РЕЦЕНЗИИ НА КНИГИ * ВСЕ О ЛИТЕРАТУРЕ * ЧТО ПОЧИТАТЬ? * КЛАССИЧЕСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА * ОБЗОРЫ И НОВИНКИ

Страницы 530 из 534« В начало...«528529530531532»...Далее »

Блонди. Александр Хуснуллин ака Кот Ирвинг Стивенс, эсквайр

О чем может думать женщина в преддверии праздника? Женского праздника? О себе, конечно, о весне, о цветах, о мужчинах. О — котах…
А почему нет? Март, весна, мужчины — кот прекрасно дополняет ассоциативную цепочку. Котов любят многие. И уважают. Но здесь позвольте мне сделать резкий поворот и все-таки вернуться к мужчине. Не уходя далеко от кота. Потому что один из самых известных котов Самиздата является одновременно и одним из самых замечательных моих знакомых мужчин.
Кот Ирвинг Стивенс, эсквайр. Саша Хуснуллин. И, как всегда в сети — обязанности четко распределены. Кот ходит по комментариям, мурлычет, говорит приятности хорошим людям, целует дамам ручки, галантно взмахивая полосатым хвостом. Саша — пишет рассказы, повести, миниатюры, эссе. Оба прекрасно справляются с этими нелегкими обязанностями.
Но оставим Кота дремать на весеннем солнышке на теплой уже крыше.
Я хочу рассказать о Саше.
Как должен чувствовать себя человек, создавший столь харизматичного и жизнеспособного персонажа? Может ли быть такое, что персонаж вырывается вперед и побивает создателя по всем статьям? Как только я встречу подобную ситуацию, обязательно полюбопытствую и расскажу о ней читателям.
Здесь и сейчас — другое. Кот не может соревноваться с Сашей. Потому что журналист и писатель Александр Хуснуллин — человек талантливый, умный, смелый и очень устойчивый. Мягко и спокойно, очень доброжелательно, улыбаясь, без всякой запальчивости и язвительности, Саша умеет отстоять свою точку зрения. И — хорошо. Потому что он имеет на нее полное право.
Когда человек журналист, немного трудно воспринимать его как писателя. Злоба дня и вечное — слишком разно. Чтобы одновременно быть и журналистом и писателем, надо иметь огромный запас душевных сил и большую внутреннюю прочность. У Саши это есть.
Его рассказы и повести не несут на себе налета журналистики. Нет в них того спекулятивного душка, который, даже будучи чуть заметным — режет глаз, нет стремления угодить сиюминутному читателю, зацепить глаз его жалостными, острыми, спорными моментами. Хотя и острое, и сентиментальное, и спорное — в текстах его присутствует. Но оно — не журналистское.
Даже в драматической повести «Заложники», написанной в соавторстве с Яной Порубовой, этого нет, несмотря на то, что оформлена она, как развернутый сценарий телепередачи, со всеми профессиональными ремарками и насыщена профессиональным жаргоном телевизионщиков. Это просто хорошая, профессиональная, талантливая проза.
И в мрачно-пророческой фантастической повести «Карачи» тоже нет журналистики. Злоба дня есть. Политика и прогнозы — сколько угодно. Но текст — литература. Причем увлекательная, приключенческая, захватывающая.
Я помню, как читали мы «Карачи» одновременно с тем, как Саша писал их. То еще ощущение! Никогда до этого мною не испытанное. Прочитываешь главу и тут же начинаешь ждать следующую, зная, что ее еще нет в природе! И страшно Сашу поторопить, хоть и неймется. Да и без толку. Потому что пишется не спекуляция, а литературный текст. Кто не знает, объясню — это, когда сам автор с удивлением следит за тем, что и как делают его герои по мере написания главы. Сами делают.
А автору остается лишь хвататься за голову.
И помню, как же я затосковала, закончив чтение и посмотрев на килобайтеж текста. Именно повесть! Ну, кто ее издаст сейчас? В век конвейерных романчиков, кои авторы вынуждены печь один за другим!
Я даже разогналась советовать Саше — разбавить там, развернуть здесь… И получила мягкую, вежливую, но — отповедь. Текст готов, он родился. И пытаться втиснуть в него еще что-то — вивисекция, однако! А через пару недель я сама столкнулась с той же проблемой и, попытавшись провести подобную вивисекцию над собственным текстом, покраснела до ушей и помчалась к Саше с дополнительными извинениями. Потому что поняла его правоту на собственной шкуре.
Еще Саша пишет прекрасные раздумчивые рассказы. О жизни. И как-то так получается у него, что они — о смерти. Я их читаю. И не испытываю при этом особого страха или горечи. А лишь спокойную грусть и стремление продолжать делать что-то, помня о конечности земного существования.
Вчера моя замечательная подруга в разговоре сказала «Удивительное дело — пишешь, замолкаешь, приходишь в свой раздел или уходишь на время, — вокруг всегда, кроме на огонек заглянувших, — одни и те же пять-шесть человек, что придут обязательно и прочитают, и напишут, и поговорят». Произошла кристаллизация. Из эфемерных сетевых контактов родились прочные отношения. Люди, которые — надолго. Может быть, навсегда, но мы узнаем об этом в самом конце.
Я всегда прихожу в раздел к Саше. И читаю его новые тексты. Хоть и не всегда успеваю комментировать. Сейчас читаю «Мистику Екатеринбурга». Хочет Саша того или нет, но мое отношение к нему и его творчеству уже кристалл, а не эфемерида. Я — одна из тех, кто приходит всегда. И я этому очень рада.
А для того, чтобы мы не забывали улыбаться, есть Кот Ирвинг Стивенс, эсквайр. И есть Блонди. Которая с удовольствием залезет на крышу, не боясь порвать новые колготки. И посидит рядом на теплом шифере, глядя на весенний Екатеринбург. Послушает кошачьи серенады. Почешет Кота за ухом. Безмерно при этом уважая его создателя — писателя Александра Хуснуллина.
Елена Черкиа ака Блонди, специально для литературного портала Книгозавр.
7 марта 2007 г.

Дженни. Запах Женщины

Запах Женщины. Елена Черкиа ака Блонди
Блонди родилась практически у меня на глазах.
Не-ет, что вы, при родах я не присутствовала! Я не настолько еще стара, чтобы хвалиться, как баюкала маленькую, пускающую пузыри Бло!
Когда мы познакомились, будущая личность Блонди еще пребывала в эфирном состоянии и витала где-то в закоулках сознания – и подсознания! – Лены Черкиа.
Сетевой персонаж, созданный Леной, оказался столь удачным, что теперь, подозреваю, бойкая Бло совершенно подавила свою пра – если можно так выразиться – матерь!
Не могу удержаться и приведу цитату из любимого мной Фазиля Искандера: «Одно из забавных свойств человеческой природы заключается в том, что каждый человек стремится доигрывать собственный образ, навязанный ему окружающими людьми. Иной пищит, а доигрывает».
Образ выбран самой Леной, но доигрывать приходится. Нужна была немалая смелость, чтобы явиться сетевому миру в образе Блондинки – тривиальной Блондинки, которую не осмеивает нынче только ленивый!
Читать далее

Дженни. Диалог о любви и сексе

Диалог о любви и сексе. Сергей Лосев — Дженни.
Необходимое предисловие: этот текст родился из комментариев к эссе «Назову это любовью». Мне показалось, что этот диалог будет интересен читателям.

– Секс для меня – секс. Это удовольствие принести удовольствие женщине. Можно рефлектировать сколь угодно долго, но все же – удовольствие в основе его.
Ограничений свободному сексу и без морально-нравственных стопарей предостаточно. Понятие безопасного секса очень условно. Я могу весь завернуться в презерватив, но при этом пораниться душой… сердцем… или напротив заразить партнершу вирусом любви. Это большое счастье, когда сексом занимаются люди любящие друг друга. И большая редкость. И мне не вполне понятно, почему необходимо увязывать глубокое чувство с физиологической потребностью.
– Так потому и не понятно, что ты мужчина!
– Для многих женщин, говорят, это совершенно нормально – только с тем, которого люблю… Но не стереотип ли это?
– Почему стереотип?! Что значит стереотип? Если я так чувствую, если я могу только с тем, кого люблю… Душой надо любить, тогда и любовью будешь заниматься – от души!
– Просто, наверное, некоторые не хотят душу растрачивать…
– Возможно…
– И почему женщина, позволившая себе ЧТО-ТО, получает осуждение? Не в зависти ли дело?
– Да никто никого не осуждает! Я тебя умоляю!
– Ох, как еще осуждают!!! И смотрю я в глаза одной девушки, которая с жаром говорит о другой, той… которая с тем, не стесняясь… и так, и эдак… И столько в словах ее желчи, и столько боли в глазах ее!!! Боже, — читаю, — когда же меня вот так же, не стесняясь… и так, и эдак… Если все хотят перетрахать друг друга, но часть из них не делает этого только из соображений ложной скромности, то в чем отличие от тотальной оргии? Ведь если я пожелал женщину, я уже познал ее.
– Ты так в этом уверен? Что – познал?
— В определенном смысле – да.
— Тебе этого достаточно?
– Я в этом уверен абсолютно. Что же до достаточности, это обстоятельство иного рода. Порой да, достаточно, и прикасаться не хочется (даже физически). Порой напротив, страсть столь сильно вскипает, что… Но я не о том. Не о том. Если мысль сама равна действию, по потенции своей, то какого лешего говорить о чистоте помыслов? А ежели о таковой и говорить не приходится, то к чему стеснения? «…Я парень простой, деревенский… ты мне дай, да я пойду…»
– А что делать той девушке, которая ЭТОГО вовсе и не хочет — пока, может быть — оттого, что темперамент не такой бурный, оттого, что воспитана так, оттого, что поздно созрела, и т.п., — что делать ЕЙ, когда все вокруг ЕЕ осуждают: «О! Да ты еще что, ни с кем?! А я уже с 15 лет!» Она должна чувствовать себя ущербной? И трахаться с кем попало, только потому, что все вокруг так поступают?! Стыдиться того, что невинна? Или ты не веришь в существование таких девушек? Уверяю тебя, они есть!
– А ведь это все та же зависть!
– Зависть? Надо же, а мне такая простая мысль в голову не приходила! Да, ты прав!
– Конечно, зависть: да неужели она не хочет? Да как же она может не хотеть этого!
А читай – неужели она не зависит от этого?! Свободна… разве ж нечему завидовать? О, женщина женщине враг. Столько ненависти, сколь способна испытать одна женщина по отношению к другой (и ведь речь даже не о соперничестве за самца!!!), не встретить более нигде.
– Да, все верно!
– Ты говоришь, что делать той, которая не зависит (пока) от либидо? Да ничего не делать!
– Но как трудно противостоять – быть не таким, как все! Кто это сказал: иди своим путем, и пусть люди говорят, что угодно? Зависишь, зависишь от мнения – даже чужого, незнакомого тебе человека, а уж от мнения близкого!
– Нельзя же слушать общество и идти у него на поводу на бойню?! А все, что советует общество, или, по крайней мере, львиную долю, советует оно вразрез с Божьим словом. Этот конфликт между законом людским и Законом Высшим более всего высвечен Достоевским… это именно к вопросу об описании секса и любви, если хочешь. Понимая, насколько я погиб, я начинаю искать того, кого мог бы увлечь за собой в погибель… Удивительное что-то! И это самое поэтизируется, возвышается на словах, означивается романтизмом… Почему???
Совращение не в постели происходит, ты же знаешь… в сердце смущение и в духе насилие, потому и постель — результат. Но ведь в греховности смущения сердца и насилия над духом сомнений не возникает?
– Как-то все безнадежно…
– НО! Те, которые осуждают, те которые смущают и развращают душу ее, в свою очередь ведомые завистью или ревностью к ее чистоте, они же так же являют собой жертвы насилия. Неважно, в какой степени! Уверен, что мера здесь не существенна! И вдруг — материнский инстинкт… И чистота первозданная…
– Чистота первозданная… Пробьется ли?
– Любовь – единственное, что помогает не визжать от ужаса, глядя на этот мир.

Дженни Перова. Это мы, Господи!

Это мы, Господи! — Проза Андрея Гальперина
АНДРЕЙ ГАЛЬПЕРИН

БЛЮДА, ВХОДЯЩИЕ В РАЦИОН МОРСКИХ ДЕМОНОВ
ШЕСТЬ ДНЕЙ
МЕШОК
СКАЗКА, НЕ РАССКАЗАННАЯ НА НОЧЬ

Пока это все, что я прочла у Андрея Гальперина.
Фэнтези-мир, созданный Андреем в романе «Отражение птицы в лезвии» еще не исследован мною и ждет своего часа, как припрятанный под елкой подарок – так и ходишь кругами, поглядывая и облизываясь, когда же будет можно кинуться, безжалостно разорвать блестящую упаковку и посмотреть, что там, что там внутри!
Вы скажете, разве возможно судить об авторе всего по четырем – небольшим –произведениям? Можно! Можно и по одному предложению – ибо как там это звучит на латыни? – по когтям узнают льва.
Читать далее

Дженни Перова. Уморин

Дженни о каждом из авторов портала


НЕРОВНОЕ ДЫХАНЬЕ. АЛЕКСЕЙ УМОРИН

и ни наград не ждут, ни наказанья,
и думая, что дышат просто так,
они невольно попадают в такт
какого-то неровного дыханья…
Владимир Высоцкий

Эти стихи – сами по себе.
Они топорщатся остриями рифм и ломаются под тяжестью метафор, они не соблюдают строя, у них – свой ритм, своя температура, своя грамматика и математика.
Эта проза живет собственной жизнью.
Автор выпускает строки на волю, как птиц из клетки. Пусть они слегка помяты и взъерошены: эта немного хромает, та потеряла пару перьев, но они – летят! Летят…
Читать далее

Елена Блонди. Геннадий Лавренюк. Смех сквозь жалость

Наяда и Матвей. Поэма о смертельной любви

Зашла по ссылке, что посоветовала подруга. Сама она честно не хвалила и не ругала, попросила самой глянуть.
Глянула. Сначала на один рассказ, потом на другой. Потом разбежалась, чтоб перечитать все, что есть в разделе и расстроилась, потому что – немного в разделе. Пенять не буду. Автор – художник. А судя по комментариям к текстам, они пишутся прямо сейчас. Такие сериальные тексты, что пополняются воспоминаниями, будучи объединены каким-то периодом времени, либо местом действия.
Геннадий Лавренюк пишет очень хорошо. Его рассказы читаются легко, они сочны и очень живописны. Велик соблазн все время привязывать владение словом к владению им кистью. Но я могу себе это позволить только в общих чертах, потому что я не художник, да и самих живописных работ автора практически не видела. Репродукции посмотрела мельком и бегом – трафик не позволил углубиться. Да и тяжело по репродукциям судить о картинах. Знаю, сталкивалась.
Читать далее

Елена Блонди. Stereolove Братьев Барановых

Когда заходишь в совершенно незнакомый раздел, на что обращаешь внимание прежде всего? Это, как с женщиной — у всех по-разному, но ненамного — глаза, грудь, ноги… То есть, варианты, конечно, есть, но в разумно ограниченном количестве.
Итак, раздел. Портрет, аннотация, «начните с…», френды, топ. Или сразу — яркое, броское название какого-нибудь рассказа, желательно не больше 15 кб, чтобы прочесть в один присест. А то бывает, название яркое, а за ним — 389 кб неизвестного текста. Большая часть Сишных читателей отступится и ломанется мотыльком по другим авторам, не таким тяжеловесным.
В последнее время Блонди обращает внимание в первую очередь на рекомендации хозяина раздела. Почему бы и не начать с тех вещей, которые самому автору кажутся самыми-самыми? Элементарные правила гостевания не позволяют отклонять предложенное угощение.

Читать далее

Лембит Короедов. «Год Т» Алекса Мая

Первый русский роман о любви без ревности

Вот представьте себе, сидите вы с девушкой в баре, разговариваете ни о чем, а девушка, оказавшись существом романтичным, вдруг спросит ни с того ни сего: а какой твой любимый роман о любви? Но только чур без Франсуазы Саган. Русский назови, русский. Что вы на это ответите? Я думаю, легко выкрутитесь. Есть множество удобных для того заготовок. Ну, само собой, «Мастер и Маргарита». Сказал и взятки гладки. Ведь всем известно, что это роман о любви. А кто не согласен, такому лгуну да отрежут его гнусный язык! Любовь шизофреника и перезревшей бездельной тетки, заскучавшей при муже-добытчике, при известном мастерстве слога, конечно, может впечатлить и отрока и мужа. Не говоря уж о перезревших бездельных тетках самое. Какая тетка при живом муже не мечтает о чем-нибудь эдаком? О маленьких невинных развлечениях в виде оргий, аттракционов, фокусов, эксгибиционизма, общения с крутыми демоническими личностями под офигительнейшим морально-этическим прикрытием — любви к Мастеру! Вот в чем сила, брат. Оргия — дело плевое, умеючи, вот только мастеров и демонов на всех не напасешься. Оглянется такая тетка по жизни, а демоны-то — говно. Глядь на мастера, а мастер — говно полное. Что остается? А остается читать роман, в котором тебе покажут такую любовь.
Вторым по счету вспоминается «Идиот». И не перебивайте, не напоминайте мне про Анну Каренину, я ее еще в детстве отлюбил. Великая любовь, не спорю. И почему-то опять про бездельную тетку — «для меня уж нет таких балов, где весело». Только вместо мастера военный. Время было такое, военные, как левый поворот, котировались тогда выше писак.
Читать далее

Елена Блонди об авторах Книгозавра. Андрей Гальперин aka EvilShark

Блонди не устает хвастаться, что, заехав однажды в небольшой поселок Новоозерный, что под Евпаторией, умудрилась познакомиться сразу с двумя великолепными писателями. И никакого преувеличения здесь нет.
Расскажу по порядку.
Наткнулась на комментарии Алексея Уморина. Пленилась. Побежала в раздел. Почитала стихи. Пленилась вдвойне. Начала общаться. Выяснила, что раздел создавал и был ведущим по сети Алексея его нынешний земляк, тоже человек пишущий. Побежала в его раздел. Почитала рассказы, стихи. Снова пленилась, удивляясь. Так бывает? Чтобы в маленьком совсем поселке не один, а сразу два ТАК пишущих человека? Оказалось, бывает.
Поэтому, во время следующей поездки в Крым я решила обязательно приехать и познакомиться с авторами лично. Так и сделала.

Читать далее

Елена Блонди об авторах Книгозавра. Наша Кошка Дженни

Кошка, поэт, писатель, человек, профессионал…
В каком порядке выстроить все эти слова?
Пусть Дженни сама решает, когда и в каком порядке кем ей быть.
О том, какая Джен кошка, Блонди уже писала. Как могла. Как увидела и почувствовала. Идите по ссылке:
Сказка для Кошек и Котов
О том, какой Дженни поэт?

Читать далее

Страницы 530 из 534« В начало...«528529530531532»...Далее »

Чашка кофе и прогулка