- Слухи о вырождении мужчин как вида сильно преувеличены, – как-то заявила Лиля, – Из десятка всегда можно выбрать троих. Ххе-ге-ге.
Эта ее фраза почему-то полюбилась мне больше всего. И это коронное “ххе-ге-ге”. Так она смеялась. А еще у нее были красные губы и маленькие клычки по бокам. Как-то красилась она своеобразно, будто это не краска на губах, а клубники девочка переела. В общем, красиво вкупе с клычками.
Когда мы познакомились, нас действительно было трое. Лежали на пляже, на песке. Я, Юрик и Жорик. Жорик уже пришел из армии, мы с Юриком только собирались. Юрик с Жориком уже курили по пачке в день, я только начинал. Как раз тогда и начинал. Помню, лежим мы на песке, только из воды вылезли и я курю сигарету, вторую или третью в жизни. Тут-то и появилась Лиля.
У меня от сигареты с непривычки в голове помутилось, солнце еще палит, в общем, состояние слегка дурманное, и в этом дурмане откуда-то образуется эта девочка с красными губами и с клычками по бокам.
- Разлеглись, – заявляет девочка, – Идемте лучше купаться.
И это притом, что я ни секунды с ней не знаком. Вот те на, думаю, какая настырная, но красивая, стоит с ней искупаться. (more…)
Если Вы разделяете наши взгляды и готовы внести посильный вклад, пожалуйста, отмечайтесь. Нас интересуют город проживания и ваши интересы. Мы доделали интерфейс и готовы работать со всеми, кто выкажет такое желание. С теми, кто отмечался в моём ЖЖ по этому вопросу ранее, я свяжусь в ближайшие дни.
Прошу распространить это сообщение как можно шире.
Этой осенью компания «Инновационная лаборатория» собирается запустить в России проект социальной сети для любителей чтения. В рамках проекта можно будет обмениваться скидками на скачивание электронных книг и комментировать творчество авторов. (more…)
Время от времени на Книгозавре появляются новые имена, новые, конечно для нас, а так это авторы вполне солидные, не первый день пишущие о литературе. Нам просто везет повстречать в сети еще кого-то интересного и если встреча превращается в сотрудничество, мы рады этим похвастаться читателям.
Александр Ермак пишет о книгоиздании в России, о связи книжного бизнеса и литературы, связь эта сама по себе очень сложна из-за полного несоответствия двух противоположностей. Талант и деньги…
Но со времен появления первых печатных книг талант и деньги, все-таки, взаимодействуют.
Заметки Александра Ермака помогают нам задуматься над деталями. Но пишет он не только об этом. И пишет очень интересно.
МИШЕЛЬ ФЕЙБЕР родился в Голландии в 1960 году, с 7 лет жил с семьей в Австралию. Изучал английскую литературу в Мельбурнском университете, сменил несколько неквалифицированных работ: медбрат, фасовщик на консервном заводе, уборщик. Для заработка принимал участие в тестировании медицинских препаратов, на себе. Последние пятнадцать лет живет на ферме (север Шотландии). Пишет литературные рецензии для английской газеты Guardian.
Первый сборник рассказов «Дождь прольется вдруг» был опубликован в 1998 году. Его малая проза была удостоена множества литературных наград, а книга «Побудь в моей шкуре» включена в шорт-лист Whitbread Award как лучший дебютный роман 2000 года. Настоящую славу автору принес роман «Багровый лепесток и белый» (2002) – несентиментальная история 19-летней проститутки по имени Конфетка, события которой разворачиваются в викторианском Лондоне.
Железный август в длинных сапогах стоял вдали с большой тарелкой дичи. И выстрелы гремели на лугах и в воздухе мелькали тельца птичьи
(Н. Заболоцкий)
Фазанов гнали под ружейные дула. Тяжко выбрасывались они из подлеска ракетами, рдяными ракетами, и ружья трещали по очереди, весело, звонко, будто вдруг заливалась лаем свора собак. Пучки белого дыма мгновение медлили в воздухе, потом нежно расползались, блекли, таяли.
На дороге, глубоко врезавшейся в лесистый отвес, уже стояла телега, нагруженная теплыми тушками; коготки были расправлены, и блестели глаза. Казалось, птицы еще живые, только обморочно обмякли под пышными мокрыми перьями. Будто отдыхают, будто спят на теплой насыпи мягких перьев, чуть подрагивая во сне.
…
Выстрел тявкнул под окном. И перебил ниточку, на которой держался ливень. Он обрушился на окна, он хлестал их ровными розгами. Свет на ковре погас. И глаза у старух погасли. Они сидели, вслушивались, и глаза у них стали, как вытащенная из воды галька: скучные, серые, сухие окатыши. И руки вцепились в руки как птичьи коготки, вцепившиеся в пустоту. И обе стали меньше, словно тела у них съежились под платьями.
(Вирджиния Вульф)
Писатель Юрий Буйда в своем живом журнале публикует рассказы и отрывки из большой прозы.
Это очень достойное чтение, важное для нас еще и тем, что писатель – наш современник, прозе которого явно суждено пережить нынешнее поколение читателей.
Юрий не пишет в блоге пустячного, не рассказывает о своей жизни, не размышляет о злободневном и не болтает в комментариях. И, читая его насыщенную, яркую, бьющую наотмашь прозу, понимаешь, почему не пишет. Все в текст.
Эсэсовка Дора
Татарский двор сгорел за три с половиной часа.
Когда приехали пожарные, в доме стали взрываться канистры с керосином, и пламя взлетело к небу клубящимся лиловым столбом. Древнее окостеневшее дерево стонало и стреляло искрами, камни со звоном лопались. Вода из брандспойтов превращалась в пар. Когда пожарные уехали, на месте Татарского двора дымились груды кирпичей и бревен.
Все это время Дора сидела на стуле лицом к дому и курила сигарету за сигаретой, не сводя взгляда с огня. Она не отвечала на вопросы пожарных, милиционеров и родных — сидела на стуле, закинув ногу на ногу, и курила.
- Ну хватит, мама, – сказала Ева. – Поехали к нам — места хватит.
- Нет, – сказала Дора. – Надо подождать.
- Чего ждать?
- Надо подождать, – повторила Дора, закуривая новую сигарету.
- Можно пока в сарае перекантоваться, – сказал Николаша.
Мать смерила его таким взглядом, что Николаша стушевался.
Утром, когда жар поутих, она принялась обследовать пепелище и не успокоилась, пока не отыскала шкатулку с ложками. Пересчитала — ложек было двенадцать — и только после этого спросила:
- Все живы?
- Все, – ответила внучка Анечка. – Можешь пока у нас пожить, если хочешь.
Ее жених Климс кивнул.
- Нет, – сказала Дора. – Я остаюсь.
В полдень у Татарского двора остановился джип, из которого вылез Артамонов.
- Вот видите, – сказал он, – какая беда. Надо было сразу соглашаться, Дора Федоровна, а не торговаться до полусмерти. Восемь квартир за такую халупу — это ж где видано? – Он протянул Доре конверт. – Вот, пожалуйста.
Она молча смотрела на него.
- Это документики на три квартиры, – сказал Артамонов. – Вам, вашему сыну и вашей внучке — всем по однокомнатной. – Подмигнул. – Если будете смирно себя вести, подбросим деньжат на мебель.
Дора ударила его справа в челюсть. Артамонов упал. Старуха убрала кастет в карман и поманила сына.
- Сколько он тебе заплатил за поджог?
Мир изменился и пространство его имеет теперь дополнительные измерения. Мы все раскиданы по планете, но тем не менее связаны так, как никогда не были связаны люди за всю историю цивилизации. Мгновенные отклики – даже не преодолевающие расстояния, а такие, будто расстояний нет вовсе.
Это не всегда хорошо, учитывая огромное количество информационного мусора, который мы сами же и создаем, а бизнес-структуры социальных сетей нас к этому активно подталкивают. Учитывая практически полную невозможность вынужденного одиночества, необходимого для роста личности. Одиночество теперь – удел сильных натур, которые в состоянии оторваться от общения сами, захлопнуть крышку лаптопа, отключить телефон, оборвать нити паутины, а таких мало.
Но есть люди, которые качественно меняют информационное пространство. И посреди однообразного белого шума новостей и чатов, картинок и роликов появляется центр. Середина мира.
И неважно, где вы сейчас находитесь, в какой точке планеты. Середина мира всегда равноприближена к вам и равноудалена. Потому что, находясь в сети, вы можете сами, по своему желанию, попасть в нее. Просто нажав ссылку.
И побыть НА СЕРЕДИНЕ МИРА
С литературным сайтом НА СЕРЕДИНЕ МИРА нас знакомит его редактор и основатель поэт Наталия Черных
Наталия Черных – поэт, эссеист. Родилась в 1969 г., живу в Москве. Стихи, проза и эссе опубликованы в журналах “Новый Мир”, “Знамя”, “Волга”, “Воздух”, “НЛО”. Сетевые публикации – на сайтах “Полутона”, “Сетевая словесность”, “Вавилон”, “ТеxtOnly”. (more…)
К Пятидесятнице многоязыкой
Мне речь глухая принесла
И азбуку, причисленную к лику,
И тень летейского весла.
Не трогай их, забывшихся в смешеньи,
Как стадо жертвенных тельцов!
Их понесет незыблемость творенья,
Что унесла и дедов, и отцов.
И все, что сказано, восполнит недостаток
Той пустоты, где сказанное мнит
Себя восполнить и залить
Неумолкающий осадок.
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=3){kind=small}
