Поэзия

Она была странной какой-то, будто из книжек Кинга. По вечерам к ней приходил такой же чудной фламинго. Она привыкла к их болтовне ни о чем. А он клал голову на её худое плечо, от удовольствия закатывая глаза, пытался что-то ласковое сказать. Но получалось обычное «курлы-мурлы», от которого плавился потолок и плыл. И Она гнала фламинго прочь. Короче, пинком желала ему…

Я давно уже не открываю америк и велосипедов не изобретаю. Нынче холоден март и высокомерен. Будто снег, пешеходная зебра тает, потому что завтра апрель случится — и по ней пройдут в светлых куртках люди, у которых в руках запоют синицы. а в глазах ни тоски, ни зимы не будет. На кусте у дороги висит перчатка, разноцветная, детская — ждёт хозяйку,…

Вышли петропавловские долгоносики. Раз — долгоносик в шинели. Два — долгоносик с маслом. Три — долгоносик с картофелиной вместо головы. Лосиха Петровна сказала: «Очелентанить!» Китай лежал на горизонте. Он был сделан из риса и водки градуса, но без картофеля. Истина ушла. Тогда долгоносики выпустили еппко. Еппко крикнул «Еппко». За ним прилетели вораска, вили-жолпак, синявка, сининиявка и белый торж. Нападение птиц…

Масло желтое правит миром. Еппко сказал – Еппко. Епппко не фраернул. Он сел на банку с гумирабис форте и посмотрел на белого торжа. Торж молчал. Торж знал истину. Истина была в картофеле, но масло желтое легло поверх. Часами лизало поезда темя. Поезда шли на Марс, а темя лизало масло. Вили-жолпак стоял в сторонке и завидовал. Синявка с сининиявкой украли ложку….

Хичков вышел на крыльцо. Вораска сидела на столбе. Вили-жолпак копал картошку носом. Синявка пила водку из лужи. Сининиявка пела «уча муча». Белый торж молчал, как охлупа. Гумирабис форте стоял в стакане. Еппко крикнул «еппко». И тогда началось нападение птиц на электричество. Провода запели «чко-чко-чко». Искры полетели на Уран. Родня бортанула. Градуса подскочили до ежоу. Хичков сказал: «Истина в картофеле». Антошка,…

Оживи, омашаракань — Машра, шило, банана. Если Таркань — Если ляляфа, тутумба, ниткозявка. Шила-шила-шила-шила-шило на банане — Чко, звяк, хвостина, учмуч. Стакан в стакане — Пъйня, гася, шкварчата, ежоу. А под бананом — истина в картофеле. Антошка шел, пришел. Родня бортанула. Водка градуса. Зюзява, пырха, чувырла, козлоу, ослоу. Марс, юпитер, сатурн, уран, венера, банана. Антошка, Антошка, иди копай картошку. Вовововов….

Приснился старый двор. Скамейки у подъездов. На них — старушки днём, а вечерами – мы – подростки, детвора. Галдёж, борьба за место поближе к ней, к нему, потом вовсю хохмим… Наш двор хранил мечты и первые любови, И клен ронял листву в распадок октябрей. И были мы всегда к чудачествам готовы – то, листьями шурша, гоняли голубей, то вместо снежных…

Земля один шатается. Венера не шатается. Меркурий не шатается. Там не растёт арбузики. А я играл с Араиком. И нарды были чорные. Я ставил много марсиков Домашненьких, пригоженьких. А сэмочка уж зрелая. Не то, что Лэна – сдулася. Всё крутит жёпп на обруче Старушек дурит танцами. Ей платят рублик гадостный И ходят ж всё на секцию. А были ж годы…

Ты живешь Я живу Кошка живет Собака живет А лист начинает жить Когда он умрет А пока не умрет Он словно бы жид Приставкой к трубе Живет молодешь Приставкой к судьбе Будешь ты, что ж Птичка живет Уходит в полет Какает вниз Ко мне на карниз Орлик летит Носом водит Кого бы сожрать Кого-бы склевать  

Яйцом голова Почти что головастик Базилик, базилик Жил впритык, спал в притык   А широкая земля Умных не рожала Дураков одних рожала И искали они рубля   А рубля убегала Тогда стали придумывать рублю И до того охамели Что от брэхни окна запотели   Олех сел за руль И с улицы ему крикнули: привет, сруль Он надаваль на педаль И…