РЕЦЕНЗИИ НА КНИГИ * ВСЕ О ЛИТЕРАТУРЕ * ЧТО ПОЧИТАТЬ? * КЛАССИЧЕСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА * ОБЗОРЫ И НОВИНКИ

Страницы 529 из 530« В начало...«526527528529530»

Морозов Евгений. Web2.0: перезагрузка интернета

Web2.0: перезагрузка интернета
Евгений Морозов | Акция, 6 марта 2006

Феномен Web2.0, что в переводе с компьютерного сленга означает «вторая версия Сети», уже привлек внимание как компьютерных фриков, так и респектабельных изданий вроде Financial Times и Business Week. Эксперты сходятся в одном: интернет на пороге новой эры

Забудьте о собаках — 2006 год будет годом интернета

Феномен Web2.0, что в переводе с компьютерного сленга означает «вторая версия Сети», уже привлек внимание как компьютерных фриков, так и респектабельных изданий вроде Financial Times и Business Week. Эксперты сходятся в одном: интернет на пороге новой эры. Главную роль в этом сыграл рост скоростей и возможностей Сети. Чем мощнее становилась пропускная способность линий, чем настойчивее провайдеры высокоскоростного интернета стучались в дома пользователей, тем больше стандартных программ для оффлайн-пользования мутировало в веб-приложения. Учитывая мобильность современного пользователя, использовать Сеть в качестве центрального хранилища всей информации о встречах, контактах, интересных сайтах и книгах и т. д. казалось логичным: интернет доступен отовсюду и не требует никаких программ (кроме браузера).

Но этого было мало для того, чтобы Web2.0 состоялся как культурный феномен. Пока всех не озарило: раз уж вся пользовательская информация хранится онлайн, почему бы не разрешить пользователям доступ к информации друг друга? Кому-то это может помочь в бизнесе (например, когда над одним проектом работает команда из 10 человек, управлять всем процессом через общий портал со всеми новостями о проекте, дедлайнах, затратах и т. д. — намного эффективнее, чем обмениваться сотнями email’ов). Основное применение эта идея получила в развитии так называемого социального букмаркинга и социального нетвоуркинга, основанного на принципе, что незнакомые пользователи с общими интересами будут рады общаться друг с другом онлайн. Примерно так родились три флагмана Web2.0-индустрии: Flickr, Del.Icio.Us и MySpace.

Web2.0 облегчает жизнь обычным серферам, так как теперь они не просто «шляются» по Сети без дела — они могут помогать категоризировать те сайты, что они посещают, и тем самым помочь другим серферам. Web2.0 сделала всех пользователей ближе друг к другу и значительно облегчила процесс поиска единомышленников. Теперь это можно делать, даже не пользуясь демографически данными (то есть местом рождения, проживания, возрастом), а исходя всего лишь из общих веб-сайтов, что вы посещаете, общей музыки, что вы скачиваете, общих блогов, что вы читаете, и чужих фотографий, которые нравятся вам обоим.

По последним данным, рыночная стоимость интернета перевалила за 1 триллион долларов. Web2.0 на сегодня представляет наиболее привлекательный и многообещающий сектор. Неудивительно, что Google и Yahoo не скупясь покупают десятки Web2.0-начинаний. Однако как именно делать деньги в этой области, понятно немногим. Многие Web2.0-технологии, заполонившие интернет, простаивают без дальнейших инвестиций, потому что единственный инвестор — это владелец веб-сайта, ждущий озарения. Традиционные онлайн-бизнес-модели, с их креном в сторону рекламных потоков, пока что не получили должного распространения: у каждого из бесплатных веб-сайтов в системе Web2.0 по 5-7 конкурентов, которые точно оттянут на себя большую часть аудитории, не особо расположенной к рекламе. Тем не менее, за Web2.0 будущее. В следующем номере мы проведем обзор наиболее интересных Web2.0-приложений и сделаем прогноз, как будет выглядеть интернет в 2010 году.

Что такое Web2.0?
Согласно популярной онлайн-энциклопедии Wikipedia, термин «Web2.0» может означать сразу несколько разных вещей:
— трансформацию веб-сайтов из архивов изолированных кусков данных во много-функциональные источники информации, способные интегрироваться и работать с веб-приложениями пользователей;
— социальный феномен, связанный со способами создания и распространения веб-контента, для которого характерны открытые коммуникациями, децентрализация власти, свободное пользование и обмен, а также видение «рынка как беседы»;
— более организованный, сегментированный и категоризированный контент, с гораздо более взаимосвязанной веб-архитектурой;
— сдвиг в экономической ценности Сети (возможно даже больший, чем во времена дотком—бума в конце 1990-х);
— маркетинговый термин, используемый для отличия и дифференциации новых сетевых бизнес-модели от моделей доткомовского бума, успевших дискредитировать себя в глазах общественности.

Билл О’Райли, ветеран движения и один из главных «архитекторов» Web2.0, дает следующее определение. Web2.0 — это сеть как платформа, объединяющая все подключенные устройства; приложения Web2.0 пользуются скрытыми преимуществами этой платформы: доставкой программного обеспечения в качестве постоянно обновляемого сервиса, который тем лучше, чем больше людей его используют, потреблением и «ремиксом» данных из нескольких источников, включая индивидуальных пользователей, а также доставкой своих собственных данных и сервисов в форме, которая позволяет «ремикс» другими пользователями, создавая сетевые эффекты, для того чтобы обогатить онлайн-икспириенс пользователя.

Жаргон
Фолксономия (Folksonomy). Термин происходит от слияния двух слов: фолк (folk — народ) и таксономия (от taxis — классификация и nomos — управление, то есть управление классификацией). Дословно означает «народное управление классификацией». Фолксономия находится в центре развития Web2.0 и подразумевает сотрудничество между пользователями в управлении громадными информационными потоками интернета. Пользователи помечают любой веб-сайт так называемыми «тэгами» (или «ключевыми словами), а потом обмениваются ими с другими пользователями. Например, если вы забрели на интересный сайт про историю Октябрьской революции, вы можете не только добавить его в «Избранное» или «Мои закладки», но и «пометить» его, поставив следующие тэги: «Ленин», «1917», «революция», «СССР». Эффект фолксономии станет понятен, когда вы загрузите ваши «закладки» вместе с тэгами на один из специализированных веб-сайтов (например, del.icio.us). Когда кто-то из других пользователей введет в окно поиска «1917», он обязательно увидит и тот самый веб-сайт, на который вы поставили этот тэг.

RSS (Real Simple Syndication или Rich Site Summary) — стандарт передачи и распространения электронной информации, с помощью которого пользователь может «подписаться» на уведомления обо всех изменениях в интересующих его веб-сайтах (вам наверняка приходилось видеть маленькие оранжевые значки с надписью RSS или XML в нижней части многих сайтов — это и есть RSS). Для получения уведомлений не требуется наличие электронной почты; их можно проверять как непосредственно в интернете, так и в программах, специально для этого предназначенных (так называемые «Ньюзридерз»). RSS — одна из главных технологий, движущих Web2.0, потому именно с ее помощью блоги и даже серьезные медиа вроде BBC или «Нью-Йорк таймс» держат неразрывную связь со своей аудиторией.

Как правило, подписавшись на рассылку RSS, пользователь получит небольшое сообщение (очень напоминающее email), в котором будет название и краткое содержание обновления. Когда «Нью-Йорк таймс» публикует новую статью на своем сайте, она автоматически оповещает RSS-подписчиков с помощью этого небольшого сообщения (то же самое происходит с блогами — любая новая «запись» моментально достигнет всех подписчиков RSS). Элегантность этого процесса в том, что пользователь может подписаться только на те RSS-рассылки, которые ему интересны. Сегодня в формате RSS можно получить практически все: результаты поиска Google (например, если вы интересуетесь аргентинским футболом, вам наверняка будет интересно автоматически получать все новые веб-сайты, которые находит Google на эту тему?), обновления форумов, ваше личное расписание и календарь встреч — практически любая электронная информация может быть доставлена в этом формате.

«Длинный хвост» (Long Tail), термин, быстро перешедший из языка статистики в язык бизнеса и технологий благодаря Крису Андерсону, главному редактору культового журнала Wired. В одной из своих статей Андерсон описал новые бизнес-модели, построенные на обеспечении потребностей самых требовательных клиентов. Андерсон заметил, что сумма продаж не особо популярных товаров и наименований (например, книг или фильмов) намного превышает суммарные продажи самых популярных наименований. Поэтому компании, которые смогут завладеть сердцами «нестандартных» покупателей, получат самый большой куш. В интернете этот феномен наиболее актуален, так как с помощью RSS доставка и уведомление стала намного проще. Google, например, смогла очень удачно построить свой рекламный бизнес вокруг именно этой концепции — с ее помощью вы можете быть уверены, что, если вы рекламируете морозоустойчивые прищепки, ваша реклама появится именно на блоге, где только про это и говорят.

Вики/«Открытый код» (Wiki/Open Source): это две отдельные технологии, которые, тем не менее, объединены верой в пользователя как активного создателя контентa, a не только в пассивного потребителя. «Вики» — это специальный тип веб-сайтов, который позволяет пользователям самим менять содержание веб-сайта (например, добавлять/редактировать статьи). Наиболее известным представителем этого движения является энциклопедия Wikipedia, соавтором/редактором которой может стать каждый пользователь. Преимущество Wikipedia над обычной энциклопедий в том, что обычные пользователи смогут написать практически бесконечное число статей на подзабытые или малоинтересные темы. Поэтому из-за феномена «Длинного хвоста» посещаемость Wikipedia будет больше, чем стандартной энциклопедии, состоящей из популярных статей. Движение Open Source («Открытый код») представляет собой целую культуру, с применениями во многих других областях помимо технологий. Суть движения в том, что код, используемый для написания программ, доступен всем и, таким образом, миллионы программистов-разработчиков по всему миру могут его регулярно совершенствовать. Лучший пример — продукты Mozilla (браузер Firefox, почтовый клиент Thunderbird, календарь Sunbird).

Веблоги/блоги (weblogs/blogs) произвели революцию не только в среде программистов, но и в политике, бизнесе (особенно маркетинге) и массмедиа. Блоги — это персональные журналы с широким применением. Кто-то держит их для собственного удовольствия и описывает там самые знаменательные события своей жизни, кто-то — публикует на блогах ссылки на особо понравившиеся статьи, кто-то — пишет о наиболее интересных бизнес-решениях и технологиях. С помощью RSS пользователь можно подписаться практически на неограниченное число блогов. Блоги — главная угроза традиционным источникам массмедиа. Например, некоторые политические блоги в США имеют больше читателей, чем 10 самых популярных американских газет вместе взятые. Поисковик блогов — Technorati — один из самых интересный проектов последнего времени, который уже сейчас многие называют «новым Google» (опять же с помощью RSS можно подписаться на получение всех новых комментариях во ВСЕХ блогах на заданный термин, то есть если вас интересует «подводное плавание», Technorati будет высылать вам все новые замечания на эту тему, как только они появляются в интернете).

Статья была опубликована на портале Акция Online
www.akzia.ru

Андрей Корнев. Харьковские «безумцы»: городской миф

Люди обожают классифицировать себе подобных, это доказали еще древние греки, уверяя, что «человек – это двуногая птица без перьев, не умеющая летать». Пользуясь свободно трактуемой аналогией, мы можем заявить о том, что люди делятся на тех, кто создает мифы, и тех, кто им поклоняется. Есть, правда, и небольшая часть человеческого сообщества, по большей части различные «изгои» и «отщепенцы», которые пытаются развенчивать прочные стереотипы сознания, создавая «антимифы». Автор этих строк относится к последним, периодически испытывая прочность
старых мифов. Слава Богу, пока ему удавалось отходить в сторону при падении очередного мифа, ну, разве, посечет иногда осколками, в виде обвинений в «антипатриотизме», «космополитизме», «национализме», «субъективизме» (в зависимости от того, чей именно миф давал трещину).

Хотя, будем честными до конца, развенчание мифа порождает очередной миф, целые вселенные мифов, среди которых встречаются остывающие и ярко сияющие «солнца» со своими орбитами и шлейфами слухов и домыслов. Поэтому отбросим любые попытки классификации, и остановимся на аксиоме – человек нуждается в мифах. Особенно человек, рожденный в полисе, потомственный горожанин, воспринимающий культуру в целом, как миф.
Читать далее

Андрей Корнев. Арап Петра Великого

Практически каждого нормального человека в той или иной мере интересует родословная. Но если человек знаменит, его родословная интересует всех. Данное утверждение безусловно относится и к Александру Сергеевичу Пушкину.
Практически каждого нормального человека в той или иной мере интересует родословная. Но если человек знаменит, его родословная интересует всех. Данное утверждение безусловно относится и к Александру Сергеевичу Пушкину. Подыскивая новую тему, чтобы удивить избалованного русского читателя (и конечно же — критика), Александр Сергеевич вспомнил о собственной родовой истории. Еще бы, прадед Ганнибал, природный негр и крестник самого Петра 1- каков сюжет для писателя-романтика, к тому же увлеченного отечественной историей. И Александр Сергеевич бросился по родственникам, чтобы разыскать документальные свидетельства о жизни прадеда. На его (и наше) счастье еще был жив один из сыновей Ганнибала Петр Абрамович, 83-летний старик, одиноко проживавший в своем поместье. По сведениям Пушкина у него должна была храниться биография легендарного прадеда, написанная еще в 18 веке. И в 1824 году Александр Сергеевич отправляется в имение своего двоюродного деда.

Петр Ганнибал, родной сын «арапа», принял внука настороженно. Что можно ожидать от от этой новомодной молодежи: сюртуки вместо военных мундиров, отпустили бакенбарды, начальство не почитают. Но после того, как Александр Сергеевич не поморщясь опрокинул с дедом по чарке водки, Петр Ганнибал подобрел и передал внуку Пушкину редкий фолиант. Итак, откуда же появился в России «арап» Абрам?

Его настоящее имя Ибрагим. Известно, что он родился в Абиссинии, в одном из небольших африканских княжеств на границе современных Эфиопии и Судана. Как говорится в биографии, Ибрагим был 19-м сыном местного князька. Сувереном африканского княжества являлась могущественная Османская империя, которая держала под бдительным контролем своих вассалов. Для этого использовался испытанный на Востоке прием — наличие знатных заложников. Их удерживала метрополия, на всякий случай, чтобы казнить в случае непослушания колонии, а может быть и посадить на трон, в качестве марионеток. Судьба сыграла в орлянку, Ибрагим, с одним из старших братьев, были отправлены заложниками в Турцию.

Как и полагается в историческом детективе, в это же самое время, русский посланник в Турции получил распоряжение царя Петра: доставить в Россию двух смышленых «арапчат». В самом распоряжении нет ничего удивительного. Царь Петр любил всякие диковины, он охотно платил деньги и за камни-минералы, и за уродцев-«карлов», ну а негритята или «арапчата» (как их называли на Руси) были тогда в моде при всех европейских дворах.

И все-таки здесь присутствует какая-то загадка. Этих негритят можно было купить в Турции хоть несколько десятков. Но из столицы Османской империи увозят почему-то именно Ибрагима и его брата. Вывозом братьев занимается лично Петр Андреевич Толстой. С одной стороны, это очередная ирония неугомонной Истории. Действительно, похищением прадеда Пушкина руководит прапрапрадед Льва Толстого. Однако, важнее, в данном случае, что это действительно было похищение. Петр Толстой, по ведомству Петра 1, занимался самыми секретными операциями, по-нашему разведкой и контрразведкой. Позже именно Толстой возвращает в Россию беглого царевича Алексея, опального сына российского самодержца.

Ибрагима с братом, тайно вывозят из Турции и опасаясь быть захваченными на море посланной погоней, переправляют через Балканы, Молдавию и Украину. Хотя я и не Эдвард Радзинский, но позволю высказать предположение. Турция — давний враг России, они беспрерывно воюют. Последняя, ко времени описываемых событий, война завершилась в 1700 году, но Петр 1 снова не смог закрепиться на Черном море. Похищение двух знатных заложников в 1703 году было свидетельством войны психологической, которую продолжали вести две империи. И весьма примечательно, что двух чернокожих выходцев с мусульманского Востока, Петр крестит, переводя в христианство.

А далее судьбы братьев расходятся. Старшего окрестили Алексеем Петровым, карьеры он не сделал и через 12 лет после приезда в Россию числился гобоистом Преображенского войска, к тому же женатым на крепостной. Зато меньший попал в свиту Петра, а исключительная личность русского монарха несомненно отражалась на его ближайшем окружении. Крещеный негр Ибрагим (Абрам) повсюду следовал за своим повелителем. Собственно тогда его никто не называл Ганнибалом, да и Абрамом звали редко. В честь крестного его именовали Петром Петровичем Петровым — трижды воспроизведенное звучание царского имени. За право ношения царского имени приходилось соответственно «платить», а после смерти Петра и расплачиваться.

Абрам Петров сопровождал крестного и в Полтавской битве и в морском сражении при мысе Гангут. Каких только известных людей не перевидал петров негр в скитаниях дорогами войны и мира. В 1717 году Петр 1 уже в Париже, в составе царской миссии конечно же и чернокожий Абрам. Царь решил на время расстаться с полюбившимся смышленым «арапом», однако причина «зело» серьезная. Абрам Петров оставлен для учебы и поступил под начало герцога Дю Мена, начальника французской артиллерии. Больше всего на свете Петр любил учиться и оказывал сие благодеяние лучшим своим подданным. Правда в 18 веке не всяк мог оценить подобную награду. Абрам Петров оценил милость и когда через 5 лет черного капитана французской армии призывают снова в Россию, особой радости не выказывает и старается всячески оттянуть возвращение.

Петр 1 болен и раздражителен, ему остается всего два года жизни, а вместе с его смертью, кажется, наступает другая эпоха, с людьми иного склада. Начиналась нешуточная борьба за императорский престол и такой же петровский выдвиженец Меньшиков начал удалять из Петербурга вчерашних товарищей, «птенцов гнезда петрова». Абрам Петров показался Меньшикову опасным. К тому времени он уже получил фамилию-прозвище Ганнибал, в духе петровских маскарадов. Никто серьезно не думал, что он имеет реальное отношение к выдающемуся африканскому полководцу древности, вгонявшему в страх римские легионы. Но ведь и Меньшиков когда-то торговал пирожками, а Ганнибал и, правда, знатного рода и даже получил личный герб: слон под короной. И отправился Абрам Петрович Ганнибал в далекую Сибирь, в чине майора, укреплять русскую границу с Китаем, строить форты и крепости.

Фантасмагория, достойно завершившая петровские преобразования. Впрочем, путешествие в Сибирь, возможно, спасло Ганнибала от худшего. В столице империи кровь лилась уже рекой. Очередная претендентка на престол Анна Иоановна, с помощью своего фаворита Бирона, вернула страшное «слово и дело», за которыми стояли пытки и казни. Негру «преклонных годов» пришлось выучить и эстонский язык (хотя на нем и не разговаривал Ленин). В 1731-33 годах майор Ганнибал преподает в гарнизонной школе крепости Пернов (Пярну). Затем подает в отставку и проводит 7 лет в небольшой деревушке, верстах 30-ти от Ревеля (ныне Таллин).

Политическая неразбериха совпала у Ганнибала с неурядицами в личной жизни. Первая жена Евдокия Андреевна, родила «арапу» белую девочку. Кровь предков взыграла в африканце. Заподозрив супругу в измене, Ганнибал «бил несчастную смертельными побоями необычно». Евдокия (полугречанка по происхождению) в свою очередь возненавидела «арапа» и, вроде бы, пыталась его отравить. Хотя история об отравлении могла понадобиться Ганнибалу для получения официального церковного развода. Несчастная Евдокия была отправлена в Тихвинский монастырь, а дочь Поликсену Абрам Ганнибал поддерживал материально, но видеться с ней не любил.

На эстонской земле Абрам Петрович женился вторично. Его жена, эстонка немецкого происхождения, родила «арапу» 4-х сыновей и двух дочерей «нормального» черного цвета. Тем не менее, Ганнибалу предстояло встретить еще один взлет в своей жизни. После целой череды дворцовых переворотов на троне, в конце концов, воцарилась дочь Петра 1 Елизавета. Она возвращает из ссылки уцелевших сподвижников отца. Абрам Петрович также среди возвращенных, он получает чин генерал-аншефа и возможность возглавить строительство важнейших фортификационных сооружений в российской империи. По отцовской дорожке пошли и сыновья.

Ганнибал пережил и свою последнюю благодетельницу Елизавету. Генерал-аншеф русской императорской службы, кавалер орденов святого Александра Невского и святой Анны, владелец десятка имений и 1400 крепостных душ, умер в 1781 году. До дня рождения Пушкина оставалось почти 19 лет.

А. Марин (Корнев)
автор портала вольной журналистики Хайвей

Суждение и осуждение

Отрывок из книги Э.Канетти «Масса и власть»

«Плохая книга», говорит кто-нибудь, или «плохая картина», и кажется, будто он высказывается о сути дела.
Стоит начать с явления, знакомого всем, с радости осуждения. «Плохая книга», говорит кто-нибудь, или «плохая картина», и кажется, будто он высказывается о сути дела. Между тем выражение его лица свидетельствует, что говорит он с удовольствием. Ибо форма выражения обманывает, и скоро высказывание переносится на личность. «Плохой поэт» или «плохой художник», следует тут же, и это звучит, как будто говорят «плохой человек». <br> Каждому нетрудно поймать знакомых и незнакомых, себя самого на атом процессе осуждения. Радость отрицательного суждения всегда очевидна. Это жесткая и жестокая радость, ее ничем не собьешь.<br> Приговор лишь тогда приговор, когда в нем звучит этакая зловещая уверенность. Он не знает снисхождения, как не знает осторожности. Он выносится быстро; по своей сути он больше подходит к случаям, когда не требуется размышления. Его быстрота связана со страстью, которая в нем чувствуется. Безусловный и быстрый приговор это тот, который вызывает на лице произносящего его выражение удовольствия. <br>В чем суть этого удовольствия? Ты что-то от себя отстраняешь в худший разряд, причем предполагается, что сам ты принадлежишь к разряду лучшему. Унижая других, возвышаешь себя. <br>Естественным и необходимым считается наличие двоякого рода ценностей, противопоставленных друг другу. Хорошее существует всегда постольку, поскольку оно возвышается над плохим. Что считать хорошим, а что плохим, определяешь ты сам. Таким образом ты присваиваешь себе власть судьи. <br>Ибо это лишь кажется, что судья стоит между двумя лагерями, на границе, разделяющей добро и зло. Сам-то он в любом случае относит себя к лагерю добра; право исполнять эту должность основано в значительной мере на его безусловной принадлежности к царству добра, как будто он там и родился. Он, так сказать, судья по природе. Его приговор имеет обязательную силу. Судить он должен о вполне определенных вещах на основании приобретенного опыта. Он много знает о добре и зле. <br>Но и те, кто не являются судьями, кому никто не поручал эту роль, да при здравом рассудке и не поручил бы никогда, постоянно позволяют себе изрекать приговоры о чем угодно. Для этого отнюдь не требуется быть специалистом: по пальцам можно пересчитать тех, кто воздержался бы от приговора из чувства стыда. <br>Болезнь осуждения одна из самых распространенных среди людей, ей подвержены практически все. Попытаемся вскрыть ее корни. <br>Человеку присуща глубокая потребность разделять всех, кого он себе только может представить, на группы. Подразделяя неопределенную, аморфную совокупность людей на две группы, он придает им нечто вроде плотности. Он группирует их, как будто они должны друг с другом бороться, он их обособляет и наделяет враждебностью. Такими, как он их себе представляет, какими он хочет их видеть, они могут друг другу только противостоять. <br>Суждение о «добре» и «зле» древнейшее средство дуалистической классификации, отнюдь не совсем, однако, абстрактной и не совсем мирной. Между тем и другим предполагается напряжение, и судящий создает и поддерживает это напряжение. <br>В основе этого процесса тенденция образовывать враждебные орды. Конечным же результатом должна стать военная орда. Распространяясь на другие всевозможные сферы жизни, тенденция как бы разбавляется. Но даже если она проявляет себя мирно, даже если она выражается всего в одном-двух осуждающих словах, все равно всегда существует потенциальная возможность довести ее до активной и кровавой вражды двух орд. <br>Каждый, будучи связан в жизни тысячью отношений, принадлежит к многочисленным группам «добра», которым противостоит столько же групп «зла». Нужен только повод, чтобы та или другая из них, распалившись, стала ордой и набросилась на враждебную орду, пока та се не опередила.<br> Тогда мирные на вид суждения оборачиваются смертными приговорами врагу. <br>Тогда границы добра четко обозначаются, и горе носителю зла, который их переступит. Ему нечего делать среди носителей добра, он должен быть уничтожен.

Андрей Корнев. IN VINO VERITAS: алкоголь в жизни Великих

«Мудрому на здоров’я, дурню на безголов’я»
( Народна мудрість)

Хорошо бы согласиться с народной мудростью, но в жизни все гораздо сложнее. Бывало, что люди безусловно неглупые, буквально теряли голову под воздействием коварного алкоголя. Но при этом во все времена у разных народов существовали правила культурного пития. И то и другое заслуживает внимания, первое — как предупреждение , второе — как здоровая традиция. Значит не будем спорить с народной мудростью, а обратимся к фактам.

Древние греки — тоже «человеки»

«Истина в вине» — выражение популярное в латинском варианте (вынесенном в заголовке), на самом деле имеет греческие корни. Впервые его приводит древнегреческий поэт Алкей в качестве распространенной народной поговорки. Еще бы, греки знали не только истину, но и толк в вине. Богатство древней Греции, ее реальное благосостояние зависело от оливы — оливковое масло, и винограда — божественный напиток. Подобно Одиссею, весьма своеобразно познакомившему дикого циклопа Полифема с хмельным виноградным напитком, греки развозили свое вино во все уголки ойкумены.
«Винная культура» древней Греции пестра и разнообразна. Праздники, посвященные богу — покровителю виноделия Дионису, были особенно приятны демосу, т.е. греческому народу. Дионис, в свою очередь, покровительствовал музыкантам и вообще людям творческим. Это неудивительно, где праздник, там и вино; где вино, там и веселье; где веселье, там музыка и песни… «Карнавальные» шествия, посвященные Дионису, считаются началом театрального искусства.
А ученые мужи, эти скучные «сухари», кажется они то совершенно далеки от атмосферы веселья и праздника жизни? Ничего подобного, древние греки во всем ценили гармонию, сочетая удовольствие для ума, души и тела. Слово «симпозиум», которое сейчас ассоциируется исключительно с серьезными научными собраниями, в древней Греции означало дружеский вечер, пирушку с вином и женщинами.
Трансформация слова «симпозиум» не случайна, именно на таких дружеских пирушках выдающиеся древнегреческие философы высказывали новые теории обоснования мира. Один из таких философов по имени Аристотель, был приглашен македонским царем Филиппом в качестве домашнего учителя к малолетнему сыну Александру. Философ подумал и согласился, наверное думал воспитать из мальчишки идеального правителя. Наивное желание, но дело не в этом. Аристотель преподавал юному Александру Македонскому азы литературы и истории, правила красноречия и основы этикета.
Кстати, древнегреческий этикет предполагал умеренное отношение к винопитию. Вино, как правило, наполовину разбавлялось чистой ключевой водой и вовсе не из экономии, а в целях уменьшения процента алкоголя. Неразбавленное вино пили только варвары, например скифы или персы.
Поначалу Александр следовал советам учителя и даже подсмеивался над папенькой Филиппом, который плевал на этикет и жил в полное свое удовольствие. На одной из пирушек, во хмелю Филипп повздорил с сыном. Александр, уже серьезный юноша, побывавший в нешуточных сражениях, ответил отцу резким словесным выпадом. Пьяный Филипп рванулся к Александру и дело могло кончиться плохо, но самодержец запутался в собственных ногах и растянулся на полу.
«Тоже мне полководец, — съязвил Александр,- собирается переправляться через море для завоевания Персии, а сам упал не добравшись от кровати к кровати».
Общий смех разрядил обстановку. Впрочем, Александра нельзя назвать трезвенником, власть портит человека. В походе Александр один человек, на пиру другой. На поле брани он великий полководец, справедливый военачальник, благородный противник. Набравшийся на пиру, он грубый солдафон, хвастливый бахвал, просто опасный тип.
Беда в том, что завоевав Азию, чувствуя себя властелином полумира, Александр все чаще буйствовал за столом, чем в пылу битвы.
Один из наиболее вопиющих случаев — убийство Клита, близкого друга Александра. А начиналось все так весело, с песнями и танцами. За пиршественными столами вперемежку греки и побежденные ими персы, вино рекой, речи все несдержанней. Сцена почти повторяется, только теперь вместо покойного Филиппа его наследник Александр Македонский. Клит, также нетрезвый, бросает царю обидные слова, упрекает его в игнорировании интересов македонян. Александр был посильнее отца, брошенное мощной рукой копье попало в цель. Верный Клит, не раз спасавший Александра от смерти в бою, пал на пиру от руки побратима.
Как говорил герой старого советского кинохита: «Пусть ты хоть Александр Македонский, но зачем же стулья ломать».

«Коли б ти знав, Богдане п’яний…»

Тарас Григорьевич Шевченко, сам питавший пристрастие к крепким напиткам, конечно, обвинял Богдана Хмельницкого отнюдь не в злоупотреблении алкоголем, у него были свои претензии к выдающемуся украинскому гетману. Тем не менее он верно намекает на двойственность прозвища Богдана.
Как говорилось в стихах 17 века,

Бува, що сп’яну хтось комусь нашкодить,
На ранок каже: Хмельницький те робить…

Дело в том, что хмель — основа алкогольных напитков, а казак и «горилка» понятия неразделимые. Небольшая доза спиртного снимала стресс как и знаменитые «фронтовые 100 грамм» времен Великой Отечественной. Бывало, что выпить давали и перед боем, так сказать для поднятия боевого духа. Казаки даже особое название для водки придумали «оковита», переиначив с латыни «аква вита» («вода жизни»). Однако настоящий казацкий характер состоял не в том, чтобы напиваться, а в том, чтобы крепко выпив, оставаться в здравом уме.
Однажды видный польский дипломат Адам Кисиль, приехав на переговоры с Хмельницким, застал его за столом с казацкими полковниками и венгерским послом. Вся компания изрядно подгуляла. Кисиль настаивал на немедленном разговоре, но Богдан с досадой ответил:
«Усі питання та відповіді завтра! Сьогодні я п’яний!…Негоден тепер довго балакати».
Польский дипломат вспоминал этот эпизод с уважением. Каждый должен знать свою меру в выпитом.
Монах Павел Халебский, крещеный араб, находившийся в составе религиозной миссии, с удивлением вспоминал, что при дворе Хмельницкого по холодному времени года их угощали «подогретой водкой» (возможно свежим перегонным «перваком»). Как-то, будучи сильно во хмелю, Богдан отчего-то расходился и приказал казнить всех находившихся при нем послов. Его соратник Иван Выговский уговорил жену гетмана повлиять на мужа и казнь была отложена на завтра. Естественно утром, протрезвившись, Хмельницкий отменил запальчивое решение о казни.
Над тем, кто напивался до потери сознания, обычно добродушно подсмеивались. Однако, если кто в пьяном виде нарушал казацкие законы и порядки, послабления не существовало. Утром провинившегося привязывали к вертикальному столбу, вкопанному в землю и вместо опохмелки крепко били розгами по спине. Иногда выпивка становилась своеобразным казацким испытанием или соревнованием, но и в этом случае идеалом оставался тот, кто после изрядной дозы спиртного оставался что называется «на своих ногах».

Всепьянейший самодержец

О российской пагубной привычке сказано, написано и сыграно немало. И целый «сериал» фильмов-«однодневок» об особенностях бани, охоты, рыбалки…следует объединить под общим названием «Особенности национальной пьянки».
Да, в России пили всегда, но настоящий питейный беспредел начался, пожалуй, с эпохи Петра. Петр Алексеевич Романов, личность титаническая во всех своих проявлениях. Расчищая дорогу европейской культуре, он безоглядно рушил важные традиционные устои русского человека, а в быту был просто бескультурен. Часто такое поведение напоминало выходки ребенка, вырвавшегося из под опеки да к тому же получившего неограниченную власть над миром взрослых, эдакий вариант российского Каллигулы. В «свиту» самодержца входила «коллегия пьянства» или «сумасброднейший, всешутейший и всепьянейший собор». Устав сего странного общества как и важнейших государственных документов, составлял лично Петр. Главой «всепьянейшего собора» с титулом князя-папы, был назначен бывший дьякон и первый учитель царя Никита Зотов. В уставе говорилось, что первейшей задачей членов собора является каждодневное напивание до чертиков, дабы никто не ложился спать трезвым.
Опасно пародируя церковные традиции вместо вопроса «Веруеши ли?», принимаемых в общество вопрошали «Пиеши ли?».
Границы «всепьянейшего собора» фактически распространялись на всех подданных Петра I. В разгаре официального праздника гости с ужасом ощущали запах сивухи и через несколько минут появлялись дюжие гвардейцы с целыми ушатами водки. Покинуть же пиршество без разрешения государя строжайше воспрещалось. Наслушавшись известий о новых традициях при русском дворе один из прусских дипломатов умолял не отправлять его с миссией к Петру I, поскольку дипломат «не мог переносить сильные спиртные напитки, особенно в избытке».
К концу жизни Петр поплатился за свою неумеренность в питье. Болезнь почек и последующая мучительная смерть самодержца не просто приостановили реформы Петра, по сути Россия была ввергнута в период тяжелых смут и дворцовых переворотов.

«Руси есть веселие пити…»

Красиво пить не запретишь
Так где же истина и где вино? — почти по-сократовски следовало бы завершить данный материал. Однако напрашивается постскриптум.
Возьмем, к примеру, того же Сократа, выдащегося древнегреческого философа, в жизни которого алкоголь служил только связкой между интеллектуальными беседами. Никто не мог перепить Сократа и никто не видел его пьяным. Его учение проникнуто гуманизмом и участием к тем самым «человекам», которые приговорили Сократа к последней чаше, но увы, уже не с вином, а смертельной цикутой. В странах с формой власти, близкой к восточной деспотии (в том числе и в России) выпивка могла быть формой духовного диссидентства, свободы личности и свободы творчества.
Ярким примером в этом смысле является поэзия Омара Хайяма — средневекового арабского философа и поэта, отличавшегося неравнодушием к спиртному. Ислам осуждал винопитие с позиций официальной догматики, но Хайям принципиально отрицал любые догмы, именно поэтому в его жизни и стихах алкоголь занял достойное место:
Смерть я видел, и жизнь для меня – не секрет.
Снизу доверху я изучил этот свет.
Вот вершина моих наблюдений:
на свете ничего опьянению равного нет!

На Дальнем Востоке отношение к спиртному было не таким суровым как в мире Ислама, но и здесь грубое пьянство считалось варварским поступком. Вместе с тем пьянство нередко служило прикрытием неординарного поведения, личиной, за которой скрывались бунтари и смутьяны.
Так в духовной истории Китая имеется даже список «восьми бессмертных пьяниц». Среди них числится и самый любимый китайцами поэт Ли Бо. Его называли «небожителем, сосшедшим на землю».Не от того ли, что на небе не нашлось с кем достойно выпить? Кружок Ли Бо, его близкие друзья и ученики, в современном восприятии могли считаться обществом любителей словесности. Любое распитие спиртного они превращали в художественную эстетическую акцию.
Известен случай, когда Ли Бо с друзьями устроили поэтический «симпозиум» на берегу маленького пруда. При этом деревянные чашечки с вином плавали по зеркальной глади пруда перед поэтами-собутыльниками.
Стихами Ли Бо «алкогольная» тема не завершается, но обретает завершенную форму, столь любимую на Востоке.

Вода – словно одна полоска шелка,
Земля эта – тоже ровное небо.
Что, если бы, пользуясь светлой луною,
Взор в цветы, сесть в ладью, где вино?

Андрей Корнев — портал вольной журналистики Хайвей

Дженни. Бананы в ушах

Из серии «Ворчалки и Размышлизмы»

Саунд-трек к фильму «Остановите музыку!»
«Тишины, хочу, тишины – нервы, что ли, обожжены…» – умолял поэт еще в прошлом веке. Как бы он возопил сейчас!
Звуки окружают нас со всех сторон с утра до вечера и с вечера до утра. Мы привыкли к ним, и многого просто не слышим. Естественный звуковой фон, в котором мы плаваем, как рыбы в воде: рев и лязг проезжающих машин, барабанная дробь дождя, истерический вопль автосигнализации, шум ветра, грохот лифта, надсадное карканье безумной вороны в пять утра, скрежет лопаты дворника, телевизор соседей, разговоры прохожих под окнами, страстные стоны соседки из квартиры справа или ритмичный скрип кровати соседа сверху… безнадежный лай собаки, оставленной на два дня в одиночестве… зубодробительный звук электродрели… ночные вопли мартовских котов…
Кстати, о котах! Однажды сквозь сон услышала во дворе надсадные крики на два голоса. Один стонал: «Ой, не могу-у, не могу-у, не могу-у-у-у-у!!!!», а другой подбадривал: «Дава-ай, дава-ай, дава-а-а-ай!!!!» Окончательно проснувшись, поняла, что это вопят коты.
Все-таки хочется думать, что мы несколько отличаемся от котов. Хотя порой в этом сомневаешься, слыша в 3 часа ночи душераздирающее пьяное пение под окном или включенный на полную громкость музыкальный центр.
Я пытаюсь понять, когда это началось? Когда музыка пошла на нас в наступление? Я еще помню те прекрасные времена, когда в магазинах не надсаживалась Катя Лель со своими пусями-мусями… Однажды в магазине продавщица только с пятого раза расслышала, чего я от нее хочу! Я почти сорвала голос и предложила им выключить музыку, но девушка мне честно ответила: а нам без музыки скучно!
Милая! Кто же тебе сказал, что на работе должно быть весело!Почему же нам всем так скучно на работе: шоферу автобуса, водителю маршрутки, продавцу на рынке… Почему же учитель во время контрольной не врубает какой-нибудь там хеви-металл – ему-то уж точно скучно, пока 25 оболтусов делают по пять ошибок в слове «ещё»! Почему врач…
Но тут я прокололась! Как раз в разгар антимузыкальных размышлений я попала на прием к отоларингологу, платному, между прочим. И что вы думаете? У нее работало радио. Видимо, ей тоже было скучно.
Так вот, я еще помню те прекрасные времена, когда в кино можно было ходить без затычек для ушей, а в автобусе – спокойно вздремнуть: не вещало фальшивыми голосами какое-нибудь бодрое Авторадио, соседка не рассказывала по мобильнику интимные подробности своего последнего свидания с Вовой, а из наушников молодого человека, стоящего в паре метров от тебя не бухали по мозгам ударники!
Однажды в немецком автобусе я видела объявление, из которого следовало, что всякий, слушающий музыку через наушники, обязан приглушить звук до такой степени, чтобы его не было слышно соседу.
Какой там! У нас щедрый и незатейливый народ. Завел себе музыкальный центр – так пусть все слышат, как я люблю УмуТурман! Я неплохо отношусь к этой группе, но слушать в 1555-й раз про девушку Прасковью из Подмосковья как-то уже не хочется.
Я вот очень люблю, например, Моцарта. Или Брамса. Но мне почему-то не приходит в голову радовать посреди ночи окружающий микрорайон «Маленькой ночной серенадой»!
А уж если у меня есть DVD-плеер…
Умри все живое.
Да слушай ты свой плеер, пока уши не завянут!
Но – твои уши!
Мои – оставь в покое.
Я не хочу слушать навязчивый звук ударников из чужих наушников – слышен только он, все остальное не доходит, а эта долбежка через 10 минут начинает напоминать китайскую пытку. Каждый раз я невольно вспоминаю героя повести братьев Стругацких «Малыш» – напугавшись до умопомрачения странных голосов и звуков, он включил Ируканские боевые марши: «Вокруг меня и внутри меня ревели варварские трубы, лязгала бронза, долбили барабаны; покрытые оранжевой пылью телемские легионы, тяжело печатая шаг, шли через древний город Сэтэм, пылали башни, рушились кровли, и страшно, угнетая рассудок врага, свистели боевые драконы-стенобитчики…»
Чего боимся МЫ?
От чего МЫ защищаемся этой звуковой завесой?
Да, а причем здесь бананы, спросите вы?
А может, и не спросите.
Кто же не помнит этот дурацкий анекдот:
Мартышка! У тебя в ушах бананы!

Мартышка-а-а-а!!!! У тебя в ушах бананы-ы!!!!

Мартышка-а-а-а-а-а!!!!!
Говори громче, крокодил! Видишь, у меня в ушах бананы!

Алексей Уморин. Почему у милиционеров сытые лица?

Они входят на остановках, они садятся в трамваях, и, если некуда сесть, они держатся за поручни — как мы, как мы!

У них даже пуговицы есть. Пуговицы… а это немало!

Пуговиц даже у слона нету. У сороки, у той может быть: советские, алюминиевые, крашеные армейского образца. Да сорока пользоваться ими не может. Любуется, разве что… У милиционеров пуговицы есть. И на пуговицы они застёгнуты. Как мы. Но — почему у них у всех такие сытые лица? А?

Тут, видимо, надо сказать: к милиционерам я отношу всех, кто в форме, но не вояка. Тех, кто занят присмотром и приглядом, кто, можно сказать, прирос, или нарос сверху над нами, где-то в районе лопаток спины, как вторая кожа, с целью, очевидно, их охранить. Или еще для чего.

Не, я не против, но почему у них у всех…

Впрочем, что ж… Я уже задавал этот вопрос.

— Возможно, «туда» берут только — с круглыми рожами?

Но тогда, где их берут? У нас, у которых они наросли — кожею ли, горбом — луноликих не так много. Есть, конечно. Но принципиального избытка упитанных на улицах славянских городов я не встречал. Не Америка.
Остаётся одно: их раскармливают уже внутри сего закрытого ордена. «Меченосцев» — вряд ли, сытых — да. «Партия сытых» — вот новые милиционеры. Больше звёзды — больше сыт.

Не станем пошлить, удваивая шипящие согласные, просто вынужденно отметим особинку «Новых милиционеров» ( по аналогии с Новыми Русскими) — увеличение в толщину.
Верх им закрыт, там уже сидят, вот они внизу и раздвигаются в ширину. Раздвигая нас.- Надо же человеку меняться.

Должно человеку меняться, коли живой человек и надо сказать, что это — единственные нам, извне заметные изменения. Прочее неизменно годы и годы, и годы.

32 тысячи убийств в России в год. Это тех, кого нашли на месте мёртвыми. 72 тысячи тяжких телесных повреждений, повлекших за собой смерть. Это те, кто умер уже в больнице и по дороге к ней от полученных ран.
100.000 ( СТО ТЫСЯЧ ) убитых на едва 140 миллионов. Многовато, а?

В Канаде на 15 миллионов — 100 убитых в год.

Из сказанного есть только один вывод, единственно легитимный, возможный с точки зрения нароста над нами в области хребта и лопаток. Вывод сделал т.Сталин:

«Жить стало лучше, жить стало веселее».

Любому то видно по лицам наших милиционеров. ПО их машинам, домам, квартирам, шмоткам супруг, любовниц, их дачам, машинам детей, по родственникам их…

А если кто сомневается, что жить стало лучше — молчите.

Лучше молчите.

Вечное власти в Руси — неизменно.

А.УМОРИН, для литературного Портала «Книгозавр»

Сергей Жадан. Там, где не бывает опозданий

Я понимаю, что настоящего журналиста из меня уже не получилось. Пример — именно в те часы, когда в Будапеште происходил бунт, я на соседней от Парламента улице фотографировала мадонну, стоящую во дворике часовни. Вечер, темный кустарник, позади взревывают автомобили на перекрестке перед мостом, и — она — из белого камня, освещенная одной лампой подсветки. Казалось, чуть склоненное лицо с нежным округлым подбородком — светится само, изнутри. Никого, решетчатые ставенки, черный двор. И — мадонна.
Когда в прошлом году я попала на творческий вечер, посвященный выходу книги Сергея Жадана «Депеш мод» на русском языке, я очень хотела написать об этом вечере сразу. С пылу, с жару, актуально. И, радостно пряча в рюкзак книгу с автографом автора, конечно, заверяла Сергея, что — обязательно! Сразу!! Как только доберусь домой, так — сразу!!!
Но — не написала. Слишком много дел. Очень тяжело их отодвинуть. Иногда — невозможно. Время шло, я помнила о вечере постоянно, и все прикидывала — не поздно ли. Не опоздала ли совсем.
А потом, взявшись перечитывать роман в третий раз и во второй раз поспорив с сыном об очередности чтения его, вдруг поняла, что это — самый верный показатель!
Разве можно опоздать написать о книге, которую тянет перечитать! Которую делишь с человеком следующего поколения? И если я — помню и, кивая согласно, узнаю реалии, в романе описанные, то — мальчишка, выросший совершенно уже в другой жизни — улучив момент, сует книгу в рюкзак и убегает из дому, оставив меня немножко злиться — опять читаем параллельно!
Первый раз я попала на вечер Жадана в Керчи, где был он по приглашению неугомонного Игоря Сида. Керчи с Сидом повезло, конечно. Когда-то он работал там, и до сих пор, наезжая летом, нянчит наш город, привозя интересных людей.
Сергей читал стихи, укладывая строки одну на другую, вытягивая цепочки рифм, образов… Острия метафор и плоскости повествования, вспышки сравнений и туманные пятна недоговоренностей… Следом Сид читал те же стихи на русском языке — в собственном переводе.
За окнами калилась белая жара, в библиотеке было неожиданно прохладно.
Сергей справился и с жарой, и с нехваткой времени (всего один день был у него за все про все), с большим достоинством ответил на парочку глупых вопросов — среди нормальных были и такие. Например, убила наповал меня дама, грозно попенявшая автору, что стихи он читает и разговаривает — на украинском языке, несмотря на то, что — в Крым приехал.
Я подскакивала на стуле, мучимая желанием задать встречный вопрос патриотке — у Бегбедера, например, она тоже потребует знания именно русского, именно в Крыму?
Но Сергей был спокоен. Толков и внимателен. Терпелив и невозмутим. И — все объяснял, обо всем рассказывал.

А через полгода — мокрый московский снегопад. Снова — всего один день, сразу с презентации — на поезд.
А я опять слушаю прекрасно поставленный Сережин баритон. И смеюсь вместе с залом над приключениями непутевого Собаки в родном Харькове. Слушаю Анну Бражкину, переводчика книги. И понимаю ее вполне, когда вижу, как не может она удержаться от смеха, с трудом дочитывая фразу:
«…Собака совсем расслабленный, он смотрит на витрину, за которой стоит продавщица в белом халате и тоже смотрит, как за окном на улице, как раз против нее, стоят двое сволочной внешности ублюдков, держат под руки третьего такого же и показывают на нее пальцами. Она смотрит с ненавистью, Собака как-то фокусирует взгляд, распознает свое отражение и вдруг замечает, что в этом отражении есть еще кто-то, какое-то странное существо в белой одежде с огромным количеством косметики на лице, тяжело поворачивается в его оболочке, в границах его тела, будто пытается прорваться сквозь него, так что ему становится плохо, наверно, думает Собака, это моя душа, только почему у нее золотые зубы?»…
Снова Жадан читает свои стихи, а после — их же читают переводчики — на презентации их было трое.
И кто-то из слушателей, задавая вопрос, не удерживается, чтобы не отметить — но ведь это же не украинские стихи!
Я тоже так считаю. В стихах Сергея нет квасного патриотизма. Нет галушек, свиток и шаровар величиною с Черное море. В них — жизнь. Та жизнь, что рваными клочьями кружит вокруг нас — всегда не такая, всегда вызывающая стермление переделать в ней что-то. И всегда — такая настоящая в этом рваном совершенстве. В совершенстве, которое может почувствовать человек вне зависимости от национальности своей, а лишь от способности — открыться, не боясь этой жизни.
Вот он стоит, совершенно спокойно держит аудиторию, заставляя более полусотни человек завороженно следить за каждым своим жестом, заставляя людей смеяться или грустить, повинуясь голосу, жесту, строке… Один из очередного потерянного поколения. Того, никому не нужного, брошенного на произвол судьбы поколения, которое оставили не то, что без достатка и будущего — без малейших нравственных ориентиров и веры во что-либо, кроме шальных денег.
И читает строки, переведенные на десяток языков, упрямо доказывая и нам и себе, что, если человек — человек, то он им станет. Если не испугается — стать, например, поэтом.
Елена Черкиа, автор литературного портала Книгозавр — специально для портала Хайвей

Елена Блонди. Любвесекс и просто секс…

Ванилью потеет тело,
Как только меня касаешься…
(Дурь «Любвесекс»)
Написано о сексе немало. С самыми разными целями. И с теми целями, о которых упоминает Дженни, тоже. Это о крысе, что умерла от переизбытка удовольствия, нажимая педальку и забывая поесть.
Еще сексом приправляют многие литературные тексты, особенно крупные, чтобы держать читателя на крючке. Потому что люди любят читать о сексе.
Но я сейчас не о читателях. Я об авторах. Вернее, об одном авторе. Нескромно так — о себе.
Когда-то, будучи молодой и зеленой, но умея более-менее обращаться со словами, я прикидывала, а не стать ли эротической писательницею. Шутили на эту тему в компаниях, смеялись. Тогда только пошел вал любовных романов, и я потряслась, поняв, что такого добра — про высоко вздымающуюся грудь и блистающие глаза, не говоря уже о нефритовых стержнях и яхонтовых пещерах, я левой ногой могу наваять бесчисленное количество. Как, в принципе, и каждый грамотный человек, что умеет связывать слова в предложения.
Поняв это, я призадумалась — а оно мне надо? Вступать в стройные ряды ремесленников? И быстренько идею эту задвинула в дальний угол.
Время шло. Я жила. А вот какой хотите смысл в эти слова, такой и вкладывайте. И вдруг поняла, что читано много, очень много. Но по-настоящему, высоко, пронзительно и достойно, — о сексе написано мало, мало!
Потому что тема весьма скользка. Тончайшая грань отделяет словесные картинки для элементарного удовлетворения возбуждения (или — наращивания возбуждения) от действительно литературы.
И заметила, что найдены спасительные кусты, в которые прячется толкующий о правомочности литературы сексуальной направленности. Я говорю о сексе с любовью и без. Как часто мы встречаем эту градацию — вот, когда секс с любовью, да, тогда можно! А вот, когда без, простите-простите, где-то рядом та самая крыса, что нажимает педальку и удовлетворяется-удовлетворяется-удовлет-во-ря…
Я с этим не соглашусь. Не знаю, что другие люди подразумевают под словом любовь, но у меня сложилось четкое мнение, что далеко не каждому человеку дано испытать в земной жизни именно любовь. Большую, всепоглощающую, настоящую, истинную — Любовь. Потому что мы склонны — то путать Божий дар с яичницей, то уговаривать себя разумом, побивая сердечную привязанность в самом зародыше, то просто запрещать себе любить — по самым разным причинам. Вернее, запрещать не любить (попробуй запрети), а не давать любви развиться в гармоничные отношения, в которых есть секс.
Это грустно. Но это есть. Поспрашивайте бабушек и дедушек, что когда-то были молодыми и горячими. И услышите множество печальных историй о несостоявшихся любовях. О которых помнят люди потом — по пятьдесят лет с лишком. Вздыхая и сожалея. Но — брак, дети, карьера, собака, строительство дома, второй брак, срочная и нужная командировка за границу…. И так далее, далее…
И что же теперь, всем отказывать в сексе? Да ни за что!
Пусть он будет. И не в качестве физических упражнений для поддержания здоровья. А в качестве — отношений между людьми.
И не стоит его принижать. Ведь можно приготовить простую здоровую пищу или изысканнейшее блюдо для гурмана, — а можно и обожраться, извиняйте, и тем и другим — со всякими нехорошими и неприглядными последствиями.
Точно так же существуют отношения между людьми. Всякие. И сексуальные тоже. И даже если огромной любви нет, не будем путать постель с порицаемой похотью.
Секс между двумя людьми — поиски потерянного Рая. Когда двое — одно, не скрывая и не пряча ничего друг от друга. Так пусть ищут — кто, как умеет и может. Даже если ищут не там и не с теми.
Конечно, счастье тем, кто испытал любовь. И кто любил не издалека, а вдвоем, вместе, сливаясь и крича от радости исполненного совершенства.
Об этом тоже можно писать. И нужно. По-настоящему.
Я в некотором роде азартный человек. И хочу писать именно так. Достойно, пронзительно, настояще. А не для того, чтоб кто-то нажимал педальку и просто получал удовлетворение.
И написать так о просто сексе, а не о любвесексе (спасибо замечательной поэтессе, что подарила мне этот термин) — по моему мнению, еще сложнее.
Тем больше азарт и тем выше планка.
Будем дерзать. Может быть, что-то, да и получится!
Удачи нам всем и счастья. В любви и в сексе!
Елена Черкиа ака Блонди специально для Хайвея и литературного портала Книгозавр

Блонди. Сходить войной на тех, кто по-другому?…

Обстоятельства сложились так, что сразу у нескольких человек в течение последней недели были читаны претензии к новоязу. Некоторые из этих претензий относились конкретно ко мне.
Одна из них — в комментариях о мерзости термина «стихо».
Вторая — о мерзости развеселого словечка «чмоки».
Третья — об использовании в письме аббревиатуры ЗЫ вместо привычного PS.
Я уж не говорю о множестве других военных походов. На сленговые слова, на компьютерный жаргон, радение за общую чистоту языка и протча протча.
Конечно, зачастую люди очень перебарщивают с сетевым сленгом. Когда человек неплохой и явно умный изъясняется исключительно коряво, не написав ни одного слова в простоте привычной и грамотной, то читать его тяжело. Это, кстати, о многом говорит. Не наигрался, или стесняется высказывать нормальные вещи нормальным языком, или это часть имиджа сетевого персонажа.
Обычно, через какое-то время это проходит само.
Но остаются кое-какие наработки, которыми просто удобнее пользоваться, чем ранее принятыми нормами письма на бумаге. Потому что используем мы их в новых формах общения.
Пример:
Гуляем с соседкой. У нее беспрерывно пищит мобильник — поклонник шлет смски (можно я не буду каждый раз писать — текстовые сообщения с мобильного телефона на мобильный телефон?). Она довольно хихикает и каждый раз останавливается, чтобы ответить. Ответ у нее занимает много больше времени, чем вопрос пылкого юноши-поклонника. Оказывается, у дамы принципы — она набирает все знаки препинания — кавычки, запятые после обращений, прямую речь и так далее. Все, чему учили в школе на твердую четверку.
На школьную четверку, потому что, если бы она на пятерку тянула, то поняла бы, что в жизни просто необходима гибкость и беспрерывное подстраивание под разные варианты общения (не путать с общим вытьем волчьим, речь здесь не о том). И, если сообщение, например, на одну буковку вылезает за пределы первой смски, то вполне себе можно соединить дваслова в одно. Чтоб уместилось. И, если текст написан так, что и без кавычек и дефисов понятно, о чем речь, то можно смело опустить знаки препинания в данном конкретном случае.
Наша прогулка, столь редкое и долго ожидаемое удовольствие от совместных сплетен и болтовни (а я ее раз в год вижу, эту душевнейшую подружку), превратилась в три фразы, которыми мы обменялись в редких перерывах между долгими остановками ее для набора длиннющих текстов. Грамотных текстов! Хотя содержание их сводилось к одному вопросу — предадутся ли двое любовным утехам сегодня ночью или нет.
Пример второй:
Иногда прекрасный собеседник уж так пошутит, так расскажет что-нибудь, что птички за окном испуганно вспархивают от приступа громкого хохота.
И хочется донести до собеседника именно эту реакцию свою. Не расписывая подетально, что «ой, я так сейчас хохочу, что птички за окном и бла-бла».
Ведь хочется донести именно это состояние удара, мгновенного и сильного воздействия. Ставить смайлик? Или сразу несколько?
А знакомы ли вам люди, что до сих пор отрицают и порицают использование смайлов? Предпочитая рисковать и быть неправильно воспринятыми, когда собеседник на невинную шутку обижается, к примеру.
Да и нет, кажется, смайла, который четко характеризует состояние «пацтулом». А вот это слово — есть. И оно очень кратко, емко и четко характеризует именно состояние мгновенной и очень сильной веселости. Я сама пользуюсь им нечасто. Потому что косности и во мне хватает. :)))))
Еще некоторые мои друзья обозначают сейчасное веселье длинной буковкой г в конце предложения, гггггггггг…
И это тоже вполне приемлемо, чтобы не писать каждый раз слово «посмеиваясь….)
Примеров таких можно привести множество. Но в большинстве случаев можно сделать одно обобщение: человек порицающий, упрекающий и всемерно выпячивающий свой подход к чистоте речи — забывает о том, что мы имеем дело с разговорным языком, набираемым на клавиатуре (не люблю сочетание «топтать клаву», но замечание тому, кто пишет так — делать не буду — это выражение покороче моего) в силу неравномерного распространения технологий.
Вот, когда у всех будут стоять голосовые программы, тогда большинство авторов будут писать только литературные свои тексты. А говорить снова будут голосом, а не клавишами.
И давайте не будем забывать о том, что столь любимое и защищаемое многими латинское сокращение PS на самом деле — тоже сокращение для быстроты письма, да еще и с чужого, да еще и с мертвого языка ))).
И медики давно знают, что только разнообразие, беспрерывное разнообразие умственной деятельности на протяжении всей жизни и необходимость мозгов трудиться в полную силу и спасает нас от будущего старческого маразма. Все тренировки приносят пользу, когда они разнообразны. Умственные — тоже.

Так за4ем я буду ругать племяшку за то, 4то в смске она использовала цифру вместо двухбуквенного со4етания? Ведь я знаю, 4то денег на телефон4ик с русским шрифтом у нее не было пона4алу, а набрать одну цифирку вместо двух буковок — быстрее и дешевле!
Лу4ше я отве4у ей так же!!!

Повторюсь для любителей читать по диагонали. Все написанное относится в первую очередь не к литературе, а к вариантам языка общения.
Хотя я уже читала литературные тексты, написанные с использованием всех возможностей клавиатуры — буквы разных языков, смена шрифтов, сленг и протч.
И знаете? Талантливым текстам очень радовалась!!!
Но это уже совсем другая история )))))))

Страницы 529 из 530« В начало...«526527528529530»

Чашка кофе и прогулка