Мой стиль иногда напоминает регулярные выражение. Он меня самого мучает. Вот в технике есть вещи сложные, мучительские. Например, спейс шаттл. Чо думаете его отменили? Да замучил он всех. А ракета союз – трах, бах, полетели. Вот и рассказ такой и должен идти – союзовский, ракетный. И — чтобы для людей. (И чтобы про людей-2). Да еще, если будучи всем понятным он сохранит свежесть – да вообще хорошо.
U3 – это ансамбль, но я не знаю, был он или нет. Вроде да, вроде нет. Ну, если был U3, значит был и U4, а за ним и U5. Нет, разумеется, мы как-то сидели, пили вино и обсуждали.
– Как ты думаешь, а есть U6?
– О, ясный пень.
– Тогда есть и U7.
– Да. Это группа адских саксофонистов.
– А U8?
– Это, по ходу, панки.
– А U9?
– Там играет бывший барабанщик группы «Яйца».
Тут же решено организовать группу, ну и – вперед. Что важно? Ничего. Ничего не важно. Если нет инструментов, мы их тотчас выберем. Как правило – вокруг человека очень много перкуссии. Вообще, человек живет именно в мире перкуссии, в кругах барабанов. Вот вам книжный шкаф. Выбираем неуступчивые тома. Тянем их, друзей наших, за книжную кожу – у кого тонкая, у кого толстая, у кого– то ее вообще нет – это книжки без обложки. Зато журналы – не то. Пенки. Такие – мелкие, временные. Живите, идите. Идите, живите. Без журналов обойдемся.
