РЕЦЕНЗИИ НА КНИГИ * ВСЕ О ЛИТЕРАТУРЕ * ЧТО ПОЧИТАТЬ? * КЛАССИЧЕСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА * ОБЗОРЫ И НОВИНКИ

Jane The Reader. Герман Гессе «Степной волк»

«Степного волка» я первый раз читала лет пять назад, но сейчас начала, как с чистого листа. Совершенно неожиданное ощущение, когда книгу воспринимаешь абсолютно по-иному, чем раньше: вдруг она ложится на твои мысли и мысленный монолог превращается в диалог с писателем. Каждый выдвинутый им тезис — в неявной форме, я имею в виду, — радостно отмечаешь: да, да, я тоже думал об этом, как хорошо сформулировано! Я не буду пересказывать проблемы, о которых Гессе пишет в произведении, чтобы моя рецензия не превратилась в школьное сочинение. Но мне все-таки хочется сказать о двух вещах, чтобы можно было примерно сориентироваться, размышляете ли вы на эту тему или нет и будет ли вам интересен роман. Во-первых, это одиночество, в котором живет главный герой. Мне, как типичному интроверту, погруженному в свои книги, часто его не хватает и я мечтаю, чтобы все окружающие провалились куда-нибудь. Но в описании Гессе одиночество из блага становится наказанием:

Никто никогда не испытывал более страстной потребности в одиночестве, чем он. В юности, когда он был еще беден и с трудом зарабатывал себе на хлеб, он предпочитал голодать и ходить в лохмотьях, но зато иметь хоть чуточку независимости. Он никогда не продавал себя ни за деньги, ни за благополучие, ни женщинам, ни сильным мира сего и, чтобы сохранить свою свободу, сотни раз отвергал и сметал то, в чем все видели его счастье и выгоду. Ничто на свете не было ему ненавистнее и страшнее, чем мысль, что он должен занимать какую-то должность, как-то распределять день и год, подчиняться другим. Контора, канцелярия, служебное помещение были ему страшны, как смерть, и самым ужасным, что могло ему присниться, был плен казармы. От всего этого он умел уклоняться, часто ценой больших жертв. Тут сказывалась его сила и достоинство, тут он был несгибаем и неподкупен, тут его нрав был тверд и прямолинеен. Однако с этим достоинством были опять-таки теснейшим образом связаны его страданья и судьба. С ним происходило то, что происходит со всеми: то, чего он искал и к чему стремился самыми глубокими порывами своего естества, — это выпадало ему на долю, но в слишком большом количестве, которое уже не идет людям на благо. Сначала это было его мечтой и счастьем, потом стало его горькой судьбой. Властолюбец погибает от власти, сребролюбец — от денег, раб — от рабства, искатель наслаждений — от наслаждений. Так и Степной волк погибал от своей независимости. Он достиг своей цели, он становился все независимее, никто ему ничего не мог приказать, ни к кому он не должен был приспосабливаться, как ему вести себя, определял только сам. Ведь любой сильный человек непременно достигает того, чего велит ему искать настоящий порыв его естества. Но среди достигнутой свободы Гарри вдруг ощутил, что мир каким-то зловещим образом оставил его в покое, что ему, Гарри, больше дела нет до людей и даже до самого себя, что он медленно задыхается во все более разреженном воздухе одиночества и изоляции. 
Вторая — главная — тема произведения — это противостояние волка и человека. Гарри считает, что в его теле уживаются одновременно две натуры — волчья и человечья, мир плотских идеалов и мир духовных. Мещанство, мелкие скучные радости, противостоят его стремлению к самоотречению и совершенству. А теперь — теперь вспомните значок Инь-Ян:
Разделение на волка и человека, на инстинкт и Дух, предпринимаемое Гарри для большей понятности его судьбы, — это очень грубое упрощение, это насилие над действительностью ради доходчивого, но неверного объяснения противоречий, обнаруженных в себе этим человеком и кажущихся ему источником его немалых страданий. Гарри обнаруживает в себе «человека», то есть мир мыслей, чувств, культуры, укрощенной и утонченной природы, но рядом он обнаруживает еще и «волка», то есть темный мир инстинктов, дикости, жестокости, неутонченной, грубой природы. Несмотря на это, с виду такое ясное разделение своего естества на две взаимовраждебных сферы, он нет-нет да замечал, что волк и человек какое-то время, в какие-то счастливые мгновенья, уживались друг с другом. Если бы Гарри попытался определить степень участия человека и степень участия волка в каждом отдельном моменте его, Гарри, жизни, в каждом его поступке, в каждом его ощущении, то он сразу стал бы в тупик и вся его красивая «волчья» теория полетела бы прахом. Ибо ни один человек, даже первобытный негр, даже идиот, не бывает так приятно прост, чтобы его натуру можно было объяснить как сумму двух или трех основных элементов; а уж объяснять столь разностороннего человека, как Гарри, наивным делением на волка и человека — это и вовсе безнадежно ребяческая попытка. Гарри состоит не из двух натур, а из сотен, из тысяч. Его жизнь (как жизнь каждого человека) вершится не между двумя только полюсами, такими, как инстинкт и Дух или святой и развратник, она вершится между несметными тысячами полярных противоположностей. 
Самым большим разочарованием было, что я так и не поняла в конце книги, как же обращаться с проблемой, раздирающей надвое не только главного героя, но и меня — я имею в виду взаимодействие человека и волка. Не то чтобы мне хотелось готового рецепта — мне хотелось просто узнать, как эту проблему решил для себя Гессе. Я прочитала чужие рецензии, покопалась в Гугле на предмет критических статей, набредала и на рассказ «О Степном волке» (спасибо happy_book_year), но так и не поняла, как же примирить в себе эти две крайности. Возможно, я невнимательно читала произведение, возможно я еще не доросла до этого.
Следующая попытка — через несколько лет.

Чашка кофе и прогулка