, Лорина, Алиса и Эдит Лидделл слушали увлекательный рассказ о приключениях своей ровесницы Алисы, которая спустилась через кроличью нору под землю и увидела там много удивительного. (more…)
Книга эта появилась на прилавках столичных магазинов в мае 1790 года без указания имени автора, однако под невинным географическим названием таилось произведение огромной взрывчатой силы. В те времена, в царствовании Екатерины второй, простым крестьянам жилось несладко. Голод, притеснения жестоких помещиков и тяжелый труд сводили в могилу тысячи крестьян и крепостных ежегодно. Безусловно, должен был найтись человек, который подал бы за них голос. Этим человеком и оказался Александр Николаевич Радищев, дворянин, писатель-публицист.
Какие были книги в детстве!
«С шахматами через века и страны»..
Большая, серая, массивная обложка, иллюстрации, – счастье!
До сих пор тоска: зачитали, увели.
Туда же ушли другие слоны: «Путешествия» Пржевальского..
Ещё..
Даже не хочу расстраиваться.
Таких теперь не делают: с тяжёлыми большими листами..
Остался на руках последний могиканин: «Меткие стрелки» (история оружейного дела) Т.Грица. (more…)
Дочитал первую книжку советского детективного трэша.
Напомню, это была книжка Георгия Брянцева – По тонкому льду.
Остался доволен, книжка была мне полезна. Почерпнул некоторые полезные методы написания детектива, которые вполне вписываются в мое понимание важности ландшафта в литературе: (more…)
В ирландском городке Кинсейл продаются забавные книжки, в которых собраны рассказы о домашних любимцах. Казалось бы, ничего нового, но эти книги издаются специально для того, чтоб вырученные деньги направить в фонд помощи бездомным животным.
Впечатление от книги Антуана де Сента-Экзюпери – распалась связь времен. Все рассеяно, смешано, оболгано и ничего теперь нельзя сказать определенно – все одинаково бессмысленно и нелогично… Проблема, однако, еще и в том, что с этим ощущением Экзюпери еще и воевал, то есть вынужден был оставлять мысли о неустойчивости миропорядка на время боя, ибо это почти сразу смерть. Воевать всегда можно только с сознанием того, что ты воюешь и умираешь за что-нибудь ценное – свободу, Родину, семью, любимых…
Первой запомнившейся библиотекой была не домашняя, тогда – в полтора десятка книг, не школьная, куда записывали принудительно, – а фабричная. Отец был из тех людей, кому интересно было читать мемуары, которые как раз тогда стали появляться в толстых журналах (записки Бориса Горбатова об эпохе культа личности Сталина пользовались у горожан бешеным успехом). А поскольку он, по местным меркам, был большим человеком, библиотекарша снабжала его новинками вне очереди.
Библиотека занимала две комнаты в фабричном клубе рядом с бильярдной – две клетушки, набитые потрепанными книгами до потолков, высота которых казалась мне тогда головокружительной. В углу за шатким столиком сидела иссохшая до белизны старуха с неизменной папироской в черных зубах и в варежках домашней вязки на вечно зябнущих птичьих лапках, которые она время от времени грела, прикладывая к латунному абажуру старинной лампы. (more…)
Почему я люблю книги для взрослых, где главные герои – дети? Сейчас расскажу. Пресловутое “все мы родом из детства” тут ни при чём. Просто если автору удаётся попасть в интонацию, если картина получается достоверной, то у меня есть все шансы от души посмеяться, много чего домыслить самой – а я это очень уважаю, знаете ли, – когда меня берут в соавторы, и мне наверняка что-то откроется с новой стороны. Авторы, которые умеют писать такие книги, вызывают у меня особое восхищение и уважение, потому что про самого автора с первых страниц забываешь вообще, и внимаешь рассказчику – маленькому человеку с ещё незамутнённым всякой, простите, белибердой, сознанием, но, как правило, с богатым воображением и очень искренними, порой зашкаливающими эмоциями.
Я хотела написать один пост про моих личных героев этого года, но пусть их будет три – герои этих книг малы по возрасту, но, может быть, это даже добавляет им важности. (more…)
