РЕЦЕНЗИИ НА КНИГИ * ВСЕ О ЛИТЕРАТУРЕ * ЧТО ПОЧИТАТЬ? * КЛАССИЧЕСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА * ОБЗОРЫ И НОВИНКИ

Страницы 524 из 526« В начало...«522523524525526»

Лембит Короедов. Жлобоинтеллигенция, или Империя наносит ответный удар

Цель статьи единственная и утилитарная — соорудить небольшую канализацию, посредством которой можно будет слить в канаву хоть малую толику говна, недавно прибывшего в Самиздат, поскольку ежедневно в него вступать, открывая ленту, слегка остопиздело.
Жлобоинтеллигенты начинают свои статьи с определений, потому что у них есть пропуск в центральную библиотеку. Мы же, не знающие, где выписывают пропуска во все центральное, начнем с пояснений, ими же и закончим. Итак, чем отличается интеллигент от жлобоинтеллигента?
Интеллигент плохо учится в школе, так как заранее знает то, что ему может поведать учитель-жлобоинтеллигент. Интеллигент уже читал это раньше в книжках. Жлобоинтеллигент учится в школе хорошо, так как с младых лет усваивает истину о том, что дневник — это лицо человека.
Увлечения интеллигента общественно бесполезны. Не перечисляя всех видов общественно бесполезных увлечений интеллигентов, обобщим их, назвав условно — изучение бабочек. Жлобоинтеллигент увлекается всегда только тем, что может пригодиться в жизни: боксом, политикой, деньгами.
Интеллигент занимается всегда одним, чрезвычайно узким делом — если это бабочки, то это сугубо бабочки, его не всегда хватит даже на пауков. Жлобоинтеллигент, занимаясь боксом, читает книгу «Как стать миллионером» и воспоминания президента Кучмы.
Интеллигент поступает в первый попавшийся вуз, так как не знает, в каком именно вузе изучают сугубо бабочек, поступает часто с пятого раза, так как в вузе, в котором, как он думает, изучают бабочек, оказывается, надо сдавать экзамен по истории, или не поступает вообще, продолжая изучать бабочек неучем. Жлобоинтеллигент всегда поступает с первого раза в единственно возможный для него вуз — в торгово-экономический. Если вдруг оказывается, что для поступления в торгово-экономический нужны знания о бабочках, жлобоинтеллигент привозит из села свинью и дает ее в виде подарка экзаменатору-жлобоинтеллигенту.
Интеллигент не делает карьеру. Он не понимает различия между должностью лаборанта и замначальника отдела в деле изучения бабочек. Жлобоинтеллигент прекрасно понимает, что разница между должностями состоит в окладе и количестве подчиненных. Интеллигент не понимает, что такое подчиненный, и никогда их не имеет. Если кто-то предлагает ему помочь подержать бабочку, он смотрит на него с недоумением. Жлобоинтеллигент любит и стремится иметь как можно больше подчиненных, особенно, подчиненных-интеллигентов, и указывать им, как правильно надо держать бабочек.
Здесь жлобоинтеллигент сильно ошибается, так как у интеллигента не бывает начальников. Интеллигент не понимает, что это перед ним за человек, который кричит, размахивает руками и утверждает, что бабочку нужно держать вот так. Интеллигент, конечно, возьмет бабочку вот так, чтобы успокоить странного человека, но потом, утихомирив его, возьмет ее снова так, как ему удобней. У жлобоинтеллигента же всегда есть начальники, которым он всегда готов услужить. Жлобоинтеллигент никогда не поднесет сумку старушке, но всегда ухватит поднести чемодан более сильного и влиятельного жлоба.
Интеллигент не любит писать и оттого имеет плохой почерк и неразборчивую всегда разную подпись, он не понимает, зачем его иногда заставляют где-то подписываться. Впоследствии интеллигент искренне удивляется, что его попросили подписаться за права китайцев выходить на площадь Тяньаньмень или на подписке о невыезде. Жлобоинтеллигент писать любит, почерк же оттачивает до каллиграфического, тренируя свою подпись около тысячи раз в день, и всегда сам стремиться где-то подписаться, буде на то удобный момент, вроде заявления на зарубежную поездку, но, разумеется, не на площадь Тяньаньмень.
Интеллигент всегда что-то изобретает, но не ведает пользы своих изобретений. Живя в сельской глуши, он занимается проблемами искусственного интеллекта, а в однокомнатной квартире с кроватью, но без компьютера, доказывает теорему, над которой десятки лет бьются передовые институты. Разумеется, изобретя мобильник, интеллигент им впоследствии никогда не пользуется, не видит пользы. Зато жлобоинтеллигент всегда видит пользу в изобретениях интеллигента: он всегда готов выменять их на красивую бабочку, а впоследствии выгодно запатентовать и продать американцам.
Несмотря на то, что американцев он не любит. Это утверждение не строгое. Дело в том, что жлобоинтеллигент всегда не любит тех, кого не любит вышестоящее начальство. Или кого не любит зомбоящик, или кого не любит стоящий перед ним человек с пистолетом. Жлобоинтеллигент всегда прекрасно ориентируется, кого надо не любить в данный конкретный момент. В данный момент принято не любить американцев, поэтому он их не любит. Но работает за американские гранты, всегда зная, в какой сектор придет следующий грант, и заблаговременно туда переходя. При этом, из остатков грантов жлобоинтеллигент выплачивает зарплату интеллигенту из расчета «два жетона на метро в день и пирожок».
Интеллигент не имеет регалий, он опять не понимает что это такое. Он отказывается от миллионной премии, полагая, что она ничего не изменит в его способностях к познаванию бабочек, в диплом же или грамоту он на другой день случайно заворачивает пирожок. Жлобоинтеллигент регалии уважает: все дипломы и грамоты висят в его кабинете в аккуратных рамочках рядом с портретами жлобоинтеллигента в процессе пожимания им руки президенту чего-либо.
Интеллигент редко пишет труды. Чтобы написать маленькую статью для детей о крылышках бабочки махаона, он читает все, что было написано о бабочках-махаонах со времен сотворения мира. Он давно знает, что там написано, просто никак не может себя заставить сесть за статью для детей. В ходе чтения интеллигент часто смеется. Статьи свои он называет просто, вроде «Крылышки бабочки». Жлобоинтеллигент пишет много и упорно, и исключительно на темы глобальные. Статьи свои он называет заранее, еще до написания: «Геноцид как средство оздоровления генофонда», «Глобализация как неминуемое следствие демократизации», «Гомосексуализм ли лесбиянство?» Затем жлобоинтеллигент идет в центральную (только) библиотеку, берет энциклопедический словарь и переписывает определения слов: геноцид, генофонд, глобализация и гомосексуализм, вставляя их в первые параграфы соответствующих статей. После этого жлобоинтеллигент берет самую толстую книжку, любую из того, что было на букву Г, и несет ее в место скопления людей: домой или в офис. Пишет и читает жлобоинтеллигент на людях, вставляя в книгу множество разноцветных закладок. Закладки у него заканчиваются приблизительно на пятнадцатой странице, после чего он наобум вставляет две запасные, одну на двести тридцать первой странице, вторую — на шестьсот девяносто второй), и начинает писать статью.
Интеллигент всегда пишет не вовремя. Он может умудриться написать статью о крылышках бабочки махаона прямо перед тем, как какая-нибудь фашистская организация возьмет себе за эмблему крылышки бабочки махаона. Жлобоинтеллигент же всегда пишет вовремя, выжидая момент. К примеру, после столетнего представления о стоящем на трех китах мире, объявляется какой-то интеллигент, который заявит о том, что земля вертится. Предусмотрительный жлобоинтеллигент выжидает. Как только дурака-интеллигента жгут на костре, жлобоинтеллигент тут же выступает со статьей: «Новое в науке. Земля стоит на трех китах». Точно так же, после полувекового представления о том, что не было украинского голодомора и советских концлагерей, какие-то интеллигенты вдруг сообщают, что они были. Предусмотрительный жлобоинтеллигент выжидает. Как только власть, покровительница голодомора и концлагерей, возвращается, жлобоинтеллигент пишет статью: «Развенчание бытовавшего ложного представления в науке. Голодомора в Украине не было, равно и так называемые советские концлагеря были много мягче режимом, чем их иностранные аналоги».
Поэтому интеллигент часто попадает под раздачу. Сидя в лагере, которого нет, на вопрос: «За что?», он недоуменно пожимает плечами и отвечает: «Может, за бабочек?» Жлобоинтеллигент же всегда знает, за что сидит интеллигент. Он даже статью по этому поводу напишет: «За что я ненавижу интеллигенцию, или А в бабочках ли дело?»
Интеллигент не издает журналов, а если издает, то пишет в них про бабочек, из-за чего журналы быстро прогорают. Жлобоинтеллигент любит издавать журналы. Называет он их строго-помпезно, как принято называть программы официальных новостей в зомбоящике. Контент журнала в разделе природоведения и стихосложения жлобоинтеллигент заполняет за счет интеллигентов, статьи же о политике и экономике пишет самолично. Разумеется, жлобоинтеллигент аннотирует свой журнал, как издание для интеллектуальной элиты общества. Интеллигент не понимает, что такое интеллектуальная элита общества. Для него элита общества — бабочки. Жлобоинтеллигент прекрасно понимает, что такое интеллектуальная элита общества — это все, кто выше него по званию.
Интеллигент руководствуется только двумя сводами законов — законами Бога и законами Природы, впрочем, для него это одно и то же. Жлобоинтеллигент любит упоминать об этих законах, писать о них обширные статьи и монографии, но живет, следуя исключительно инстинкту самосохранения.
Интеллигент в крылышке бабочки может разглядеть законы мирозданья, а жлобоинтеллигент, сколько бы ни тужился, всегда родит мышь. Причем дохлую.

Лембит Короедов

Блонди. Книгозавр в Керчи

Какое-то время назад книга Алексея Уморина была подарена городской центральной библиотеке города Керчи. И возникла идея провести небольшую презентацию книги. Показать автора, дать ему возможность почитать свои стихи, а желающим — послушать и посмотреть.
Но выяснилось, что презентаций местных поэтов хоть пруд пруди. И идея чуть расширилась. Почему бы не рассказать людям о работе всего портала Книгозавр, подумали мы. И загорелись.
Тем более, что библиотека имеет свой интернет-центр, в котором все желающие, купив годовой абонемент за 5 гривень (1 уе), могут каждый день 1 час работать в сети бесплатно. В прошлом году эта система очень меня выручала. За что библиотеке огромная моя благодарность.
Поэтому, соблазнив сотрудников очага культуры рассказами о неизмеримых просторах интернета, мы повесили объявление на Книгозавре, расклеили по городу афишки и обзвонили знакомых.
Мыслитель Уморин набросал тезисы своего вступительного слова, призванного вкратце ознакомить чайников с литературой в сети. Увлекся, чего уж там. Тезисы оказались столь хороши и глубоки, что автору пришлось отложить их в сторону в качестве заготовки для серьезнейшей статьи. Которая уже и не для чайников.
Посему говорено было навскидку, своими словами, с учетом того, что публика все-таки больше читающая и живущая в реале.
К слову, вчера, рассказывая в офисе провайдера о своих данных, Блонди запуталась в адресе, где живет в реале. И вдруг поняла, что адреса электронной почты и урлы знает более четко, чем название улицы, на которой вот уже несколько лет живет. Вот такое переселение в сеть — плавное и незаметное…
Смайлик-смайлик-смайлик…
Уморин держал в руках свою книгу. Поговорив о сетературе, читал стихи.
Затем Бло не смогла отказать себе в удовольствии и почитала его стихи тоже. Оказалось, что читать вслух хорошие стихи для 20-ти собравшихся человек — удовольствие. Еще какое!
Правда, был момент, был. Предварив чтение стихотворения «Молитва темного котенка, который умер» рассказом о том, что даже грозные и страшные сисадмины не стесняются вносить в топ такие грустные и трогательные шедевры, Блонди, читая, чуть не расхлюпалась носом. Упс… Голос задрожал, но я справилась. Чему ура, конечно!
Надо ли говорить о том, что слушали все и всем понравилось? Думаю, надо. Потому что отношение к стихам Алексея Виленовича в сети весьма неоднозначное. Позволю себе дать совет тем, кто, раздражаясь сложностию, не может найти в них ритма и рифмы. Почитайте вслух. По-настоящему. И все встанет на свои места. Главное — не бояться непохожести на других.
Неимоверно ободренная благодарным вниманием публики Блонди вошла в азарт и начала таскать из лаптопа своих волшебных кроликов.
Это было прекрасно — знать, что все заготовленное для чтения — интересно, талантливо и гарантированно цепляет.
Стихи Дженни сорвали аплодисменты. «Гадание», «Кошка», «Она»…
Стихи Феникса заставили притихнуть. Я читала мое любимое «Поехать в Африку». И «Кризис среднего возраста».
О том, что Блонди необходимо попить воды, чтоб смочить пересохшее горло, никто в суете не подумал. И, читая «петросяна» Андрея Гальперина (под общий смех и кивки головами) и «Письмо читателю» Кота Ирвинга (реакция слушателей такая же), я мельком, но всерьез опасалась, что свои рассказы прочитать уже не смогу.
Прочитала. «Поцелуй» (э-э, как самый невинный из южно-эротических) и эссе-поздравлялку для Кошки Шпроты. Ту, где про абрикосы. Очень я ее люблю.
И вот теперь сама про себя бессовестно, но честно пишу: слушателям понравилось.
Вечер затянулся на полтора часа дольше запланированного. И большая благодарность сотрудникам библиотеки, что стоически вытерпели нас — веселых и шумных — в пятницу, после окончания рабочего дня. Вы как хотите, а по мне — геройство )))
Успокаивает мою совесть то, что люди, пришедшие в жару и после работы, (откуда они вообще взялись в опустевшем городе, из которого все разъехались на моря?), слушали стихи и прозу замечательно талантливых авторов, ни за одного из которых мне не стыдно. И я уверена в большом литературном будущем каждого автора, о котором упоминала.
Так есть.
Подпись: Елена Блонди (Черкиа)
Постскриптум. Пусть покусают локти те, кто по разным причинам не смог приехать, будучи приглашенным. Совсем рядом был Андрей Гальперин, на расстоянии 5 часов в автобусе (Андрей, шутка, пиши давай и все тебе простится…))). Через пролив был Сергей Рок, чуть дальше, но все равно на расстоянии реально преодолимом (Рок, шутка, ничего не кусай, а о прочем читай в скобочках выше))). Но ребята живут и работают не только в вирте. Реал держит. Это понятно.
Будут и другие встречи.
Одну из них планируется в сентябре провести в Москве. Еще не знаю, как и где, но приглашаются все неравнодушные. И принимаются предложения по проведению презентации книги Уморина в столице. Вдруг автор ка-а-ак раскачается, да ка-а-ак приедет…
После чтения Книгозавр получил в подарок сборник стихотворений керченских поэтов «Лира Боспора» с автографами тех авторов, что присутствовали на встрече.
Но это уже тема для отдельной статьи…

Иллюстрации здесь

Георгий Петрович. Культура чтения

Интервью писателя Георгия Петровича на радио «Эхо Москвы»

Петрович о «Культуре чтения»
Радио «Эхо Москвы в Омске»
Ведущие:
Вячеслав Суриков, Татьяна Лишневская

Вячеслав Суриков Какая литература с вашей точки зрения наиболее востребована современным читателем?
Георгий Петрович Никакая. Если взять срез самого массового читателя, то читают дешевые детективы. А те, кто читают серьезную литературу, это очень тонкая и размытая прослойка. Я много думаю об этом. Мне кажется, что в этом виновато в основном телевидение, потому что основную часть информации современный человек, например, моя дочь, черпает из телевизора. Недавно я смотрел интервью очень симпатичного человека, кажется, это был главный редактор газеты «Коммерсант», и он говорил, что телевидение занимается суггестией, то есть внушением, и еще один термин он употребил «идет втюхивание» человеку и, конечно, это не может сравниться с процессом получения информации через чтение. Хотя сказать, что мы были умнее, тех, кто сейчас читает мало, хотя б исходя из следующей цитаты «и не говори, отчего это прежние времена были лучше нынешних, потому что не из мудрости вопрошаешь ты». Просто поменялась ситуация. Я не могу сказать, что у нового поколения уровень интеллекта выше или ниже, но оно однозначно информированнее. Представим, что эрудиция это сумма накопленных знаний или сумма каких-то информаций. Современный человек даст фору нам в свое время много читающим. Хотя сам процесс чтения не сравниться с процессом прослушивания информации через телевизор. Хотя есть две категории людей: есть аудиалы и визуалы. Вот моя жена — аудиал, она слышит и запоминает, я — визуал, вот если б я услышал из телевизора гениальное Александра Алона: «Я с подушек в сени рвусь, я срываю дверцу, а кругом такая Русь прямо дрожь по сердцу» на меня бы так не подействовало, как когда я прочитал это. Я когда я это прочитал, работают две сигнальные системы: сначала зрительное память, а потом это записывается на магнитофонную ленту мозга еще и смысл. А потом: процесс раскрывание книги. Это процесс почти интимный. Когда я беру книгу, новую, она пахнет типографской краской и говорит с тобой один на один. А когда ты смотришь телевизор, ты в толпе: всем что-то говорят и немножко достается тебе. Я не думаю, что от этого человечество поглупело. И все-таки телевидение обладает неким развращающим свойством, и оно засоряет великий могучий русский язык, и, поверьте, я говорю это без иронии. Слава Богу, что русский язык обладает способностью к самоочищению как озеро Байкал, который травят целлюлозобумажные комбинаты, а он сохраняет свою девственную чистоту. «Как бы» заполонило нашу речь и его употребляют к месту и не к месту. Однажды я не поверил своим ушам и глазам. Человека на телепередаче спрашивают: «Это ваша супруга?», а он отвечает: «Это моя как бы гражданская жена». Будь я на месте этой жены, я бы сказал: «А ты павиан как бы мне муж. Дети как бы от тебя». Употребление слов «чисто» и «конкретно» является следствием просмотра таких программ как «Окна», когда выпячиваются самые худшие стороны человеческой натуры: предательство, гнусность, когда из этого «окна» выливаются потоки моральных нечистот.
Вячеслав Суриков Георгий, насколько часто вы обращаетесь к сети Интернет как к источникам текстов?
Георгий Петрович Пользуюсь широко, считаю его большим шагом вперед именно в плане получения информации. И опять же я скажу, что чтение предпочтительнее. Недавно я искал одну фразу Ильи Эренбурга из его хулиганского произведения «Хулио Хуренито». Мне нужно было точно процитировать фразу: «Были тычинка и пестик, козел и коза, юноша и девушка. Пришли ваши апостолы церкви и кастраты и объявили великие посты…». Я был в восторге от этой вещи, когда я ее читал. Но когда я нашел ее в библиотеке Машкова, и, перечитывая ее, я поймал себя на мысли, что читать с компьютера не так вкусно как с книги. Не потому что я ортодокс, а потому что это мое субъективное мнение. Но Интернет настолько затягивает, что им «ширяюсь» даже тогда, когда мне этого не нужно. В нем есть нечто магическое.
Татьяна Лишневская Что с вашей точки зрения происходило на книжном рынке в России в полследние годы?
Георгий Петрович Человек несовершенен. И когда книги был в дефиците, ищешь, нашел, то радуешься. А сейчас сложилась ситуация, когда люди «обожрались информации». И очень много книг. Простите за такую интимную подробность. Я в одной из деревень зашел к одной знакомой, которая когда-то работала в книжном магазине и хапала все, что попадалось, потому что никто не мог достать, а она доставала. Ей нужен был Булгаков, как дырка в голове, допустим, тем не менее, она его брала. И у нее в туалете на гвоздик-сотку прибит роман Толстого «Война и мир». Когда я посетил туалет, странички были оторваны до совета в Филях. Уверяю вас, что эта дама не читала Толстого. Она его прибила в туалете, ну удобно, правда, большой том все-таки. И вот такое громадное количество литературы, в глянцевых журналах ярких привлекательных, с клубничкой вытесняет литературу достойную. Но опять же, эта литература для определенного сорта людей. Потому что журналы издаются большим тиражом и пользуются спросом, чем тот же испытанный «Новый мир», или «Дружба народов», которая выходит тиражом пять тысяч семьсот экземпляров, для России это ноль, хотя там печатаются достойные авторы. Это печально.
Вячеслав Суриков Надо сказать, что в условиях рынка, сейчас в книжных магазинах можно найти почти все, на любой вкус, практически любого автора.
Георгий Петрович Несомненно, рынок это хорошо. Кто-то читает Маринину, кто-то читает Дашкову, а кто-то ищет Мураками. Главное, чтобы это было доступно. Мне кажется, что все устаканится. Вставать на позицию, вот мы были умнее, вот мы больше читали, мы не смотрели этот гнусный телевизор. Эта точка зрения не столько ортодоксальная, сколько не совсем мудрая. Где-то на территории бывшего Урарту, это территория современной Армении, на этом камне было написано, что современная молодежь не уважает стариков, ведет себя развязно, что они аморальны, что они безнравственны, что будущего никакого нет. Две тысячи лет! А может быть больше… А мир не остановился и не рухнул в тартарары. Так что ребята, мне кажется, что все будет хорошо. Все станет на свои места. Каждый получит и найдет ту книгу, которую он хочет.
Татьяна Лишневская Как обстоят дела с чтением в Германии, где вам приходиться бывать?
Георгий Петрович Пусть на меня не обидятся немцы, но русские более читающая нация. У немцев издается Гонзалек гигантским тиражом, который считается специалистом по России. Я не поленился, прочитал книгу от корки до корки на немецком языке, которая называется «Деферданте дер ТайгА». Немцы почему-то упорно говорят тАйга, а не тайгА. Может быть, для них это благозвучнее. Специалист по русскому языку дает рецепт «розольника», то есть рассольника. Значит, оказывается, рассольник по Гонзалеку варят из капусты с яйцами, про огурцы он вообще ничего не говорит. Но это частный пример. Но его читают, и он издается громадным тиражом. Я прошу прощения перед немецким читателем, но российский ребенок забивает немецкого в области математики и физики по всем статьям. В отличие от человека, который родился в Германии, он быстрее считает устно, и больше читает, чем немцы. Ханыга, забулдыга, бомж цитировал мне «Аутодафе Надзаретской Маруси» Аркадия Кутилова — я чуть не заплакал: алкоголик, стоял на рынке. И мы с ним просто так разговорились, он меня уверял, что это лучшая вещь, которую он прочитал. Уверяю вас, что немецкий бомж не читает, сколько читают российские люди, и это прекрасно.
Вячеслав Суриков Как существует русская литература за рубежом? Сложился ли там читательский круг, в котором они могут быть востребованы?
Георгий Петрович Вы разговариваете с человеком, который имеет тесный контакт с факультетом славистики древнейшего университета Германии имени Гуттенберга. Почему я общаюсь с факультетом славистики, потому что я обращаюсь в библиотеку этого факультета. Руководит кафедрой там замечательный человек — профессор Люк, немец, который самостоятельно досконально изучил русский язык. Что они читают? Гордясь собой, скажу, что он читает мою книгу и ориентируется на состояние современной прозы по моей книге «Серебро на холмы Галилейские». Может быть, это нескромно с моей стороны и, может кто-то подумает, что я страдаю манией величия, патологический хвастун, но мне недавно позвонила фрау Бон, это Ольга Бон, она — русскоговорящая, она работает в библиотеке на кафедре славистики, и попросила, чтобы я предоставил им несколько книг, потому что те затаскали студенты, именно «Серебро на холмы Галилейские». Это очень приятно. Но, вообще читают все и библиотека громадная. Мне недавно понадобилось уточнить место, где Григорий Мелихов скакал против сотни красноармейцев. Это оказалось в бою под Свиридовым — я не знал, как называется это местечко. Я пошел и без всяких проблем нашел эту книгу — громадная библиотека русская. И, вообще, те, кто этим занимается… Я только что сказал, что русские больше читают, но все-таки определенный немецкий слой интеллектуалов, те, кто этим интересуется, они читают много и добросовестно и продуктивно.
Вячеслав Суриков Какими должны быть современные библиотеки, это хранилище информации или место, где можно встретиться, поговорить о книгах в том числе.
Георгий Петрович Я могу сказать, что в библиотеке Пушкина (самая крупная билиотека в Омске — прим. ВС), а ведь великолепная библиотека с громадным количеством книг, атмосфера не очень домашняя, а в библиотеке Ленина, бывшая центральная там как-то уютнее. Библиотека это то место, где я книгу могу взять домой, а не просто прийти в читальный зал и заткнуть уши, чтобы не слышать, как зазвонит мобильник у меня или у соседа и в этом есть какое-то напряжение и отсутствие уютности, комфорта чтения. В моем представлении нужно взять книгу, придти домой, лечь. Вот для меня лично лечь и погрузиться в процесс чтения. Являются ли домашние библиотеки альтернативой? Когда книги были в дефиците, то тогда они имели значение. А когда они доступны, то может быть их проще найти в библиотеке. Человеку нужно иметь двадцать-тридцать любимых книг, ну сто, а зачем больше?
Вячеслав Суриков Если ты заходишь в дом и видишь шкафы, заполненные, то понимаешь, что заходишь в дом с определенной культурой.
Георгий Петрович Не всегда. Я недавно был в гостях у своего знакомого. У него полные стеллажи. Уверяю вас, он их не читал. Я начал его зондировать на интеллект и понял, что он их не читал, а собирал. Это происходит потому, что люди думают, что книги на полках это знак качества. Вот я умный. Еще очень хорошо подходит под интерьер.
Вячеслав Суриков Как вы для себя определяете насколько вам интересна та или иная книга?
Георгий Петрович Чувство вкуса к хорошей литературе формируется методом чтения хорошей литературы. Для того, чтобы оценить чужой интеллект, нужно иметь свой. Для меня не очень важно даже содержание. Вот я открываю книгу, иногда, достаточно нескольких предложений. Для меня стиль изложения важнее содержания. Конечно, важен железобетонный сюжет — нельзя читать ни о чем. Но все-таки главное это стиль, по крайней мере, для меня.

Роман Безучастный. Относительно «Великого Деланья» Александра Сергеевича Кончеева

Я знал одного дворника, убиравшего у нашего дома. Он был аккуратен и почти всегда трезв. Однажды я увидел, что у картонной коробки — в которой дворник нес мусор к контейнеру — лопнуло дно и все содержимое вывалилось на землю. Будучи в добродушном расположении духа, я посоветовал пользоваться ведром в подобных целях.
— Хотите — я вам дам? У меня, кажется, где-то есть ненужное.
Дворник поблагодарил за предложение, и, заклеив скотчем дно у коробки, стал собирать в нее рассыпавшийся мусор.
— Дело в том, что я не могу пользоваться ведром, — сказал он. – Мой дом в двух кварталах отсюда, и инструменты мне приходится носить с собой.
Я непонимающе моргнул.
— Разве вы не знаете, что есть примета: баба с пустым ведром – к несчастью? — последовало пояснение. – А в моем случае — мужик! Это же наверняка – вдвойне хуже. Мне идти два квартала с пустым ведром в руках, это ж скольким людям я несчастье принесу…
— Но, — попытался возразить я. – Нет же такой приметы – про мужика с ведром. Да и вообще…
— Ну, а зачем рисковать? Тем более, что мне не трудно использовать коробки для работы.
Читать далее

Юрий Аракчеев. Открытое письмо министру культуры

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО
министру культуры и массовых коммуникаций РФ А.Соколову
Уважаемый Александр Сергеевич!
В интернете прочитал информацию о Вашем выступлении на заседании Совета по государственной культурной политике при Председателе Совета Федерации РФ, состоявшемся 11 мая с.г. Как писателя меня не может не волновать все то, что говорилось на заседании и что говорили Вы в своем выступлении. Примеров, подтверждающих сказанное можно привести множество. Считаю своим долгом поведать Вам о своем опыте, поскольку это именно то, что я лучше всего знаю и за что отвечаю полностью.
Я состою членом Союза писателей с 1976-го года — 31 год. Хотя никогда не заигрывал с советской властью, не был членом КПСС, отчаянно воевал с цензурой, однако мне удалось опубликовать десяток полновесных книг, столько же «для самых маленьких» (в издательстве «Малыш») и десятки статей, рассказов и повестей в самых центральных изданиях. Как правило, все это пользовалось успехом, книги не залеживались в магазинах и библиотеках, достаточно широко и комплементарно рецензировались. Одна из рецензий, к примеру, называлась так: «Изготовление душ хорошего качества». Мое имя входило в «обойму молодых и перспективных», меня поддерживали признанные авторитеты нашей литературы — А.Т.Твардовский, Ю.В.Трифонов, Б.Можаев, Ф.Кузнецов и другие. Моя повесть «Пирамида», опубликованная в журнале «Знамя» в разгар «перестройки», побила все рекорды по количеству поддерживающих читательских писем и занимала самые верхние строчки «рейтинга читательского интереса».
С приходом новой власти положение резко изменилось. Вот уже больше десятка лет я не могу ни издать, ни переиздать ни одной книги. Прилавки «развалов» и полки книжных магазинов заполнил пёстрообложечный поток истинно криминального чтива, либо отечественного, либо переводного, причем на самом примитивном, отнюдь не художественном уровне, не дающим пищу ни для ума, ни для сердца. С полной ответственностью утверждаю, что подавляющее большинство наших издателей превратились в беспринципных дельцов от литературы, фактически этаких наркобаронов, издающих беллетристический наркотик, разрушающий психику читателей, отучающий их мыслить, прививающий полное равнодушие к нравственным проблемам, пестующий ненависть и склонность к разврату и насилию. Издатели ссылаются на то, что таков, мол, читательский спрос, а потому они издают именно такую продукцию, руководствуясь «потребностями рынка». Это полная чушь, ибо «спрос» этот создали и рьяно поддерживают они сами — разумеется, вкупе со СМИ и общей политикой «дикого рынка», которой, увы, упорно следуют наши псевдодемократы. Цивилизованный рынок — это вовсе не стихия, для того и существуют социальные институты, чтобы организовывать, окультуривать общество, а не следовать диким инстинктам толпы. Наши же издатели, кругозор которых, увы, печально ограничен, поддерживают и усугубляют стихию, ибо так им легче обогащаться — не надо трудиться над качеством произведений, не надо платить достойные гонорары писателям, достаточно нанять «литературных негров» и «раскрутить» определенный «брэнд». За ним еще один и еще. О настоящей литературе нет и речи, она не только не нужна издателям, но смертельно вредна им. Именно смертельно, ибо появление и раскрутка настоящей литературы сильно осложнило бы «рыночный успех» незатейливых сегодняшних литподелок. Они, издатели, и родили пресловутый термин — «формат». Это гораздо хуже, чем печально известные советские «рубрики» или Ленинское представление о литературе как о «колесике и винтике пролетарского дела». Сегодняшний издательский «формат» — это максимум стёба, «прикольности» и полнейшего примитивизма. Естественно, что рукописи любого нормального — тем более истинно российского, то есть болеющего за страну и людей — писателя не укладываются в «формат» ни коим образом. Не укладываются в него и мои рукописи — а их скопилось у меня на 12-томное собрание сочинений. Причем острых, злободневных и, уверяю Вас, вполне качественных. Они не содержат «ненормативной лексики», «приколов», стёба, трупов и извращений, тем не менее по-настоящему СОВРЕМЕННЫ. За что отвечаю. Дело доходит до парадоксов: некоторые издатели открыто восхищаются моими рукописями — в том числе и для детей, — но издавать их не решаются, ибо все они, по их мнению, «не в формате».
Этот пресловутый «формат» — и есть на самом деле главная причина того, что настоящей современной литературы у нас сегодня нет, Россия перестала быть самой читающей страной в мире, а 80% читающих превратились в 7. Упомянутые многими на Заседании интернет, мобильники и ТВ, разумеется, тоже влияют на падение интереса к книге, особенно потому, что и их уровень также печально соответствует «формату». Изначально всему виной, конечно же, «дикий рынок» и слепое, я бы даже сказал ТУПОЕ следование не лучшим американским и западноевропейским образцам, а также навязанное нашим гражданам желание обогатиться материально любой ценой. Наш «социальный маятник» от советского «Прежде думай о Родине, а потом о себе» качнулся в прямо противоположную сторону. Результаты — вокруг нас.
Необходимы серьезные перемены в политике и идеологии государства, и эти перемены вполне могут начаться со СМИ и издательств. А это — в Вашем ведении, господин министр.
Пока же писатели, не желающие предавать и продавать себя, встраиваясь в «формат» — и я в том числе, — испытывают совершенно четкое ощущение ЗАПРЕТА НА ПРОФЕССИЮ, торжествующего в нашей стране. Перед нами — стена. Мы не можем пробиться к читателям, а читатели не в состоянии пробиться к нам, они даже не подозревают о нашем существовании. Психолог Марк Сандомирский, в частности, выступивший на Заседании, совершенно точно сказал о катастрофической примитивизации и деградации населения. В нашей стране сейчас торжествует ЦЕНЗУРА ГОРАЗДО БОЛЕЕ ЖЕСТОКАЯ, чем была в Советском Союзе. Я один из свидетелей этого и отвечаю за свои слова. В подтверждение сказанного готов предоставить и рукописи — в том числе для детей, — и фотоальбомы, так как некоторые из моих книг связаны с фотографией, которой я профессионально занимаюсь уже около 40 лет.
Считаю себя истинно русским — российским! — писателем, всегда был верен Родине и великим традициям классической русской литературы, одной из лучших — человечнейших! — в мире. Уверен: будущее свободной России и ее литературы только в этом.
С уважением к Вам
Юрий Аракчеев,
член Союза Советских и Российских
писателей с 1976 года,
член Союза фотохудожников.
Москва. 17 мая 2007 года.
http://arakcheevyuri.narod.ru/letter.htm

Андрей Корнев. ЛИТЕРАТУРА

завершение цикла «Три экзистенциальных романа»

В центральноевропейском кабачке города N по вечерам собирались любители латиноамериканской литературы. Их было всего трое, поскольку Европа самодостаточна и признает иногда наличие Африки, но сомневается в целесообразности Южной Америки.

Эти трое не были критики, а скорее любители с искушенным вкусом. Бывший морской офицер преклонялся перед Кортасаром, физик-аналитик боготворил Борхеса, преподаватель в частном пансионе предпочитал Маркеса. Завсегдатаи кабачка, они заказывали, конечно же, мартини, и отстаивали право любимых писателей на трактовки мира, космоса, человека.

В тот вечер у морского офицера был юбилей, если он конечно его не придумал, чтобы завладеть направлением разговора.

— (Офицер) Господа, я прошу выпить за свободу передвижения в пространстве. В морской истории, пожалуй, как нигде, представлен Кортасар. Эти бермудские и прочие треугольники суть квадраты шахматной доски Господа Бога, где время и пространство теряют постоянные величины и становятся относительными.

— (Физик) Тост двусмысленный, но я выпью за здоровье Борхеса, в каком бы измерении он ни находился. Что есть Божественная комедия – ничто, слабые потуги человеческой логики представить устройство вселенной. Борхес действительно Божественный, он вне времени и пространства, надмирный и вселенский. Игрушки со временем, Филадельфийский эксперимент*, как это примитивно, господин мореплаватель.

— (Преподаватель) Я предлагаю выпить за свою покойную бабку Амаранту. Нет, черт возьми, ее звали Натали, впрочем какая разница, если она была русской. Так вот, иногда она приходит ко мне и говорит…

— (Офицер, прерывая любителя Маркеса) Нет, позволю не согласиться, есть мир прошедший и настоящий, будущее необъяснимо, космос бесконечен. Все остальное есть спекуляция воздухом. Я чувствую свои кельтские корни, иногда я раздваиваюсь и говорю на непонятных языках пращуров.

— (Физик, сухо) Это от лишнего бокала Мартини. Космос, к тому же, метафизичен, как и природа человека. Но две метафизики, стремящиеся познать друг друга, не могут соединиться. В этом трагедия рода человеческого.

— (Преподаватель, неожиданно вмешивается, продолжая прерванный монолог) …что все это ерунда, самообман, нас съедят черви, великолепные белые, черные, голубые, красные черви пожрут нашу плоть. Разноцветные праздничные ленты червей и воспоминания о некоторых из нас, вот и все. Давайте выпьем за…

— (Физик, прерывая) Процесс познания непознаваемого. Жребий придумал человек, чтобы подменить богов. Я уверен, что сегодня буду беседовать с Борхесом, но он об этом еще не знает. Я тоже не знаю, но я уверен, что беседа рано или поздно состоится, а это значит, что она может состояться сегодня.

— (Офицер, язвительно) Или уже состоялась, а вы этого не заметили. Миру логических картинок вы пытаетесь противопоставить мир алогичных картинок, что в сущности одно и тоже. Переливание из пустого в порожнее – вся ваша философия вневременного бытия.

— (Преподаватель, кажется совершенно не обращая внимание, что его не слушают)… за плоть и кровь. Моя бабка, по-моему ее звали Эдит, говорила мне вчера утром…

— (Физик, обиженно) У вас нет никакой бабки, вы сирота, у вас вообще никого нет, что впрочем не мешает быть частицей космоса.

Преподаватель пьян, как, впрочем, и все остальные. Он растроган и пытается поцеловать Физика, тот отстраняется и проливает мартини на форменные брюки Офицера. Между ними завязывается потасовка, и всех троих выставляют из кабачка.

Преподаватель бредет по незнакомой дороге, поют сверчки, полнолуние, издалека слышатся обрывки голосов.

— (кажется, Физик) Эта звезда… мироздание, есть Здание Мира… Я уверен в метафизическом бессмертии…

— (кажется, Офицер) Я верю не в духов, а в душу… ваше мировоззрение фамское**… никогда не понять сущность поэзии.

Любитель Маркеса спотыкается и падает, земля теплая и сухая, она щекочет щеку. Преподаватель пытается открыть глаза, но это ему не удается, и он проваливается в сон.

Утренняя свежесть пробуждает спящего, он трясет головой, потягивается и замечает ровные ряды крестов. Оказывается, ночь он провел на городском кладбище. Рука скользит по гладкой поверхности служившей ему подушкой. Это отполированная желтая поверхность лобной кости. Любитель Маркеса еще раз с удовольствием потягивается и, обращаясь к черепу, говорит: «Ну что, приятель, как дела? Сто лет в одиночестве?»

Он идет по направлению к пансиону, прижимая к груди череп своей прабабки, урожденной Амаранты Урсулы Буэндиа***.

Прим.:

* В 50-е гг. американцы, в ходе экспериментов по преодолению трехмерного времени, якобы смогли на несколько секунд «спрятать» во временной дыре боевой корабль ВМФ США.

** Фамы – персонажи из притчи Кортасара. В какой-то мере выступают демонстраторами «мещанского» большинства.

*** Амаранта Урсула Буэндиа – персонаж из романа Маркеса «Сто лет одиночества».

Андрей Корнев на портале Хайвей

Алексей Уморин. Хроники МАРСИАНИНА

«Небо, если ты слышишь, пошли ему мобильный телефон — этот, ну ты знаешь, или, на худой конец, тот, ну, знаешь тоже, ты же не с Марса, ты на Земле: то есть Крутой, Мобильный, Т… «КМТ». А то сойду с ума.»
Я марсианин. Упал с Марса, а он – он тут свой и хочет крутой мобильный телефон. Крутую «но…» или, на худой конец, «со…» – не решил. Но хочет так, что у него скулы сводит. Сводит, сводит, сводит…. И я возвожу глаза в круглое небо, из которого вывалился вчера и думаю: «Небо, если ты слышишь, пошли ему мобильный телефон — этот, ну ты знаешь, или, на худой конец, тот, ну, знаешь тоже, ты же не с Марса, ты на Земле: то есть Крутой, Мобильный, Т… «КМТ». А то сойду с ума.» Но это небо молчит, а моё далеко. Хотеть КМТ теперь такое же общее место, как искать туалеты зимой на улицах. Летом — да, летом всюду привет, надежда — надежда и запах, и синий цвет спасительных кабин, сонные бабушки с туалетной бумагой. Но зимой… Кто не бежал по улицам холодного зимнего Города (в любой точке) тот вчера еще был марсианином. Отвечаю.
И нам его не понять, как и то, что вы не хотите крутой… Ну, вы поняли.
Прикинуть только: входишь в автобус, а у тебя в руке… Ой, что у тебя в руке!!! Смотрите все, то есть слушайте, а потом и смотрите: вот сюда, в эту руку, в которой у него — что?
Правильно, КМТ.
Я – враг КМТ. Я, марсианин, – их, – категорически поперёк. И если что, если они окончательно победят, улечу обратно на Марс. Что остаётся делать? …В Китае это дерьмо просто зачерпывают лопатой. Из Америки приезжает пароход в полморя размером, и выдувает из себя прессованные контейнеры с мусором, который мексиканские нелегалы сколько-то отсортировали на удалённых от городов фабриках. И пластиковый компост китайцы еще раз сортируют, мелют, моют и – варят мобильники. Там, в рассоле рисовых полей они набухают на стадии закисания, проходят сбраживание, сцеживания, разбодяживание, проклевывают скорлупки и – вот уже, вскрякивая, сплёвывая и попукивая, скачут по столу разные, серебристые, чёрные, красные, прыгают, шерудят лапками… «Кууд-куда! – говорит им электронный пастух, и лопатой сметает подросших в мешок, разобрав по отдельности: крылья, гребни, перо… Особенно и по отдельности – кукарек. Кукареки — отдельным мешком. В Эмираты, и, далее, везде. —
«Немецкие, финские, английские…» Какое! — Выгода держит сей мир. Комплектующие все с рисовых плантаций за Великой Стеной, — разве что, сборка…
Но — ему на это плевать. У них, видите ли, в школе уже не можно с «вокст…», у них там у всех уже…, и давно … Я долго оставлял это «уже» на совести тех, кто «уже» покупают. Однако, после четырёх месяцев конкретного отказа носить простенький, но цветной, с великолепным кукареком «вокст…» — я выдрал, с подкладкой вместе, заначку и пошли мы ПОКУПАТЬ.

ПРИОБРЕТЕНИЕ.
Столичный рынок телефонов богаче, чем предполагалось. Раскладушка, которой пользуюсь, тут уже по унизительным 30 – 50 долл., плюс — непрерывная материализация из воздуха молодых людей, решительно хватающих за рукав: «Что продаёте?». Видимо, здесь на покупателя не так просто и вытянуть. Предметы, отдалённо напоминающие кошелёк, на этом рынке режут сразу. Заранее решаешь – где прятать заначку. И то ли зажать в кулак и — карман штанов, то ли надеяться, что из внутреннего застёгнутой куртки всё таки не достанут… Наконец дошли …
– Серебристые, полосатые, чёрные, чёрные, еще раз черные, серые, белые с большим окошечком и с окошечком малым, кнопочки тут, здесь, там, кнопочки по бокам и «аж вот так », и даже вовсе без кнопочек, когда он бревнышком или десантной баржОй. Ой-ой! Сюда надо — не раз и не два, твёрдо зная, чего ищешь и тогда только есть шанс удалиться с гордо поднятой головой. Или сплюнут, — мимо которых просто прошёл, запрезирают — у кого спрашивал, и пошлют вслед цыганский заговор «на кривой нага» — кому пообещал, да не вернулся. Ну, денег пожалел. Или — «кривой нага спотык напался»…
Нельзя покупать на рынке. Слишком много всего. И слишком телефоны тут похожи на маленьких человечков, потерявших родителей, или б\ушных кукол, глядящих в ряд из-под стекла витрин мёртвыми лицами.
И нахальные продавцы. И тесно как-то, бок о бок с карманниками. И милиция – поголовно милиция, чисто вымытая и откормленная, у дорогих моделей, никогда не поодиночке милиция, но всегда вдвоём, втроём… Здесь отчётливы технологии власти. Манеры её.
…Мы бежали. И даже удалось пробраться через ряды молодых людей с деревянными остеклёнными коробочками, продающими, и не так, чтобы совсем задешево, телефоны понятного происхождения не скрываясь, глаза в глаза, и неясно только, почему милиционеры, прохаживающиеся окрест, не берут всю эту организованную гоп-компанию и не везут, зарешётив, туда, где ей и положено. Однако мораль моралью, а проблема осталась висеть. ..
…Если вы ездите на машине, то есть в личном сейфе, вы, под замком легко сохраните себя, — свои глупости и привычки, спасая от хирурга реальности. Так что, если вы передвигаетесь на авто, или, на худой конец, совершаете пятиминутные броски в маршрутке, дальше лучше не читать. Но если стать ближе — жЫзни народной, то, вы, бесспорно, из пригородных автобусов. Обычно, — рыдван, (той или иной степени громоздкости, возраста, колёсной оснастки и дурной исправности) передвигается по путям Родины, дымя, спотыкаясь и припадая на заднюю правую, но неизменно курлыча исправной музыкальной шкатулкой. Здесь любой пытается дать представление о себе демонстрируя телефоны. (Не пинаться же всю неделю, пивом укушамшись, для этого пятницы вечера существуют.) И достают телефоны, и вот, что за день душа приняла, через мобильники вываливают на соседей.
…Чего только не наслышишься в пригородных автобусах. Звонят почти непрерывно, в течении часа или получаса пути. Всплески музыкальных сигналов совершенно меняют сам дух поездки, словно бы не надоевший рейс, а первомайская демонстрация. Не хватает только дикторов. Но их с успехом заменяют функция громкой связи. О, эта громкая связь, через которую проигрываются файлы допотопных форматов, визжа, рыча и распугивая всё живое в радиусе осколочного поражения Ф-1. Я бы так и называл эти форматы Ф-1. Сейчас, конечно, осколочные гранаты сейчас придуманы новые, более современные, но принцип тот же: вошёл, нажал и – все умерли.
Я Марсианин. Я еще помню времена, когда от транзисторов не было спасу ни в магазинах-улицах, ни в автобусе. Кто-то из фантастов даже придумал Чёрного Робота, который входил в автобус и тупо жрал подряд все поющие транзисторы. И никто с ними ничего поделать не мог. Увидевши милицию, робот быстро дожёвывал очередное музустройство и, сплюнув батарейки в сторону преследователя, сворачивал за угол, где исчезал. До следующего транзистора. Я подумал, что, как бы ни хотелось, а Чёрных роботов долго еще не появится, и поэтому мы предприняли еще раз попытались купить телефон. Типа КМБ
Газетные объявления – суть ужас и гибель для человечества. Всяк, купивший газету типа «Из рук в руки», заранее трепещет отворяющихся просторов. За каждой строчкой здесь райские кущи на б\ушных диванах, то рота дежурных джиннов, сию же секунду готовых отстроить дворец. За «сущие копейки». Так же трепетал и я, разворачивая эту страницу объявлений, и читая…
И ОНО пришло. Когда «оно» приходит, первое правило: не рыпайся вернуться, отказаться, выбросить газетный лист. Искал — накликал. Попался. Всё. Ибо давным давно решено и там, в завтра ты уже отдал искомую сумму — не спрося половины того, что надо, не проверя и трети, что необходимо и уже рыдаешь или всё еще радуешься, но «бу. спок»: зарыдать еще придётся. Придётся. Жизни нет, когда только радоваться.
Так и вышло. И солидно обдуманный план приобретения, когда деньги отдаются в последний момент, рухнул, и сын, вроде такой многознающий, прошляпил, и ты, ты сам, который всего день назад знал, что прежде всего поверяются механические детали, забыл всё на фиг, потому что стоит только взять в руку это… Это вот чудо, это поющее, разговаривающее, умное и с огромным экраном чудо, как сразу отсыхает язык, всему миру говоришь «да», смолкаешь и, преданно глядя в глаза небритому, но очень симпатичному продавцу («потому что деньги очень нужны, потому что сложилось так, мы и мебель сейчас распродаём») – ты веришь, веришь, веришь. И суёшь деньги, и, со странным толчком в сердце глядя на удаляющиеся его плечи в светлой куртке, думаешь: «А почему у него были рваные кроссовки?», но эта мысль немедленно перебивается другой, третьей, потому что в самом светлом сомневаться нельзя, а телефон в руке явно тот: К.М.Т. и можно не сомневаться, что носить его дитя станет. Короче, когда спустя пять часов, уже дома выясняешь, что устройство порядком таки угроблено, настроение издаёт этакий музыкальный взвизг, как перерезанная струна.
Или горло.
…Сна опять нет. 200 баксов маячат перед глазами, как голова кобры, …И все, что хочется, это накрыться подушкой и медленно опуститься в нирвану. 200 – это как раз столько сколько тебе хватило бы на…- И следует длинный список вещей, и маршрутов, которые можно было бы… Но – сам дурак. …Утром стало намного легче, а в конце дня нам телефон исправили. …Всего за 12 долларов. И мастер по доброте душевной еще и закачал в него всякой всячина на столько же…

Сейчас, месяц спустя, когда урожай восторгов собран и он порой забывает вытащить телефон из кармана куртки, придя из школы, я начинаю потихоньку собирать доводы, почему всё таки стоило покупать этот … телефон. Конечно, это не потому, что восторги. У КМТ есть 2 мп. камера, а это тоже способ видеть окружающий мир. Мы отделены от мира, мы уже не охотимся на охотимся на сурка или мамонта, мало того, поголовно прикрываем глаза очками. Поэтому — ПРИСПОСОБЛЕНИЕ.
Конечно, теперь, когда бы ни позвонить, сын наверняка откликнется, если только мобильник не окажется в этот момент в лапках одной из многочисленных подружек, которые просто нажимают отбой. Почему то прежний его телефон девочек не прельщал?
Конечно, это всё Китай, «Агент, — ударяя на первую букву, — влияния». — В любом, кто еще из Страны Советов, «прошит» пограничный пёс Алый вместе с собакой Карацупы, орлы великой битвы с «Агентами» ЧИНАнизма. Вечная им память, хвостатым героям, но их давно победили, жить сейчас без китайщины нельзя . Это уже почти как не дышать.
И, наконец, теперь, входя в родную пригородную электричку вечным маршрутом на Петушки или во влачащийся мокрым брюхом аки гад земной, автобус, я с горделивой уверенностью переношу все эти невероятные, дикие полузадушенные хрипы простеньких мобильников, Из которых их бедные владельцы любыми способами извлекают «песню». Хоть Кобзон, но «Шоп Голос был»… И я по-прежнему слушаю эти «песни», хрипящие, воющие над ухом, но, почему-то, уже не хочется вскочить и, махая руками, жрать пластмассу, сплёвывая батарейки, на манер Чёрных Роботов, — потому что — У ДОМА, У ТЕБЯ ЕСТЬ ПОЛУЧШЕ. На Земле надо, чтобы всё как у всех. Даже марсиане это теперь понимают.

Вопрос только в одном: когда и себе смогу купить столь же шикарное китайское пластмассовое с фотокамерой и прочими наворотами дерь… то есть, КМБ. На Земле можно жить — (даже при недостатке синих кабинок) лишь при этом условии.

УМОРИН Алексей.

Лембит Короедов. Арт-путеводитель для пацана с баблом

Маршрут 1. Владимир Чирков

Вкратце по сути проекта. Все мы знаем, что такое Андреевский спуск. Место в городе Киеве, где продают сувениры для иностранцев и прочих гостей столицы. Во всяких матрешках, буденовках, можжевеловых деревяшках, подушечках и футболках киевского Динамо сами разбирайтесь: щупайте, кусайте, нюхайте, торгуйтесь, покупайте оптом. Мелочевка это все, каждому по карману, приехав из киевской командировки, одарить этой дрянью всю родню и весь офис, от бухгалтера до уборщицы.
Цель же этого проекта — привлечь внимание людей с баблом, стремящихся, дабы не слыть лохом, вложить это самое бабло в настоящее искусство, а именно — в живопись, к настоящим художникам, выставляющим свои картины на продажу на Андреевском спуске.
Всем известно, что ни один уважающий себя пацан самолично за картинами не ходит, не по статусу это — за картинами ходить, чай не в кабак. Поэтому, за картинами посылают секретарш, шоферов и всяких других на побегушках, выделяя им при этом некоторую фиксированную сумму — типа, на, купи чето на все. Изредка, за картиной может сходить жена или дочь баблоимущего, но для этого она должна быть достаточно экзальтированной особой, чтобы купить какую-то там картину вместо семисотой пары босоножек Кавалли. То есть, руководство это предназначено скорее для исполнителей желаний настоящих пацанов, поскольку самим пацанам читать и покупать недосуг.
Вначале хотелось бы просветить баблоимущих и их полномочных представителей насчет так называемых галерей. Запомните главное — в галереях вам толкают фуфло. Если какой-то ваш дружбан-банкир или лоер советует вам купить такого-то мазилу в такой-то галерее и говорит, что это круто, потому что все остальные пацаны купили, зарубите себе на носу — вас разводят. Чаще всего за откат. Если ваш лоер присоветует вам выкупить в галерее Карась наклеенную на доску веревку, обмазанную солидолом и еще чем-то отдаленно напоминающим говно, то будьте уверены — он сам эту веревку туда и присунул, чтобы вечерами, собравшись в тесном кругу таких же лоеров, обосрать вас по полной, как лоха-васю со Жмеринки, рассказав всем, как он толкнул вам за столько-то баксов продукт производства собственной жопы. Среди таких же лохов-вась вы, может, и прослывете эстетом, выкупив говно в два раза дороже, чем они ранее выкупили в той же галерее блевотину, но, не дай бог, в ваш дом в кои-то веки заглянет человек, разбирающийся в искусстве, к примеру, любовник вашей жены, то позору не оберетесь. А ведь это самое страшное — опозориться в глазах любовника своей жены.
А потому — идите на Андреевский. Там, среди кучи хлама и поделок для менеджеров среднего звена, покупающих в складчину для своих маленьких боссов картинки, намалеванные ушлыми мазилами тут же на Андреевском в течение получаса, можно обнаружить настоящее искусство, за которое, вложи вы в него малую толику лишнего бабла, не будет стыдно не то, что перед жениным любовником, но и даже перед случайно заблудившимся у вас дома японским туристом.
Итак, перейдем к главному. В данном путеводителе с неизвестной регулярностью (целиком зависящей от посещений автором Андреевского спуска) будут выкладываться описания маршрутов, следуя которым вы надыбаете настоящие произведения искусства и возымеете, быть может, последний в своей жизни шанс прослыть человеком, знающим в нем толк.
Маршрут 1. Владимир Чирков.

1. Где.
Не доходя чуток до замка Ричарда есть поворот направо в так называемую аллею. Этот поворот всем известен, так как со времен Батыя там стоит распивочная со столиками. Правда, со времен Батыя пиво там сильно подорожало, собака. Последнее цена — 8 гривен за разливное Черниговское. За Варштайнер, водку и пожрать я уже и не спрашивал. Воспринимайте это как знак — зона элитарного искусства. По аллее проходите до середины и смотрите все время направо. Налево не надо — там корабли всякие галимые, а чуть дальше тетки голые, иногда удачные, иногда — нет. Тетку тоже можно купить, если вдруг кого-то напомнит, и если вы уже не краснеете, покупая в аптеке презервативы, но соизмеряйтесь в цене — с голыми тетками полотна большие, а значит краски пошло много — торгуйтесь. Впрочем, о тетках с сиськами не миновать отдельной статьи, так что продолжим наш путь, глядя направо. Пришли. Вот он — Владимир Чирков.

2. Как опознать, и что нарисовано.
Продает картины Чиркова бородатый молодой человек, похожий ликом на Алешу Карамазова. Если вы не в курсах, что за пацан — Алеша Карамазов, то смотрите так — похожий на попа, только не в рясе, виду малахольного. Худющий такой, в джинсах. Это не Чирков, а какой-то его апологет. Ну, в смысле, мазу за него тянет по доверенности.
В порядке крутизны выставлены следующие картины:
1. Групповой портрет школьников с учительницей.
На картине изображены сидящие на лавке школьники, мальчики и девочки, ориентировочно класса 5-6-го, а посредине — учительница. Картина представляет собой стилизацию под известные школьные групповые фото. Фон мрачный, поскольку школа — где-то годов 60-70-х прошлого века, дети в галстуках, зашоренные и изможденные. Лица у всех, включая учительницу, не то, чтобы дебильные, но такие лица бывают у людей имеющих строение челюсти наподобие крысиного. Это, судя по всему, фишка Чиркова — крысы, лица всех его персонажей более или менее крысиные, только одни похожи на глупых и некрасивых крыс, а другие — на умных и красивых крыс. Настроение картины — мрачно-юмористическо-ностальгическое, из разряда — зато тогда все жили дружно, день рождение справляли и навеки провожали всем двором.
Цена картины — 680 баксов.
2. Портрет первоклассницы в полный рост.
На картине изображена девочка, идущая в школу. В парадной форме и с цветком в руке. Цветок, кажется, астра. Продолжение школьной темы, но дешевле. Стоит 350 баксов. У девочки лицо печальной крысы и стоптанные башмаки. Судя по башмакам, годы — еще 60-е и городок не столичный. В общем, настроение картины — ностальгическо-провинциально-оптимистическое, из разряда — все такими были, но когда-то же оно, бляха-муха, кончится.
3. Солдаты на джипе.
На картине изображены вгашенные солдаты на джипе. Солдаты — американские, судя по тому, что на них нет пилоток да и собственно потому что на джипе. Додж, что ли, джип этот называется американский, военный. Не суть. Косвенно национальность солдат подверждается еще и подписью на картине. Если на других написано — Чирков или Чирковъ, то на этой — Chirkoff. То есть, налицо конъюнктурное приспособленчество автора под баблистых пиндосов, могущих питать какие-то чувства к собственной военщине. Лица солдат тупые и обкумаренные, похожи они на отожравшихся на казенных харчах крыс. Бошки, известно, лысые, во все стороны торчат автоматы. Или эти, как их, винтовки М-16, я не приглядывался. Настроение картины — юмористично-кумарно-оптимистическое, по типу — пиндосы тоже люди, когда вгашенные.
4. Крыса собирается сожрать пирожное.
На картине изображена, собственно, крыса, собирающаяся сожрать пирожное. Лицо у крысы крысиное и азартное. Рука с вилкой занесена уверенно, видно движение и напряжение момента. Настроение картины — юмористично-оптимистическое, типа, крысой каши не испортишь.
5. Оса в банке из-под сгущенки.
Единственный персонаж Чиркова, не имеющий крысиного лица — это оса, сидящая на банке из-под сгущенки. Настроение картины — чисто оптимистичное, типа, сгущенка — это наше все.
6. Все остальное.
На остальных выставленных картинах изображены всякие персонажи с крысиными лицами, включая какого-то мальчика в камзоле и девочку в старинном платье. Видимо, стилизация под старину седую. Типа, инфанты Веласкеса с неправильным прикусом. Впрочем, на эти картины я внимательно не смотрел. Внимательно я буду смотреть, когда мне будут откатывать по 50 бакинских комиссаров за заметку. Короче, купите первые 5, а остальные посоветуйте кому-то другому, не прогадаете — у вас будет подборочка круче.

3. Где повесить.
Важный вопрос при покупке картины. Если размазанное гамадрилом говно из галереи можно повесить где угодно — от клейма лоха не спасетесь, то с настоящим искусством нужно быть поосторожней. В этом и признак настоящего художника — где попало его не повесишь. Где же нам повесить Чиркова?
1. Если вы накопили 600 баксов, но при этом у вас однокомнатная квартира и вы чисто закосили под нормального пацана, лучше, вместо картины, купите на эти 600 баксов своей девчонке путевку в Турцию, а сами не едьте, вам уже ничто не поможет. Нельзя вешать Чиркова там, где живешь. Представьте себе, что значит наблюдать в течение нескольких лет крысиные хари, и отступитесь от этой идеи.
2. Чиркова можно вешать на даче, но опять же — не в гостиной, а лучше где-нибудь на втором этажике, на чердачке, в бильярдной, в комнате для охотничьих трофеев или в потайном кабинете. Короче, в месте, куда вы приходите побазарить с друзьями по душам, когда уже приняли по триста капель на рыло. Тогда эти крысы Чиркова хорошо лягут в масть под настроение.
3. Какую-то крысу можно повесить по приколу в комнате жены или дочки. Ну чиста, чтоб поглумиться. Но только одну, если вы не зверь, конечно. Лучше вот ту девочку-первоклашку.
4. Оса и крыса с пирожным неплохо впишутся в коридоре или прихожей, если они у вас такие темненькие. В детской тоже сойдут, если только там обои не с паровозиками.
5. Американскую военщину можно подарить, если денег не жаба, какому-нибудь деловому партнеру-американцу, опять же, чтобы тонко поглумиться. Не хуже прикол — подарить этот же холст приятелю-бывшему прапору, тоскующему по советской военной мощи. Ее же можно повесить в комнате для охраны или у начальника безопасности вашего банка.

И резюме вам напоследок. Денег чирковские картины стоят от 300 до 700 басков. Соизмерьте это с вашими доходами и уразумейте, что покупаете настоящее за дешево. Если не вы, то пиндос какой-нибудь точно выкупит, а вы, будучи у него в гостях, будете мямлить, как баран: «Дэээ, у нас много талантов», а потом в качестве алаверды купите в Америке постер с теткой в ковбойской шляпе на корове.

Лембит Короедов

Дженни Перова. Модильяни

В ГМИИ им. А.С. Пушкина открылась выставка Амедео Модильяни

Модильяни – это первая любовь.
Живописи его я не знала (да и где ее было увидеть?),но романтический ореол одинокого, непонятого современниками гения (к тому же – такого красавца!), богемная парижская жизнь (абсент, гашиш бесконечная череда романов – ах, Амедео!), ранняя смерть художника и трагическая гибель его возлюбленной Жанны Эбютерн – столь впечатляюще разыгранные Жераром Филиппом и Анук Эме в знаменитом фильме «Монпарнас, 19» – все это заставляло трепетать мое юное сердце.
Потом – Илья Эренбург со своими очерками-воспоминаниями.
Потом – Анна Ахматова!
Анна Ахматова, бросающая розы в окно Моди – а он не верит, что розы прилетели в окно: они так красиво лежали, наверное, ты вошла и специально их разложила!
Рисунки обнаженной Ахматовой (Совершенно неприличные! Нет, ты видела?!) – словно высеченные в бумаге резкими уверенными линиями.
Бледные репродукции из журналов, с которых странные длинношеие женщины смотрели на нас так же недоуменно, как и мы на них… Помните, в фильме «Служебный роман» – в квартире Людмилы Прокофьевны висит на стене именно такая репродукция?
И вот оказалось, что в живописи Модильяни нет ничего бледного и худосочного – она яркая, живая и таинственная. Она пульсирует красками и ударяет линиями, она полна энергии и драматизма.
Портреты, при всей их условности, необычайно похожи – в этом убеждаешься, узнавая модели на фотографиях: нелепый утконосый Хаим Сутин, гротескный Макс Жакоб, сдержанно скромный Леопольд Зборовский.
Конечно, сходство изображения и модели не столько физическое, сколько ментальное, духовное – да и нелепо было бы требовать от живописи «портретного» сходства после изобретения фотографии.
Когда Леопольд Сюрваж стал возмущаться, почему это у него на портрете только один глаз со зрачком (?!), Модильяни ответил: «Потому что ты смотришь на мир одним глазом, другим ты смотришь в себя…»
Женщины на портретах Амедео все «смотрят в себя», их голубые глаза-льдинки бездонны, их лица замкнуты и отстраненны, полны женственной силы и «затравленной нежности».
Они гротескны и прекрасны: нелепая девочка в черном переднике – усталое дитя города со взглядом брошенной собаки, которая ничего не просит и ни на что не надеется; угловатая Мари – челка, скорбный кровавый рот, неожиданный белый бант в волосах; голубоглазая Жанна – суровая и нежная, безмятежная и трагичная.
Обнаженные женские тела на полотнах Модильяни цветут и торжествуют. Сбрасывая одежды, женщина освобождается и раскрывается – но не делается от этого доступной и понятной. Нагота приближает ее к богине.
В работах Модильяни причудливо и гармонично соединены живопись и графика – линия и цвет равноправны и взаимно поддерживают друг друга. Он был великолепным рисовальщиком, владевшим всеми тонкостями классического академического рисунка, но никогда не боялся «сломать» линию, заострить и приблизить силуэт к гротеску – поставленные рядом рисунки сидящей обнаженной и сидящей Анны Ахматовой (тоже обнаженной) кажутся созданными разными художниками.
Модильяни прожил только 36 лет.
В 1920 году он умер от менингита.
На следующий день беременная Жанна покончила жизнь самоубийством.

Жанна, Жанна, не смотри в окно –
Там отчаяньем исходит полночь,
Комкая разорванное в клочья
Окровавленное полотно…
Жанна, не смотри в окно!

Жанна, не смотри так, не смотри!
Как твои глаза заледенели –
Век не опустить, и еле-еле
Огонек любви горит внутри…
Жанна, не смотри!

И в раме картины, и в раме окна
Жанна – одна.

Живопись Модильяни:
http://www.artprojekt.ru/Gallery/Modigliani/Mod16.html

Морозов Евгений. Web2.0: перезагрузка интернета

Web2.0: перезагрузка интернета
Евгений Морозов | Акция, 6 марта 2006

Феномен Web2.0, что в переводе с компьютерного сленга означает «вторая версия Сети», уже привлек внимание как компьютерных фриков, так и респектабельных изданий вроде Financial Times и Business Week. Эксперты сходятся в одном: интернет на пороге новой эры

Забудьте о собаках — 2006 год будет годом интернета

Феномен Web2.0, что в переводе с компьютерного сленга означает «вторая версия Сети», уже привлек внимание как компьютерных фриков, так и респектабельных изданий вроде Financial Times и Business Week. Эксперты сходятся в одном: интернет на пороге новой эры. Главную роль в этом сыграл рост скоростей и возможностей Сети. Чем мощнее становилась пропускная способность линий, чем настойчивее провайдеры высокоскоростного интернета стучались в дома пользователей, тем больше стандартных программ для оффлайн-пользования мутировало в веб-приложения. Учитывая мобильность современного пользователя, использовать Сеть в качестве центрального хранилища всей информации о встречах, контактах, интересных сайтах и книгах и т. д. казалось логичным: интернет доступен отовсюду и не требует никаких программ (кроме браузера).

Но этого было мало для того, чтобы Web2.0 состоялся как культурный феномен. Пока всех не озарило: раз уж вся пользовательская информация хранится онлайн, почему бы не разрешить пользователям доступ к информации друг друга? Кому-то это может помочь в бизнесе (например, когда над одним проектом работает команда из 10 человек, управлять всем процессом через общий портал со всеми новостями о проекте, дедлайнах, затратах и т. д. — намного эффективнее, чем обмениваться сотнями email’ов). Основное применение эта идея получила в развитии так называемого социального букмаркинга и социального нетвоуркинга, основанного на принципе, что незнакомые пользователи с общими интересами будут рады общаться друг с другом онлайн. Примерно так родились три флагмана Web2.0-индустрии: Flickr, Del.Icio.Us и MySpace.

Web2.0 облегчает жизнь обычным серферам, так как теперь они не просто «шляются» по Сети без дела — они могут помогать категоризировать те сайты, что они посещают, и тем самым помочь другим серферам. Web2.0 сделала всех пользователей ближе друг к другу и значительно облегчила процесс поиска единомышленников. Теперь это можно делать, даже не пользуясь демографически данными (то есть местом рождения, проживания, возрастом), а исходя всего лишь из общих веб-сайтов, что вы посещаете, общей музыки, что вы скачиваете, общих блогов, что вы читаете, и чужих фотографий, которые нравятся вам обоим.

По последним данным, рыночная стоимость интернета перевалила за 1 триллион долларов. Web2.0 на сегодня представляет наиболее привлекательный и многообещающий сектор. Неудивительно, что Google и Yahoo не скупясь покупают десятки Web2.0-начинаний. Однако как именно делать деньги в этой области, понятно немногим. Многие Web2.0-технологии, заполонившие интернет, простаивают без дальнейших инвестиций, потому что единственный инвестор — это владелец веб-сайта, ждущий озарения. Традиционные онлайн-бизнес-модели, с их креном в сторону рекламных потоков, пока что не получили должного распространения: у каждого из бесплатных веб-сайтов в системе Web2.0 по 5-7 конкурентов, которые точно оттянут на себя большую часть аудитории, не особо расположенной к рекламе. Тем не менее, за Web2.0 будущее. В следующем номере мы проведем обзор наиболее интересных Web2.0-приложений и сделаем прогноз, как будет выглядеть интернет в 2010 году.

Что такое Web2.0?
Согласно популярной онлайн-энциклопедии Wikipedia, термин «Web2.0» может означать сразу несколько разных вещей:
— трансформацию веб-сайтов из архивов изолированных кусков данных во много-функциональные источники информации, способные интегрироваться и работать с веб-приложениями пользователей;
— социальный феномен, связанный со способами создания и распространения веб-контента, для которого характерны открытые коммуникациями, децентрализация власти, свободное пользование и обмен, а также видение «рынка как беседы»;
— более организованный, сегментированный и категоризированный контент, с гораздо более взаимосвязанной веб-архитектурой;
— сдвиг в экономической ценности Сети (возможно даже больший, чем во времена дотком—бума в конце 1990-х);
— маркетинговый термин, используемый для отличия и дифференциации новых сетевых бизнес-модели от моделей доткомовского бума, успевших дискредитировать себя в глазах общественности.

Билл О’Райли, ветеран движения и один из главных «архитекторов» Web2.0, дает следующее определение. Web2.0 — это сеть как платформа, объединяющая все подключенные устройства; приложения Web2.0 пользуются скрытыми преимуществами этой платформы: доставкой программного обеспечения в качестве постоянно обновляемого сервиса, который тем лучше, чем больше людей его используют, потреблением и «ремиксом» данных из нескольких источников, включая индивидуальных пользователей, а также доставкой своих собственных данных и сервисов в форме, которая позволяет «ремикс» другими пользователями, создавая сетевые эффекты, для того чтобы обогатить онлайн-икспириенс пользователя.

Жаргон
Фолксономия (Folksonomy). Термин происходит от слияния двух слов: фолк (folk — народ) и таксономия (от taxis — классификация и nomos — управление, то есть управление классификацией). Дословно означает «народное управление классификацией». Фолксономия находится в центре развития Web2.0 и подразумевает сотрудничество между пользователями в управлении громадными информационными потоками интернета. Пользователи помечают любой веб-сайт так называемыми «тэгами» (или «ключевыми словами), а потом обмениваются ими с другими пользователями. Например, если вы забрели на интересный сайт про историю Октябрьской революции, вы можете не только добавить его в «Избранное» или «Мои закладки», но и «пометить» его, поставив следующие тэги: «Ленин», «1917», «революция», «СССР». Эффект фолксономии станет понятен, когда вы загрузите ваши «закладки» вместе с тэгами на один из специализированных веб-сайтов (например, del.icio.us). Когда кто-то из других пользователей введет в окно поиска «1917», он обязательно увидит и тот самый веб-сайт, на который вы поставили этот тэг.

RSS (Real Simple Syndication или Rich Site Summary) — стандарт передачи и распространения электронной информации, с помощью которого пользователь может «подписаться» на уведомления обо всех изменениях в интересующих его веб-сайтах (вам наверняка приходилось видеть маленькие оранжевые значки с надписью RSS или XML в нижней части многих сайтов — это и есть RSS). Для получения уведомлений не требуется наличие электронной почты; их можно проверять как непосредственно в интернете, так и в программах, специально для этого предназначенных (так называемые «Ньюзридерз»). RSS — одна из главных технологий, движущих Web2.0, потому именно с ее помощью блоги и даже серьезные медиа вроде BBC или «Нью-Йорк таймс» держат неразрывную связь со своей аудиторией.

Как правило, подписавшись на рассылку RSS, пользователь получит небольшое сообщение (очень напоминающее email), в котором будет название и краткое содержание обновления. Когда «Нью-Йорк таймс» публикует новую статью на своем сайте, она автоматически оповещает RSS-подписчиков с помощью этого небольшого сообщения (то же самое происходит с блогами — любая новая «запись» моментально достигнет всех подписчиков RSS). Элегантность этого процесса в том, что пользователь может подписаться только на те RSS-рассылки, которые ему интересны. Сегодня в формате RSS можно получить практически все: результаты поиска Google (например, если вы интересуетесь аргентинским футболом, вам наверняка будет интересно автоматически получать все новые веб-сайты, которые находит Google на эту тему?), обновления форумов, ваше личное расписание и календарь встреч — практически любая электронная информация может быть доставлена в этом формате.

«Длинный хвост» (Long Tail), термин, быстро перешедший из языка статистики в язык бизнеса и технологий благодаря Крису Андерсону, главному редактору культового журнала Wired. В одной из своих статей Андерсон описал новые бизнес-модели, построенные на обеспечении потребностей самых требовательных клиентов. Андерсон заметил, что сумма продаж не особо популярных товаров и наименований (например, книг или фильмов) намного превышает суммарные продажи самых популярных наименований. Поэтому компании, которые смогут завладеть сердцами «нестандартных» покупателей, получат самый большой куш. В интернете этот феномен наиболее актуален, так как с помощью RSS доставка и уведомление стала намного проще. Google, например, смогла очень удачно построить свой рекламный бизнес вокруг именно этой концепции — с ее помощью вы можете быть уверены, что, если вы рекламируете морозоустойчивые прищепки, ваша реклама появится именно на блоге, где только про это и говорят.

Вики/«Открытый код» (Wiki/Open Source): это две отдельные технологии, которые, тем не менее, объединены верой в пользователя как активного создателя контентa, a не только в пассивного потребителя. «Вики» — это специальный тип веб-сайтов, который позволяет пользователям самим менять содержание веб-сайта (например, добавлять/редактировать статьи). Наиболее известным представителем этого движения является энциклопедия Wikipedia, соавтором/редактором которой может стать каждый пользователь. Преимущество Wikipedia над обычной энциклопедий в том, что обычные пользователи смогут написать практически бесконечное число статей на подзабытые или малоинтересные темы. Поэтому из-за феномена «Длинного хвоста» посещаемость Wikipedia будет больше, чем стандартной энциклопедии, состоящей из популярных статей. Движение Open Source («Открытый код») представляет собой целую культуру, с применениями во многих других областях помимо технологий. Суть движения в том, что код, используемый для написания программ, доступен всем и, таким образом, миллионы программистов-разработчиков по всему миру могут его регулярно совершенствовать. Лучший пример — продукты Mozilla (браузер Firefox, почтовый клиент Thunderbird, календарь Sunbird).

Веблоги/блоги (weblogs/blogs) произвели революцию не только в среде программистов, но и в политике, бизнесе (особенно маркетинге) и массмедиа. Блоги — это персональные журналы с широким применением. Кто-то держит их для собственного удовольствия и описывает там самые знаменательные события своей жизни, кто-то — публикует на блогах ссылки на особо понравившиеся статьи, кто-то — пишет о наиболее интересных бизнес-решениях и технологиях. С помощью RSS пользователь можно подписаться практически на неограниченное число блогов. Блоги — главная угроза традиционным источникам массмедиа. Например, некоторые политические блоги в США имеют больше читателей, чем 10 самых популярных американских газет вместе взятые. Поисковик блогов — Technorati — один из самых интересный проектов последнего времени, который уже сейчас многие называют «новым Google» (опять же с помощью RSS можно подписаться на получение всех новых комментариях во ВСЕХ блогах на заданный термин, то есть если вас интересует «подводное плавание», Technorati будет высылать вам все новые замечания на эту тему, как только они появляются в интернете).

Статья была опубликована на портале Акция Online
www.akzia.ru

Страницы 524 из 526« В начало...«522523524525526»

Чашка кофе и прогулка