РЕЦЕНЗИИ НА КНИГИ * ВСЕ О ЛИТЕРАТУРЕ * ЧТО ПОЧИТАТЬ? * КЛАССИЧЕСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА * ОБЗОРЫ И НОВИНКИ

Елена Блонди

Мнение Елены Блонди

Страницы 5 из 19« В начало...«34567»...Далее »

Елена Блонди. Про чтение. «Панночки» пана Лембита

CUR_Браконьеры

Я снова перечитала роман Лембита Короедова и с огромным удовольствием убедилась, что он так же хорош, каким увиделся мне в самый первый раз, и стал еще лучше — для меня.
Я как многие, таскаю с собой всяческие рамки и увидеть то, что за ними, бывает нелегко. В сети я начинала читать, когда обсцен, описание секса и всяческая маргинальность зашкаливали и было в принципе незазорно и вполне нормально читать и чернуху и порнуху. Это было время переведенного Буковски и Уэлша. И множества их последователей и копиистов.
С одной стороны это как бы плохо для автора пишущего, я помню, с каким «сквозь зубы свысока» ко мне относились сетевые всякие зубры «ой-ой-ой девочко пишет без какашек и грязи»! С другой стороны, вроде, и хорошо — как любое мощное веяние, оно могло подхватить и понести, и читатели читают тогда не автора, а — представителя модного жанра.
Читать далее

Елена Блонди. Впечатления от… (Лидия Винничук «Люди, нравы и обычаи Древней Греции и Рима»)

Прекрасная книга польского филолога и историка, с 1963 — профессора Варшавского университета, Лидии Винничук — тот самый уровень изложения фактов, который позволяет не специалисту что-то узнать, запомнить, не утопая в миллионе научных, часто противоречивых сведений, накопленных археологами и историками. И не просто узнать, а увидеть цельную картину.
Читать далее

Елена Блонди. Несколько слов о сборнике «Сказки Леты»

0089.jpg 

Я собрала эти рассказы по просьбе друга, и условие было – пусть это будут реалистические рассказы «за жизнь». Многое сюда не вошло сразу: когда перечитывала, увидела – не справилась, тексты слабые. Затем по ходу редактирования выкинула каждый второй из отобранных, и об этом не жалею, если появятся другие – они напишутся, и я надеюсь, будут более настоящими. Так что идея собрать все, и – пусть будут, потерпела неудачу. Да и ладно, так думаю.
Сначала рассказы шли от более ранних к поздним, теперь наоборот, сборник начинается самыми новыми текстами, и эти новые мне нравятся (пока что). А в самом конце отдельно собраны миниатюрки о вещичках и тряпочках, писались они в разные годы и, может быть, я туда допишу еще что-то кроме «Кримплена», «Люрекса», «Батников» и тд. Серию назвала «Лоскутики» и планировалась она как дополнение к роману «Ателье».
Теперь немного подробнее о рассказах, что не вошли )
Читать далее

Елена Блонди, по ходу чтения. А что у писателей — для писателей? (читая Джона Ирвинга)

Я знаю, есть и читатели, которым это нужно и важно, но их мало. Потому точность, изящество и смысловая наполненность литературного языка в книге чаще замечается писателями (некоторыми)
В одном из романов Стивена Кинга есть размышления о первой фразе романа. Я ее помню, эту главу, потому что я знаю, о чем Кинг, я знаю это ощущение восторга от верно, единственно верно выбранных слов, неважно, своих или чужих. Главное — они соединились и сотворили нечто, чего не было раньше, нечто третье из собранных вместе обыденных элементов — слов и знаков препинания.
Вот что пишет Ирвинг о первой фразе книги в своем романе «Мужчины не ее жизни»
Читать далее

По ходу чтения. Щедрость Джона Ирвинга —

Она в том, что история каждого героя в романе «Мужчины не ее жизни» (в оригинале «Вдова на один год») сама по себе тянет на полноценный роман.
Я помню сюжетную щедрость Воннегута, когда в основной текст произведения вкраплены готовые сюжеты для других, еще ненаписанных текстов.
Но тут другое. Потому что выдумать сюжетные перипетии — мало.
У Ирвинга это похоже на кабель, свитый из множества жил, каждая — несет свое напряжение и ненаписаный роман совершенно четко виден, слышен и узнается, будто одновременно читаешь десяток романов.
А так как Ирвинг очень много времени посвящает внутреннему состоянию героев, то канва этих интра-романов гармонично сплетена с приключениями души каждого героя.
Вот и получается, все они у него — главные герои.

Елена Блонди. По ходу чтения. Фолкнер

Есть вещи, которых практически не замечают читатели. Линия «квест» или  «о чем писано» для большей части читателей всегда важнее, чем «как писано». Нужно самому заниматься словами, мучаясь и пробуя, чтоб увидеть и оценить мощь фолкнеровского литературного языка, его мелодику и ритм.

Он пишет предложение длиной в абзац, и в нем есть все — сюжет, история, окружение, певучесть, жесткость, нужные границы, правильная бесконечность, и оно не топит читателя в себе, а подхватывает и держит. Все слова, от куцых частиц до просторечных выражений, все повторы и знаки препинания в нем — на месте, и потому гениальность текста не кричит о себе, похваляясь, а сразу же встраивается в мироздание — жить.

Елена Блонди — по ходу чтения. Набоков, «Машенька», «Другие берега»

Фраза, что для меня обобщила ранний роман мастера и его мемуары:

Осмотрел себя в зеркале и остался доволен…

Воскресное чтение. Елена Блонди. ИНГА (отрывок из романа)

В старом центре, где склоны горы Митридат опоясывают улочки, собранные из невысоких домов, в одном из переулков, соединяющих два соседних уровня, стоял двухэтажный дом с черными окнами. Он один в переулке был без двора – казенный, с подъездом под раздолбанным козырьком, и рядом на желтой стенке, если присмотреться днем, пятно от сорванной таблички.
Сейчас, ночью, стенки еле виднелись, чернела крыша, мрачным прямоугольником проваливался внутрь дома единственный подъезд. А на втором этаже горело окно – неясным красноватым светом. И отблеск его освещал второе, совсем чуть-чуть. Тут ярился ветер, совсем не такой, как в укрытой горами долине. Взвывал, стремительно набрасываясь на деревья и те, спасаясь, беспорядочно махали голыми ветками. Тени чертили красный прямоугольник, будто хотели стереть свет, сравняв его с мутным общим фоном. И в какую-то минуту могло показаться – им это удалось. Окно, что еле светилось, погасло. Но второе не сдавалось, горело, в такт ветру чуть изменяя свет, от яркого, когда воет, до тусклого, в моменты короткой тишины.
Горчик, плотно закрыв двери, вернулся, сел. Нащупал за спиной одеяло и, держа за край, укрыл им Ингины плечи, привалился к ней, натягивая другой край на свое плечо.
— Не холодно?
— Хорошо. Смотри, видишь, дерево – прозрачное!
— Да.
Огонь треснул, плюнул из чугунной, точно такой, как у печки Саныча, дверцы, крупную искру. И Горчик, высунув руку, схватил ботинок, припечатал огонек подошвой. Инга засмеялась.
— Ботинок-убийца. Ужастик снять. Ходит сам и топчет, что хочет.
— Огромный, — согласился мальчик, — и растет. Как ударит, так и подрастает.
— О-о-о, — хором сказали, увидев одну и ту же картинку – огромной подошвы над половиной мира, и рассмеялись, прижимаясь плечами.
Читать далее

Елена Блонди. Татуиро (змеи) — последняя правка

Я ночью закончила просматривать рукопись и выложила книгу для чтения, на обоих своих сайтах — на сайте «Татуиро», и на сайте «Медитативные прогулки».
Теперь там подряд лежат все книги цикла Татуиро, их можно скачать и читать.
Так и подмывает сказать — никому не нужные книги, но я период метаний борений и мучений уже прошла и просто работаю.
Это хорошая книга, и хотя это первая моя большая проза, я перечитала и поняла — мне за книгу не стыдно. Я справилась, и я молодец.

Хочу немного сказать о жанре. Я всегда хотела писать реалистическую прозу, и читаю я с гораздо большим удовольствием именно реалистическую прозу, но Татуиро к реализму вроде бы не отнесешь, сюжетный слой совершенно фантастичен.
Читать далее

Евпатория. Литературное кафе им. Анны Ахматовой. Лето, жарко, латте и книги

Прогулка по летней Евпатории привела нас с поэтом и литературным публицистом Еленой Коро в кафе к Анне Ахматовой.


Читать далее

Страницы 5 из 19« В начало...«34567»...Далее »

Чашка кофе и прогулка